начали рассказывать анекдоты
May. 22nd, 2021 09:10 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaпо радио начали рассказывать анекдоты
((Но даже в самые трюдные минюты войны, ням нэ изминияло чуфство юмора (с)
Забавная деталька - платье задом наперед.))
26 июня 1941.
(Даме 24 года)
Моему сыну сегодня 9 месяцев. Сегодня пятый день войны. Кажется, что война идет уже давно.
Я по рукам и ногам связана — кроме меня некому смотреть за Мишкой. Маму вернули из отпуска и она целый день на работе. А мне хотелось бы что-то делать для фронта. Трудно быть в стороне. Вчера мы с мамой дежурили по дому с 12 до 2-х; сегодня я ходила рыть окопы — это делают все, но и это уже приятно.
Рыли окопы весело, шутили. Было много школьников. Одна девочка ругала домоуправление за то, что оно не хотело их посылать — слишком маленькие. <…>
Ночью, под 24-е, была воздушная тревога. Мы встали, хотели итти в метро, но раздумали, — Мишку не будили. Я стала одеваться, одела все как следует, но платье — задом наперед. Было не то что страшно, но как-то тягостно. В доме, кажется, паники не было, все были сравнительно спокойны. Но оказалось, что подготовлены к этому плохо — никто не знал, где убежище, а в метро была давка и от нас вообще нельзя было туда пройти, т.к. на пути — зенитная артиллерия.
Утром объявили, что тревога была учебная. Говорят, впрочем, что немецкие бомбардировщики действительно пытались пробраться к Москве, но их отогнали.
Положение на фронтах серьезное, немцы уже много продвинулись к Литве. Но общественное мнение всего мира вынесло им приговор.
Агитация у нас представлена грубовато. Появляются интересные статьи, но в общем очень много повторений одного и того же, повторения эти очень быстро приедаются и не оказывают никакого воздействия. Впрочем, теперь появилась какая-то новая струя: по радио начали рассказывать анекдоты. Вот например: Гитлер обращается к своему портрету, висящему на стене, с вопросом: «Ну, Адольф, чем кончится война?». Портрет отвечает: «Очень просто, — мы поменяемся местами. Меня снимут, а тебя повесят». Или какой-то немец по какому-то поводу сказал: «слава богу». Его поправляют: «Надо говорить: слава Гитлеру». «Ну, а если Гитлер умрет?» «Тогда будем говорить: слава богу».
https://prozhito.org/notes?diaries=%5B560%5D
((Но даже в самые трюдные минюты войны, ням нэ изминияло чуфство юмора (с)
Забавная деталька - платье задом наперед.))
26 июня 1941.
(Даме 24 года)
Моему сыну сегодня 9 месяцев. Сегодня пятый день войны. Кажется, что война идет уже давно.
Я по рукам и ногам связана — кроме меня некому смотреть за Мишкой. Маму вернули из отпуска и она целый день на работе. А мне хотелось бы что-то делать для фронта. Трудно быть в стороне. Вчера мы с мамой дежурили по дому с 12 до 2-х; сегодня я ходила рыть окопы — это делают все, но и это уже приятно.
Рыли окопы весело, шутили. Было много школьников. Одна девочка ругала домоуправление за то, что оно не хотело их посылать — слишком маленькие. <…>
Ночью, под 24-е, была воздушная тревога. Мы встали, хотели итти в метро, но раздумали, — Мишку не будили. Я стала одеваться, одела все как следует, но платье — задом наперед. Было не то что страшно, но как-то тягостно. В доме, кажется, паники не было, все были сравнительно спокойны. Но оказалось, что подготовлены к этому плохо — никто не знал, где убежище, а в метро была давка и от нас вообще нельзя было туда пройти, т.к. на пути — зенитная артиллерия.
Утром объявили, что тревога была учебная. Говорят, впрочем, что немецкие бомбардировщики действительно пытались пробраться к Москве, но их отогнали.
Положение на фронтах серьезное, немцы уже много продвинулись к Литве. Но общественное мнение всего мира вынесло им приговор.
Агитация у нас представлена грубовато. Появляются интересные статьи, но в общем очень много повторений одного и того же, повторения эти очень быстро приедаются и не оказывают никакого воздействия. Впрочем, теперь появилась какая-то новая струя: по радио начали рассказывать анекдоты. Вот например: Гитлер обращается к своему портрету, висящему на стене, с вопросом: «Ну, Адольф, чем кончится война?». Портрет отвечает: «Очень просто, — мы поменяемся местами. Меня снимут, а тебя повесят». Или какой-то немец по какому-то поводу сказал: «слава богу». Его поправляют: «Надо говорить: слава Гитлеру». «Ну, а если Гитлер умрет?» «Тогда будем говорить: слава богу».
https://prozhito.org/notes?diaries=%5B560%5D
