«Я послушный»

[arbeka]

"Если ровесники в раннем детстве время от времени и подсмеивались надо мной, то повод им дал незначительный случай, который я тем не менее до сих пор, не могу забыть. Мне было пять или шесть лет, когда мать во время недолгого посещения своей берлинской родни увидела в магазине детский костюмчик с вышитой на нем надписью «Я послушный». Это показалось ей забавным. Оказавшись и в этом случае оторванной от жизни, мать, не задумываясь о возможных последствиях, приказала нашить ту же надпись в польском переводе на мои блузы и курточки. Я быстро превратился в посмешище детей и реагировал на это яростью и упрямством. Вопя и раздавая тумаки, я хотел доказать тем, кто надо мной потешался, что я особенно непослушен. Это принесло мне прозвище «Большевик».
...........................
"Итак, мать отдала меня в немецкую школу. Директору школы, в высшей степени строгому человеку, который, если я не ошибаюсь, в начале Второй мировой войны был казнен поляками как немецкий шпион, она рассказала о ситуации, казавшейся ей необычной.

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

Берлин (1933—1945)

После прихода нацистов к власти в 1933 г. Кестнер в отличие от большинства своих коллег, критиковавших национал-социализм, остался в стране. Он выезжал на некоторое время в Италию, в Мерано, и Швейцарию, однако вернулся в Берлин. Кестнер объяснял своё поведение, в частности, желанием быть очевидцем происходящего. Помимо этого, Кестнер не хотел оставлять в одиночестве свою мать.

Кестнер несколько раз допрашивался в гестапо и был исключён из союза писателей. Его произведения были среди тех, что попали в огонь на Опернплац в Берлине в 1933 г. как «противоречащие немецкому духу». Кестнер сам наблюдал за происходящим, стоя в толпе на площади. Публикация произведений Кестнера в Третьем рейхе была запрещена. В Швейцарии Кестнеру удалось опубликовать безобидный развлекательный роман «Трое в снегу» (нем. «Drei Männer im Schnee») (1934). В качестве исключения Кестнеру было позволено написать сценарий для нашумевшего фильма «Мюнхгаузен».

В 1944 г. квартира Кестнера в Шарлоттенбурге была разрушена попаданием бомбы. Чтобы не погибнуть при штурме Берлина советскими войсками, в начале 1945 г. Кестнеру удалось выехать с киногруппой якобы на съёмки в Тироль, в посёлок Майрхофен, где он пробыл до окончания войны. Это время Кестнер описал в своём дневнике «Нотабене 45» (нем. «Notabene 45»), опубликованном в 1961 г.