быть тебе под красной шапкой
Jan. 28th, 2022 09:59 pm((Странно слышать слово "гений" по отношению к литератору.
Другой дело математик, химик, биолог.
А в последние времена, кажется и там с "гениями" какие-то непонятки.
Не сбросили ли ненароком всех потенциальных "гениев" с корабля современности??))
............
«Эй, Федя, уймись, не сдобровать тебе... быть тебе под красной шапкой!» — говаривал отец, которого горячность сына пугала еще и потому, что за ней виделась неизбежность беды. «Отец не любил делать нравоучений и наставлений; но... очень часто повторял, что он человек бедный, что дети его, в особенности мальчики, должны готовиться пробивать себе сами дорогу, что со смертью его они останутся нищими и т. п. Все это рисовало мрачную картину».
Так запомнилось Андрею, и страхи отца были не беспочвенны. В них, быть может, таился некий интуитивный расчет: если в семье по какому-то капризу природы окажется гений, нужно постараться его не потушить во младенчестве.
Гений в ней оказался.
https://royallib.com/read/saraskina_lyudmila/dostoevskiy.html#266240
Другой дело математик, химик, биолог.
А в последние времена, кажется и там с "гениями" какие-то непонятки.
Не сбросили ли ненароком всех потенциальных "гениев" с корабля современности??))
............
«Эй, Федя, уймись, не сдобровать тебе... быть тебе под красной шапкой!» — говаривал отец, которого горячность сына пугала еще и потому, что за ней виделась неизбежность беды. «Отец не любил делать нравоучений и наставлений; но... очень часто повторял, что он человек бедный, что дети его, в особенности мальчики, должны готовиться пробивать себе сами дорогу, что со смертью его они останутся нищими и т. п. Все это рисовало мрачную картину».
Так запомнилось Андрею, и страхи отца были не беспочвенны. В них, быть может, таился некий интуитивный расчет: если в семье по какому-то капризу природы окажется гений, нужно постараться его не потушить во младенчестве.
Гений в ней оказался.
https://royallib.com/read/saraskina_lyudmila/dostoevskiy.html#266240
Серге́й Фёдорович Ду́ров
Date: 2022-01-31 08:10 pm (UTC)Вместе с Достоевским был отправлен в Омский острог.
По окончании срока каторги в 1855 году он был отправлен рядовым в 3-й сибирский линейный батальон в Петропавловск. Год спустя из-за слабого здоровья — как писал Достоевский («Записки из мертвого дома», Ч. I, Гл. VII), «полуразрушенный, седой, без ног, с одышкой» человек — он был переведён в гражданскую службу: состоял писцом 4-го разряда в областном правлении сибирских киргизов. В 1856 году получил разрешение выехать из Сибири (без права въезда в столицы) и уехал в Одессу; затем жил около Полтавы, в имении своего друга А. И. Пальма. В 1857 году ему было возвращено дворянство и снят полицейский надзор. Летом 1858 года гостил у И. И. Пущина в имении Марьино Московской губернии. После смерти Пущина жил в Марьино (1862—1863). В 1863 году получил разрешение жить в Санкт-Петербурге, но жил в Кишинёве (1864—1868); последние месяцы жизни провёл в Полтаве, где и скончался 6 (18) декабря 1869 года.