Хармс

((807 расшифровал, 52 пока не поддаются)).

"У нас на Невском № 88 переменили № телефона. Я все никак не могла его запомнить. Д<аниил> Ив<анович> тут же пришел на помощь, благодаря чему я тот № помню до сих пор: 80752. Он расшифровал его так: «Восемь ног, — всем подавать».
http://www.d-harms.ru/library/vot-kakoy-harms-vzglyad-sovremennikov9.html

На германской войне

только пушки в цене (?)

"Ольга Филипповна Таубе, урожд. Королева, была матерью Марианны Евгеньевны, жены В.М.Глинки. Отцом О.Ф. был Филипп Николаевич Королев (1821–1894), родом из крестьян Харьковской губернии. Это был очень деятельный человек (см. «Брокгауза») — им были, к примеру, основаны первые в Москве женские курсы (1869), он какое-то время возглавлял Петровскую земледельческую академию (1870-76), почти два десятка лет был членом Совета министерства государственных имуществ.
((к вопросу о соц.лифтах))

Образование Ольга Филипповна получила в Дрезденском лицее, отсюда владение иностранными языками, знакомство с классической литературой и искусством. В молодости вместе с сестрой Марией Филипповной (р. 1884) она много путешествовала по Европе. Ближайшей приятельницей О.Ф. в предреволюционное двадцатилетие была княгиня Нина Сергеевна Оболенская (урожд. Жекулина)...

На германской войне в 1914–1916 гг., подруги опять вместе, и опять на санитарном поезде, начальником над которым являлся муж Ольги Филипповны — военный врач Евгений Петрович Таубе.

Как-то этот поезд, находясь вблизи линии фронта (дело было в Галиции), остановился в поле около лесочка, и приятельницы пошли прогуляться и подышать воздухом. Однако, зайдя за какой-то куст, они наткнулись на австрийского офицера, который отдал им честь и произнес: «Медам, вы в плену!» Дамы, хотя и были патриотками, но, как люди воспитанные, скандала устраивать не стали, тем более что и штаб австрийцев оказался совсем неподалеку. Дело происходило, кажется, осенью 1914-го года, и ожесточения, которое, как говорят знающие люди, со временем овладевает всеми воюющими, еще не наступило. А когда при допросе выяснилось, что несколько старших офицеров и пленные медсестры принадлежат к одному кругу, и даже обнаружились общие знакомые (следствие многочисленных путешествий О.Ф. и Н.С. по Европе), то допрос как-то сам собой перешел в оживленную светскую болтовню, и в штабе решено было устроить бал. Танцевали всю ночь. Под утро тот же офицер отвел приятельниц к месту их пленения. Убедившись, что поезд на месте, он произнес: «Медам, вы свободны!» — и отдал честь. Начальник поезда, муж О.Ф., конечно, спросил их о том, почему они задержались, но, судя по всему, ответ его удовлетворил.

http://www.mccme.ru/~vitar/glinka/hranitel2/02-comments.htm

Страшно далеки они

Страшно далеки они от народа (с)

"Учиться, учиться и учиться" (умри, Платон, лучше не скажешь)

"Здесь нам кажется уместным добавить, что и приятельница Ольги Филипповны, княгиня Нина Сергеевна Оболенская (муж которой умер за границей), также не совсем потерялась после 1917 года. Очень вскоре она уже в Москве, и в ее речи вместо упоминания имен светлейших князей Голицыных и родственных ее мужу Толстых начинают скользить совершенно другие имена: наркома здравоохранения Н.А.Семашко и управляющего делами Совнаркома В.Д.Бонч-Бруевича. А когда двум ее дочерям отказывают в праве поступать в ВУЗы на том основании, что они, мол, княжны и, притом из Рюриковичей, то ответственный секретарь «Правды» Мария Ильинична Ульянова по просьбе Нины Сергеевны добывает у брата справку, на которой написано: «Принять, как потомков декабриста».

http://www.mccme.ru/~vitar/glinka/hranitel2/02-comments.htm