Между шероховатостью

[arbeka]

Между шероховатостью и недоделанностью

Знатоки уже устать успели от обсуждения, в чем недотягивает российское современное кино от европейского. (В смягченной форме, чем отличается).

"Спайс бойз
Василиса приезжает в свой родной город после длительного отсутствия. Здесь героиня фильма «Спайс бойз» собирается посетить свадьбу своей школьной подруги Инны. До праздника ещё несколько дней, поэтому девушки решают устроить спокойный и тихий девичник.

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

А потом начал снимать крымские пейзажи огромной величины (до трех метров в высоту) и столь огромного разрешения так, чтобы при пятикратном увеличении ничего не расплывалось, все было четко, хоть режь фотографию на части, как торт. Я думал, как этот гиперреализм примирить с тем, что Алик был продвинутым в области теории, самая знаменитая русская статья за последние полвека «Московский романтический концептуализм» Гройса была им отредактирована и безжалостно сокращена более, чем вдвое: то есть то, что красота – невозможна, как тема и предложение, он знал. Мне пришло в голову, что он решил пройти по границе между тем, что нельзя, и желанием того, что нельзя. Он снимал не красоту, а как бы прощание с красотой, похороны красоты, умерший мир, в котором не было людей, не было примет цивилизации, одна физическая природа, прикидывающаяся вечной. И это, возможно, было видом игры в компромисс.

Разговаривая с ним из Америки, я все время слушал его советы, как мне прославиться, сделать популярным мои дурацкие фотки, он посылал меня к Барышникову, к пятому-десятому, но мне не хотелось говорить, что мне в лом что-либо устраивать, что мне надоело это в литературе там, откуда я уехал, не хочется и здесь. Хватит карьеры, успеть бы побольше. Зачем? Алик относился ко мне с нежностью, как к сыну, и мне не хотелось говорить об усталости.

Мы с ним несколько раз ссорились. Не то, чтобы ссорились, но возникала какая-то преграда, глухая и тоскливая стена, и ее нужно было как-то преодолевать. Первый раз, когда он взял два моих текста и опубликовал без спроса в Литературном «А-Я», за что меня стали трясти друзья Путина по ленинградскому КГБ, убеждая признаться, что я редактор – «А-Я», а я не мог сказать, что Алик один текст опубликовал с моего согласия, а второй, типа, украл. То есть уговаривал меня опубликовать отрывок из Момемуров, посвященный Боре Кудрякову, а я не хотел этого, ожидая, когда роман опубликуют целиком. И доигрался до требования подписать предупреждение, что моя деятельность подпадала под статью 190-прим.