arbeka

Дикари, дети гор

"- А хотите по гамбургскому счёту? О "совестях" и "авторитетах" речи нет, с ними всё ясно. А мы? Не закрывали ли мы точно так же глаза на убитых чеченских детей?

- Лично я осенью 1999 отправил письмо в Кремль, с требованием беречь гражданское население Чечни - моя совесть в этом вопросе полностью чиста. Хоть и помнил про ст.64 УК РСФСР.
А как с аналогичными письмами в Киев у претендующих на статус "совести нации"?
- у нас было с этим по другому. гражданским населением там были озабочены все наши сми и правозащитники. правда, в основном чеченским. русскоязычные так называемые интересовали всех меньше. ну и войска гражданских выпускали все таки перед началом штурмов. тут же и близко ничего подобного. что очень меня удивляет
- Безусловно. Но именно позиция оппозиционных (в разной степени) СМИ и правозащитников - обобщённой "Политковской" и условного "Ковалёва" по чеченскому вопросу окончательно восстановила против них консервативную часть общества - грубо говоря, всех тех, кто сегодня негодует по поводу АТО и отношения к ней украинских СМИ и правозащитников, буде таковые имеются. Я и себя, кстати сказать, имею в виду - если уж по гамбургскому счёту, то без самокопания не обойтись.
Иными словами: при взгляде на украинское непотребство до нас доходит простая, но неприятная мысль, что "Политковская-Ковалёв" - необходимый элемент метаболизма, а не инороднее тело, паразит и т. д. Нас может не устраивать, как он себя ведёт, но полное его отсутствие выглядит... вот, так и выглядит.
- именно. получается, что наши ягрузины и тыды делают нас цивилизованным обществом. на Украине, в Грузии такого не было. дикари именно они.

http://buyaner.livejournal.com/156130.html?thread=2980834#t2980834 https://ivanov-petrov.livejournal.com/1890387.html 2014-08-13 09:21:00

Threaded | Top-Level Comments Only

From:

belkafoto.livejournal.com

" Об авторитетах и авторитете
Недели три назад у меня вышел интересный разговор с украинским журналистом Александром Демченко. Это был и вообще-то редкий, а по нынешним временам и вовсе невероятный, случай осмысленного разговора с человеком, находящимся по ту сторону баррикад в прямом и переносном смысле. Уже тогда я хотел вынести его в отдельный пост, но после трагедии малайзийского Боинга и резкой эскалации конфликта подобные посты устаревают с опережением: бывает, что разговор ещё продолжается, а обстоятельства таковы, что ни начало его, ни продолжение уже не актуальны. Поэтому даю ссылку здесь - может быть, для кого-то этот обмен мнениями с робкой надеждой на взаимопонимание представит исторический интерес...

From:

belkafoto.livejournal.com

С немалым удивлением обнаружил, что публика, в большинстве своём, осталась совершенно нечувствительна к разительной гротескности этого текста. В журнал val000 я, правда, не заглядывал, но у ivanov_petrov многие принялись совершенно серьёзно обсуждать кандидатуры, попутно скатываясь в споры политического свойства. И лишь prostak_1982 высказал то, что, на мой взгляд, напрашивалось само: "А своей совестью и порядочностью обладать нельзя? Почему обязательно должен быть тот, кто говорит "Что такое хорошо? Что такое плохо?" Большинство комментировавших и предлагавших очередную "совесть общечеловеческую" читали практически те же книжки, что и эти самые "совести", воспитывались на морали и нравственности, основанных на том же самом евангелическом базисе, и все равно, требуют кого-то в проводники". За этим комментарием воспоследовало небольшое обсуждение, в котором и я принял участие, но, уже написав ответ, от которого не отказываюсь и сейчас, задумался об отношении к авторитету как категории и отдельным его носителям в разных культурах.

В связи с этим вспомнился недавний забавный в языковом отношении случай, когда в очередном обсуждении текущих событий прозвучал призыв обратиться к "моральным авторитетам". Что утешительно - нашёлся, всё-таки добрый человек, заметивший тогда, что "авторитеты" во множественном числе бывают только криминальные. Но общее впечатление - как тогда, так и в данном случае, - таково, что люди, вместе с языковым чутьём, утратили всякое чувство реальности, когда за неимением Померанца худо-бедно сойдут Макаревич с Шевчуком (хотя им следовало бы ещё в рассоле полежать, дозреть), Жванецкий, пожалуй, не дотягивает, а Ахеджакову с Шендеровичем даже не предлагайте, не возьму, нет, в этом сезоне это уже не носят.

From:

belkafoto.livejournal.com

"Моральных авторитетов" я вспоминать не стал, а ответил prostak_1982 следующее:
Хотел написать практически буквально то же самое: совесть индивидуальна по определению, навязчивый поиск общенародной совести есть русская национальная игра болезнь. Другие народы иногда делегируют одному человеку свою волю (последствия плачевные), но мало кто так, как мы, норовит перепоручить кому-нибудь совесть. Это, кстати, лишнее подтверждение ошибочности распространённого убеждения в "ненациональности" русской интеллигенции: подобно тому, как среди православных распространена потребность в мелочном духовном водительстве ("батюшка, благослови починить унитаз"), так интеллигенция взыскует "совести нации".
Что, тем не менее, поражает, это серьёзность, с которой люди бросаются обсуждать тему, уровень которой комичен уже в силу плавного перехода от Померанца к Жванецкому, Макаревичу и Шевчуку.

From:

belkafoto.livejournal.com

И тут я подумал: не отражает ли этот, отчасти болезненный, часто инфантильный, настойчивый поиск морального авторитета некоего монархического атавизма? Не в банальном смысле замены монарха Учителем, а в том, что монархическое сознание предполагает определённый принцип организации, единый для разных планов реальности. Мне, честно говоря, трудно представить себе культа гр. Толстого в немонархическом обществе. И именно он, на мой взгляд, создал прецедент и задал параметры взыскуемого авторитета: это должен быть гений высшей лиги (желательно писатель - музыкант или художник сгодился бы во Флоренции XV-XVI вв., а нам подавай писателя!), мыслитель (желательно религиозный, но не вполне традиционного направления), держащийся в стороне от страстей мира сего, но иногда (желательно редко - в особенных случаях) изрекающий веские суждения о происходящем. Подобная фигура привносит в духовную жизнь тот же элемент прочности и ощущение незримой опоры, что и присутствие монарха (даже, прости, Господи, конституционного) в жизнь политическую.

Но увы. Утратив монархию, мы потеряли невинность. Теперь нет предстателя, и все наши потуги - не более чем погоня за призраком. Какое бы сообщество ни предложило своего кандидата на моральный трон, то будет своего рода лже-Толстой. Кстати сказать, каков был последний наш монарх, таков был и последний пророк. Но - каким бы он там ни был - в этом качестве он был последним.

From:

belkafoto.livejournal.com

buyaner

10 августа 2014, 15:58:01

В смысле - не было ли чего-то подобного в других странах? Я знаю лишь один аналог - Ганди, который, с одной стороны, сам испытал сильнейшее влияние Толстого, а с другой - по части количества и качества всенародной любви - далеко его переплюнул. И это лишнее подтверждение воспроизводимости и действенности культурных матриц: Индия - родина понятия "гуру".

From:

belkafoto.livejournal.com

russhatter

11 августа 2014, 21:46:40

Я постарался внимательно прочитать Вашу дискуссию с Демченко. И не смог. Вашу линию я прекрасно понимаю, я не понимаю, о чём с ним говорить и не могу отследить логику "спора". Рад, если для кого-то эта дискуссия оказалась поучительна, для меня - нет. Возможно, главное для меня - в полном отсутствии у него возможностей и амбиций по изменению ситуации, он не обсуждает возможности, а только оправдывает происходящее. Такой хоккей никому не нужен.

From:

belkafoto.livejournal.com

"2. Если в ходе военной операции, проводимой киевскими властями, гибнут мирные жители, вина за это лежит на тех, кто сознательно ставит их под удар, то есть, на вооружённом сопротивлении Юго-Востока (они же «террористы», «сепаратисты», «бандиты», «уголовники» и т. д.)
Старый мотив, хорошо мне знакомый по Израилю. Как все наверняка помнят, несколько лет назад Израиль, будучи спровоцирован Хезболлой, убившей троих и похитившей двоих израильских солдат, имел неосторожность во второй раз влезть в Ливан и за несколько недель интенсивных авианалётов превратил южную часть страны в руины. Чести эта история не принесла никому: к Хезболле и им подобным такое понятие, как «честь», вообще неприменимо, а Израиль оказался втянут в партизанскую войну, победить в которой невозможно, а утонуть в крови и дерьме – запросто. Самым страшным эпизодом войны стало прямое попадание снаряда в трёхэтажный дом в южноливанской деревне Кана, в результате которого погибло три десятка человек, из которых больше половины – дети. И тогда, и при расследовании случаев гибели мирного населения в ходе операции «Литой свинец» в секторе Газа двумя годами позже израильские военные обвиняли, соответственно, Хезболлу и палестинцев в использовании мирных жителей в качестве «живого щита». Споры подобного рода, на мой взгляд, не имеют смысла, потому как при партизанской войне нет взаимоприемлемого критерия, который позволил бы отличить «мирное население» от «пособников террористов», а сознательное применение тактики «живого щита» от трагической ситуации, когда «мирные жители», они же «пособники», суть соседи и родственники боевиков и, естественным образом, находятся в непосредственной близости от района боевых действий. Отсюда же – бесконечные споры о так называемых «зачистках» – будь то в Афганистане, Чечне или Ливане: одному Богу известно, где кончается законное применение силы против террористов и начинается бойня.