опознать их невозможно

[arbeka]

визуально опознать их невозможно

((Если ничего не путаю, во Второй мировой, солдаты имели жетоны именно для опознания.

Версии, или аналог жетонов специально выбрасывается.
Или тело разрывается так, что жетоном уже не обойтись.

Между тем, Тема на кандидатскую потянет:
"Опознание трупа посла попадания в него крупного (артиллерийского) снаряда."))
............
tanvrn • час назад

"Тела 220 погибших украинских бойцов с территории завода "Азовсталь" уже находятся в Киеве, примерно треть – это азовцы, сейчас идет процесс опознания. Об этом сообщил экс-командир полка "Азов" Максим Жорин.

Он также подтвердил два обмена телами погибших. По его словам, еще столько же тел необходимо вернуть, сейчас по этой теме ведутся переговоры.

"Могу подтвердить два обмена - тела 220 погибших уже сейчас находятся в Киеве, примерно треть - это азовцы, идет процесс опознания", — отметил Жорин.

Процесс этот, по его словам, непростой, многие из тел "в ужасном состоянии и визуально опознать их невозможно". Идентификация может занять до нескольких месяцев, она потребует сложных экспертиз

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

Сюжет

Аномально морозный февраль 1953 года. Действие начинается в день, когда Сталина разбил паралич. Фабула закольцована: в первой сцене показан арест истопника Феди Арамышева, который выйдет на свободу в конце фильма[2].

В первой части на фоне «дела врачей» сочными, босховско-брейгелевскими красками нарисована эксцентричная картина жизни в доме генерала медицинской службы Юрия Клёнского. Хотя генерал пьёт коньяк чайными стаканами, он не может не чувствовать опасности, особенно после того, как встречает в госпитале собственного двойника. Так как двойники использовались госбезопасностью в показательных процессах, Клёнский понимает, что именно он назначен следующей мишенью по «делу врачей»[3].

Когда в его доме появляется иностранец с известием о якобы живущей за рубежом родственнице, генерал, подозревая в нём провокатора, спускает его с лестницы. Однако местный стукач успевает доложить о контактах высокопоставленного доктора с иностранцами, и прямо в госпитале на него устраивают облаву. Предугадав это развитие событий, Клёнский уходит из дома и после ночи, проведённой у любовницы, пытается бежать из Москвы «в народ»[4].

Вторая часть посвящена лагерному опыту генерала. Его семью выселяют в переполненную коммуналку, а самого Клёнского после задержания бросают на расправу банде зэков, которая подвергает его сексуальному насилию[5]. Чудесным образом его освобождают и срочно доставляют к постели безнадёжного больного, в котором не сразу можно признать Сталина. После того, как тот умирает, Берия милостиво освобождает Клёнского и произносит первую фразу послесталинской России: «Хрусталёв, машину!»[6][источник не указан 424 дня] (Иван Васильевич Хрусталёв — сотрудник органов госбезопасности, дежуривший на даче Сталина в день, когда тот скончался).

Вместо возвращения к семье генерал осуществляет свою мечту уйти в народ и затеряться на бескрайних просторах страны[4][7]. В конце фильма он показан счастливым комендантом поезда, на спор удерживающим на своей бритой голове стакан портвейна[3].