даже наукой воспрещено
Jan. 26th, 2022 09:58 pmсострадание в наше время даже наукой воспрещено
((Проходят века, меняются идеи, страны и континенты.
Кажется, что тип "Мармеладова" существовал и при коммунистах, и после них.
Живет ли он сейчас?
Естественно, Достоевский натягивает сову на глобус.
Ты чиновник - иди служи.
Хочется превратиться в грязного алкаша - сгинь из семьи и спивайся в другом месте.
Для чего Мармеладов понадобился Федору Михалычу??))
.........................
"Позвольте, молодой человек, случалось вам... гм... ну хоть испрашивать денег взаймы безнадежно?
-- Случалось... то есть как безнадежно?
-- То есть безнадежно вполне-с, заранее зная, что из сего ничего не выйдет. Вот вы знаете, например, заранее и досконально, что сей человек, сей благонамереннейший и наиполезнейший гражданин, ни за что вам денег не даст, ибо зачем, спрошу я, он даст? Ведь он знает же, что я не отдам. Из сострадания? Но господин Лебезятников, следящий за новыми мыслями, объяснял намедни, что сострадание в наше время даже наукой воспрещено и что так уже делается в Англии, где политическая экономия. Зачем же, спрошу я, он даст? И вот, зная вперед, что не даст, вы все-таки отправляетесь в путь и...
-- Для чего же ходить? -- прибавил Раскольников.
-- А коли не к кому, коли идти больше некуда!
((Проходят века, меняются идеи, страны и континенты.
Кажется, что тип "Мармеладова" существовал и при коммунистах, и после них.
Живет ли он сейчас?
Естественно, Достоевский натягивает сову на глобус.
Ты чиновник - иди служи.
Хочется превратиться в грязного алкаша - сгинь из семьи и спивайся в другом месте.
Для чего Мармеладов понадобился Федору Михалычу??))
.........................
"Позвольте, молодой человек, случалось вам... гм... ну хоть испрашивать денег взаймы безнадежно?
-- Случалось... то есть как безнадежно?
-- То есть безнадежно вполне-с, заранее зная, что из сего ничего не выйдет. Вот вы знаете, например, заранее и досконально, что сей человек, сей благонамереннейший и наиполезнейший гражданин, ни за что вам денег не даст, ибо зачем, спрошу я, он даст? Ведь он знает же, что я не отдам. Из сострадания? Но господин Лебезятников, следящий за новыми мыслями, объяснял намедни, что сострадание в наше время даже наукой воспрещено и что так уже делается в Англии, где политическая экономия. Зачем же, спрошу я, он даст? И вот, зная вперед, что не даст, вы все-таки отправляетесь в путь и...
-- Для чего же ходить? -- прибавил Раскольников.
-- А коли не к кому, коли идти больше некуда!