Это же сплошная порн

[arbeka]

((Записки учительницы о первых днях, месяцах и годах войны. Много букв, много почти худ описаний. Встречаются перлы.
Повествование о том, как польско-немецкая полиция вернула "советке" похищенное паном Паньковским имущество, вполне забавно.))

12 июля 1941. Светланка ещё спит. Тётушка моет посуду на кухне. Хозяева во дворе стригут овец. Запоздали с этим делом в связи с войной. Я немного почитала Библию. Вот нашли Священную книгу! Это же сплошная порнография!
.............
Тоска! Для чего я всё это пишу? Кому интересно будет читать о маленьких несчастных человечках, затерявшихся на жестоких дорогах войны? Кому мы нужны? Может, и жить-то нам осталось считанные дни. В деревне поговаривают, что немцы всех «советок» с детьми побьют, мужчин советских вывезут на работу в Германию. Здесь, в Польше, мы не только беженцы, но и «советки». Что же нам делать? Мне страшно.

https://prozhito.org/notes?diaries=%5B441%5D

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

29 августа. За эти дни ничего особенного не произошло. Три дня сердилась на меня Вера Ивановна, на четвёртый пришла к нам. Мы с ней долго спорили всё о том же, об истории с Паньковским, и каждый из нас остался при своём мнении. Наша размолвка усугубилась бы, если бы не тётушка и Владимир Львович, которые решительно встали на мою сторону. Прежде, чем идти в немецкую полицию, Вере Ивановне нужно было бы побывать у Паньковского и сказать ему, что о воровстве его будет сообщено немцам. Суровые немецкие законы известны ему, он струсил бы и без всякого мордобоя отдал бы чужие вещи. Упрямая Вера Ивановна, наконец, сдалась, и мы помирились.

У Варвары Фоминичны есть муж и двое детей, которые сейчас гостят в деревне. В квартире её чисто, красиво — не то, что у Веры Ивановны. Понравился мне их гарнитур в спальне. Кровати, трюмо, тумбочки, шифоньер — всё это светло-жёлтого цвета, золотистое. Уютно и в гостиной, где доминирует тёмно-бордовый и коричневый цвет. Приятно было посидеть в такой комнате. Я не заметила, как пролетели полтора часа за беседой и чаем.

Прощаясь, Варвара Фоминична сказала, что обязательно придёт к нам в ближайшее время… Ей хочется поговорить с «настоящими» русскими людьми.

Я люблю эмоциональных людей, увлечённых чем-то, страстных и сильных. Рада, что познакомилась с Варварой Фоминичной. Она мне кажется именно такой. Кто знает, может быть, она станет моим лучшим другом. Я так боюсь одиночества! Я так хочу, чтобы у меня был умный, бескорыстный, закадычный друг.

5 сентября. Третий день роем картошку в деревне Раёк. Вера Ивановна не советует мне работать, говорит, что мне вредно — «роды на носу». А мы с тётушкой спозаранку уходим в деревню. За вырытый мешок картошки нам дают ведро.

В этих местах война большого урона сельскому хозяйству ещё не причинила. Урожай зерновых крестьяне сняли хороший, конечно, припрятали хлеб подальше от немцев, хоть те и сделали уже повторную опись наделов земли, скота, едоков. Теперь крестьяне ждут налоговых квитанций, сколько сдерут с них зерна, мяса, сала, масла, яиц их «освободители».

К нам в деревне относятся с полным доверием. Даже сокровенные тайны, что они прячу в лесных погребах своих кабанов, нам известны.