подстроила семья?
Feb. 12th, 2024 07:17 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaГибель подстроила семья?
"Медицинская карта пребывания Земмельвейса в психиатрической клинике указывает стремительное ухудшение его состояния, из 15 дней пребывания в ней описаны только девять.
В записях было указано, что пациент поступил в хорошем физическом состоянии, не считая гематомы на последней фаланге среднего пальца правой руки, психическое же состояние было «крайне нестабильным». 30 июля во время прогулки по саду он «внезапно бросился на землю и начал раздеваться и кричать». Ко второму августа он уже был постоянно беспокоен, не спал ночами, речь стала спутанной, походка — неуверенной. На Земмельвейса надели смирительную рубашку и положили в одиночную палату, гематома на пальце начала расти, появились нарывы на бедре. 7 августа на пальце уже описывается гангрена. К 12 августа у пациента высокий пульс, сухой язык, спутанное сознание, зрачки не реагируют на свет. Вечером 13 августа зафиксирована смерть[98].
В записях были обнаружены ошибки, некоторые слова или фразы были зачёркнуты (например, в дате поступления сначала было указано 13 августа, затем первую единицу зачеркнули), не указаны имена врачей, проводивших осмотры. Нет и информации о том, кто составлял карту. Из медикаментов упоминается только касторовое масло. Обнаруживший эти записи венгерский врач и писатель Георг Силло-Сейдл предполагает, что карту составили по памяти уже после смерти Земмельвейса. Гематомы на пальце не припоминал никто из сопровождавших врача в последней поездке. При осмотре останков в 1963 году, однако было выдвинуто предположение, что на момент смерти у Земмельвейса развился остеомиелит вследствие затяжной инфекции[9].
С начала 1950-х в научном сообществе шла дискуссия о том, какое именно заболевание поразило Земмельвейса и послужило косвенной причиной его ранней смерти. Биографы и исследователи научного наследия Земмельвейса выдвигают разные теории о характере заболевания, которое послужило причиной резкого изменения его характера и странностей в поведении. Некоторые предполагают болезнь Альцгеймера[39]. Официальные лица в Вене настаивали, что не сохранилось его истории болезни или иных документов, которые могли бы внести ясность в этот вопрос. В 1963 году останки Игнаца Земмельвейса эксгумировали и перенесли во двор дома, где он родился, и в настоящее время действует музей, посвящённый учёному. В начале 1977 года Георг Силло-Сейдл обнаружил в Венском архиве целую коллекцию фотокопий, касающихся болезни и смерти Земмельвейса. 2 марта того же года, спустя почти 112 лет после кончины Земмельвейса, Силло-Сейдл выступил с докладом перед венгерским Обществом истории медицины, в котором предоставил все полученные сведения[99].
Тело Земмельвейса отвезли в морг при институте патологии, туда же, где он сам в своё время проводил вскрытия. Аутопсию выполнял Карл фон Рокитанский, либо один из его ассистентов. Обнаруженный в 1977 году Силло-Сейдлом протокол вскрытия считается наиболее достоверным из возможных источников, хотя в нём найдены ошибки, и в целом весь документ выглядит написанным в спешке либо небрежно. Посмертный осмотр указывает многочисленные переломы, травмы мягких тканей, обширный плеврит. Диагноз и результат вскрытия написаны другим почерком. Причиной смерти назван сепсис[100].
Перикардит, плеврит и последовавший сепсис были вызваны побоями. Фактически, Земмельвейса до смерти забили сотрудники лечебницы. Скоропостижная смерть учёного и подобное отношение к нему со стороны персонала лечебницы навело большинство исследователей на то, что его гибель если не подстроила, то как минимум приветствовала собственная семья[31][100].
................
С 1862 года психическое здоровье Земмельвейса стало ухудшаться, развилась депрессия. Часто он не мог говорить ни о чём, кроме родильной горячки[90][18]. Мария Земмельвейс впервые заподозрила, что её супруг сходит с ума, 13 июля 1865 года, когда семья вернулась из гостей. На следующий день она рассказала о своих подозрениях давнему другу Игнаца Лайошу Маркусовскому, врачу из Будапешта. По её словам, муж вёл себя настолько непристойно, как может только лишившийся рассудка человек. В биографии работы профессора Вильяма Синклера упоминается, что эпизоды психоза сменялись просветлением. В один из таких моментов Земмельвейс признался жене, что чувствует, что «в его голове что-то не в порядке»[91].
21 июля Земмельвейс посетил регулярное собрание профессоров в университете Пешта. В стенограмме собрания его фамилия упоминается дважды, в первый раз в связи с его просьбой увеличить жалованье. Это обращение являлось правомерным и уместным, так как жалованье профессорам принято было повышать раз в десять лет. Второе упоминание касается обсуждения графика лекций на следующий год. Только семь лет спустя бывший ассистент Земмельвейса Йозеф Флейшер упомянул инцидент, который впоследствии стал знаменитым: в момент, когда Земмельвейс должен был зачитать доклад о поступлении на должность лектора, он вынул из кармана брюк скомканный листок, расправил его и стал вслух зачитывать клятву акушерки. Ошеломлённые коллеги отвезли его домой. Однако Флейшер, будучи просто ассистентом, не мог присутствовать на собрании профессоров, а ни один из бывших там участников подобного инцидента не припоминал[92].
Спустя несколько дней после этого совещания Земмельвейса осматривал Янош Бокай, давний друг супругов и по совместительству семейный врач. В сохранившемся протоколе пациент описан как «здоровый мужчина 47 лет, который всегда был физически крепок и не жаловался на недомогания какого-либо рода <…>, по отзывам друзей и коллег был респектабельным, добродушным, справедливым, однако со страстностью, граничащей с фанатизмом, отстаивал свои научные взгляды. Тех, с кем в резкой и несдержанной форме он только что спорил о родильной горячке, через пять минут он мог от души обнимать и целовать. <…> В последние пять недель близкие заметили резкое изменение поведения: он утратил интерес к семье и работе, стал выпивать, ходить к проституткам, неряшливо одеваться, сорить деньгами». По результатам этого осмотра Земмельвейс решил отправиться на отдых в Графенберг, на юге Германии. Однако всего через несколько дней, 29 июля, профессор хирургии Янош Балаша составил заключение, согласно которому Земмельвейса надлежит отправить в Вену в больницу для душевнобольных. Три врача подписали это заключение — сам Балаша, Янош Бокай и местный врач Янош Вагнер. Ни один из них не был психиатром или психологом, протоколов осмотра или сведений об очном наблюдении не найдено. Синклер, однако, упоминает, что Балаша был убеждённым сторонником методики Земмельвейса и неоднократно ассистировал ему на операциях[93][94][95].
29 июля 1865 года Земмельвейс отправился в поездку, которая по его мнению должна была стать первой частью пути в Графенберг. Вместе с ним ехали супруга, новорождённая дочь, дядя супруги и ассистент Иштван Батори. Ночным поездом компания прибыла в Вену, где на вокзале их встретил Фердинанд фон Гебра. Старый друг убедил Земмельвейса ненадолго прервать поездку и заехать в гости, а также осмотреть его новую клинику. Пока Мария Земмельвейс и остальные оставались в доме Гебры с его женой, сам Фердинанд и дядя Марии отвезли Игнаца в психиатрическую клинику Allgemeines Krankenhaus. Это государственное учреждение не было среди лучших в городе, не сохранилось протокола осмотра при поступлении[96]. Предположительно, так как дело было в субботу, квалифицированный персонал осмотрел Земмельвейса только 31-го числа, в понедельник. Гебра и дядя Марии тайно уехали, оставив Земмельвейса беседующим в саду с одним из сотрудников больницы. Дальнейшие события построены в большой степени на догадках: известно, что Земмельвейс пытался сбежать из больницы, несколько охранников силой удерживали его, затем привязали к кровати. Утром в понедельник Мария приехала в больницу, однако ей отказал в визите лично директор[97].
....................
Игна́ц Фили́пп Зе́ммельвейс (нем. Ignaz Philipp Semmelweis [ˈɪɡnaːts ˈzɛml̩vaɪs]; венг. Semmelweis Ignác Fülöp; 1 июля 1818, Буда — 13 августа 1865, Обердёблинг под Веной) — венгерский врач-акушер, профессор, получивший прозвище «спаситель матерей» за обнаружение причин родильной горячки.
"Медицинская карта пребывания Земмельвейса в психиатрической клинике указывает стремительное ухудшение его состояния, из 15 дней пребывания в ней описаны только девять.
В записях было указано, что пациент поступил в хорошем физическом состоянии, не считая гематомы на последней фаланге среднего пальца правой руки, психическое же состояние было «крайне нестабильным». 30 июля во время прогулки по саду он «внезапно бросился на землю и начал раздеваться и кричать». Ко второму августа он уже был постоянно беспокоен, не спал ночами, речь стала спутанной, походка — неуверенной. На Земмельвейса надели смирительную рубашку и положили в одиночную палату, гематома на пальце начала расти, появились нарывы на бедре. 7 августа на пальце уже описывается гангрена. К 12 августа у пациента высокий пульс, сухой язык, спутанное сознание, зрачки не реагируют на свет. Вечером 13 августа зафиксирована смерть[98].
В записях были обнаружены ошибки, некоторые слова или фразы были зачёркнуты (например, в дате поступления сначала было указано 13 августа, затем первую единицу зачеркнули), не указаны имена врачей, проводивших осмотры. Нет и информации о том, кто составлял карту. Из медикаментов упоминается только касторовое масло. Обнаруживший эти записи венгерский врач и писатель Георг Силло-Сейдл предполагает, что карту составили по памяти уже после смерти Земмельвейса. Гематомы на пальце не припоминал никто из сопровождавших врача в последней поездке. При осмотре останков в 1963 году, однако было выдвинуто предположение, что на момент смерти у Земмельвейса развился остеомиелит вследствие затяжной инфекции[9].
С начала 1950-х в научном сообществе шла дискуссия о том, какое именно заболевание поразило Земмельвейса и послужило косвенной причиной его ранней смерти. Биографы и исследователи научного наследия Земмельвейса выдвигают разные теории о характере заболевания, которое послужило причиной резкого изменения его характера и странностей в поведении. Некоторые предполагают болезнь Альцгеймера[39]. Официальные лица в Вене настаивали, что не сохранилось его истории болезни или иных документов, которые могли бы внести ясность в этот вопрос. В 1963 году останки Игнаца Земмельвейса эксгумировали и перенесли во двор дома, где он родился, и в настоящее время действует музей, посвящённый учёному. В начале 1977 года Георг Силло-Сейдл обнаружил в Венском архиве целую коллекцию фотокопий, касающихся болезни и смерти Земмельвейса. 2 марта того же года, спустя почти 112 лет после кончины Земмельвейса, Силло-Сейдл выступил с докладом перед венгерским Обществом истории медицины, в котором предоставил все полученные сведения[99].
Тело Земмельвейса отвезли в морг при институте патологии, туда же, где он сам в своё время проводил вскрытия. Аутопсию выполнял Карл фон Рокитанский, либо один из его ассистентов. Обнаруженный в 1977 году Силло-Сейдлом протокол вскрытия считается наиболее достоверным из возможных источников, хотя в нём найдены ошибки, и в целом весь документ выглядит написанным в спешке либо небрежно. Посмертный осмотр указывает многочисленные переломы, травмы мягких тканей, обширный плеврит. Диагноз и результат вскрытия написаны другим почерком. Причиной смерти назван сепсис[100].
Перикардит, плеврит и последовавший сепсис были вызваны побоями. Фактически, Земмельвейса до смерти забили сотрудники лечебницы. Скоропостижная смерть учёного и подобное отношение к нему со стороны персонала лечебницы навело большинство исследователей на то, что его гибель если не подстроила, то как минимум приветствовала собственная семья[31][100].
................
С 1862 года психическое здоровье Земмельвейса стало ухудшаться, развилась депрессия. Часто он не мог говорить ни о чём, кроме родильной горячки[90][18]. Мария Земмельвейс впервые заподозрила, что её супруг сходит с ума, 13 июля 1865 года, когда семья вернулась из гостей. На следующий день она рассказала о своих подозрениях давнему другу Игнаца Лайошу Маркусовскому, врачу из Будапешта. По её словам, муж вёл себя настолько непристойно, как может только лишившийся рассудка человек. В биографии работы профессора Вильяма Синклера упоминается, что эпизоды психоза сменялись просветлением. В один из таких моментов Земмельвейс признался жене, что чувствует, что «в его голове что-то не в порядке»[91].
21 июля Земмельвейс посетил регулярное собрание профессоров в университете Пешта. В стенограмме собрания его фамилия упоминается дважды, в первый раз в связи с его просьбой увеличить жалованье. Это обращение являлось правомерным и уместным, так как жалованье профессорам принято было повышать раз в десять лет. Второе упоминание касается обсуждения графика лекций на следующий год. Только семь лет спустя бывший ассистент Земмельвейса Йозеф Флейшер упомянул инцидент, который впоследствии стал знаменитым: в момент, когда Земмельвейс должен был зачитать доклад о поступлении на должность лектора, он вынул из кармана брюк скомканный листок, расправил его и стал вслух зачитывать клятву акушерки. Ошеломлённые коллеги отвезли его домой. Однако Флейшер, будучи просто ассистентом, не мог присутствовать на собрании профессоров, а ни один из бывших там участников подобного инцидента не припоминал[92].
Спустя несколько дней после этого совещания Земмельвейса осматривал Янош Бокай, давний друг супругов и по совместительству семейный врач. В сохранившемся протоколе пациент описан как «здоровый мужчина 47 лет, который всегда был физически крепок и не жаловался на недомогания какого-либо рода <…>, по отзывам друзей и коллег был респектабельным, добродушным, справедливым, однако со страстностью, граничащей с фанатизмом, отстаивал свои научные взгляды. Тех, с кем в резкой и несдержанной форме он только что спорил о родильной горячке, через пять минут он мог от души обнимать и целовать. <…> В последние пять недель близкие заметили резкое изменение поведения: он утратил интерес к семье и работе, стал выпивать, ходить к проституткам, неряшливо одеваться, сорить деньгами». По результатам этого осмотра Земмельвейс решил отправиться на отдых в Графенберг, на юге Германии. Однако всего через несколько дней, 29 июля, профессор хирургии Янош Балаша составил заключение, согласно которому Земмельвейса надлежит отправить в Вену в больницу для душевнобольных. Три врача подписали это заключение — сам Балаша, Янош Бокай и местный врач Янош Вагнер. Ни один из них не был психиатром или психологом, протоколов осмотра или сведений об очном наблюдении не найдено. Синклер, однако, упоминает, что Балаша был убеждённым сторонником методики Земмельвейса и неоднократно ассистировал ему на операциях[93][94][95].
29 июля 1865 года Земмельвейс отправился в поездку, которая по его мнению должна была стать первой частью пути в Графенберг. Вместе с ним ехали супруга, новорождённая дочь, дядя супруги и ассистент Иштван Батори. Ночным поездом компания прибыла в Вену, где на вокзале их встретил Фердинанд фон Гебра. Старый друг убедил Земмельвейса ненадолго прервать поездку и заехать в гости, а также осмотреть его новую клинику. Пока Мария Земмельвейс и остальные оставались в доме Гебры с его женой, сам Фердинанд и дядя Марии отвезли Игнаца в психиатрическую клинику Allgemeines Krankenhaus. Это государственное учреждение не было среди лучших в городе, не сохранилось протокола осмотра при поступлении[96]. Предположительно, так как дело было в субботу, квалифицированный персонал осмотрел Земмельвейса только 31-го числа, в понедельник. Гебра и дядя Марии тайно уехали, оставив Земмельвейса беседующим в саду с одним из сотрудников больницы. Дальнейшие события построены в большой степени на догадках: известно, что Земмельвейс пытался сбежать из больницы, несколько охранников силой удерживали его, затем привязали к кровати. Утром в понедельник Мария приехала в больницу, однако ей отказал в визите лично директор[97].
....................
Игна́ц Фили́пп Зе́ммельвейс (нем. Ignaz Philipp Semmelweis [ˈɪɡnaːts ˈzɛml̩vaɪs]; венг. Semmelweis Ignác Fülöp; 1 июля 1818, Буда — 13 августа 1865, Обердёблинг под Веной) — венгерский врач-акушер, профессор, получивший прозвище «спаситель матерей» за обнаружение причин родильной горячки.
