![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbeka"Получается, что вы себя чувствовали комфортно, могли ходить в архивы, заниматься научными исследованиями, поэтому мечты уехать (как у многих тогда) – у вас не было?
Абсолютно не так! Ни жилья, ни заработков и архивы для меня быстро закрылись (отношения в архивы были отозваны, в в Рукописный отдел Ленинской библиотеки меня не пустили).
Расскажите, как вы устроились в Германии.
Я ехал заниматься научной работой. Виза была в Израиль. Но я еще в Москве в Голландском посольстве сказал, что не еду туда, а ограничусь Европой. Я доехал до Вены, меня встретили. Потом – планировал – в Гейдельберг. Мне казалось, что меня ждали, но никто меня не ждал. Доехал я из Вены до границы с Германией, после опроса полицейскими меня поселили в гостинице, кормили пару дней, свозили к врачам. Через день-два за мной приехали друзья и вывезли в Мюнхен, поселили меня на американской базе. Наверное, это военная разведка, им нечего было делать и они опрашивали всех – обучали своих стажеров. Да ещё мне платили еженедельно деньги и кормили три раза в день! Для меня было удивительно получение денег ни за что.
Я пошёл на «Радио Свобода» встретиться с Горбаневской, которая туда приехала. Меня она или кто-то еще свел в Архив самиздата – такой был отдел – познакомился с сотрудниками, и поскольку мне нечего было делать, я предложил им себя не думая ни о заработке ни о работе (разрешения на работу я еще не получил, поскольку еще не был признан политическим эмигрантом). Я даже не думал, что получить работу на Западе – это неслыханная удача.
А в декабре я уже получил разрешение на работу – меня пригласили работать в Архив самиздата. И параллельно оказалось, что Гейдельберг – это полу-фикция, а о науке я мог думать только в свободное от работы время, как и в Москве.
Абсолютно не так! Ни жилья, ни заработков и архивы для меня быстро закрылись (отношения в архивы были отозваны, в в Рукописный отдел Ленинской библиотеки меня не пустили).
Расскажите, как вы устроились в Германии.
Я ехал заниматься научной работой. Виза была в Израиль. Но я еще в Москве в Голландском посольстве сказал, что не еду туда, а ограничусь Европой. Я доехал до Вены, меня встретили. Потом – планировал – в Гейдельберг. Мне казалось, что меня ждали, но никто меня не ждал. Доехал я из Вены до границы с Германией, после опроса полицейскими меня поселили в гостинице, кормили пару дней, свозили к врачам. Через день-два за мной приехали друзья и вывезли в Мюнхен, поселили меня на американской базе. Наверное, это военная разведка, им нечего было делать и они опрашивали всех – обучали своих стажеров. Да ещё мне платили еженедельно деньги и кормили три раза в день! Для меня было удивительно получение денег ни за что.
Я пошёл на «Радио Свобода» встретиться с Горбаневской, которая туда приехала. Меня она или кто-то еще свел в Архив самиздата – такой был отдел – познакомился с сотрудниками, и поскольку мне нечего было делать, я предложил им себя не думая ни о заработке ни о работе (разрешения на работу я еще не получил, поскольку еще не был признан политическим эмигрантом). Я даже не думал, что получить работу на Западе – это неслыханная удача.
А в декабре я уже получил разрешение на работу – меня пригласили работать в Архив самиздата. И параллельно оказалось, что Гейдельберг – это полу-фикция, а о науке я мог думать только в свободное от работы время, как и в Москве.
