прибыла эта комиссия как раз вовремя

[arbeka]

"В отдельной «клетке» рядом с нами, как утверждалось, помещались солдаты частей СС, этих несчастных нам было искренне жаль из-за издевательств, которым они подвергались. Их раздевали догола и заставляли взбираться по проволочному ограждению, а потом спускаться вниз. И так по несколько раз. Наверняка многие из них погибли.

Нечеловеческие условия в лагере Больбек молниеносно улучшились с прибытием туда комиссии Красного Креста Швейцарии, потребовавшей незамедлительно принять меры по созданию хотя бы сносных условий пребывания. И, надо сказать, прибыла эта комиссия как раз вовремя, потому что мы уже были на грани истощения. Питание улучшилось, стали выдавать даже белый хлеб, да и суп стал погуще. Нам выдали и специальные опрыскиватели со средством против вшей.

Comments

кому пришлось побывать в России

[belkafoto.livejournal.com]

Между тем уже несколько недель спустя война закончилась, и нас на грузовом транспорте доставили в портовый город Гавр на Атлантическом побережье, а именно в портовый лагерь 4-й армии США. И этот лагерь был обнесен колючей проволокой и оборудован наблюдательными вышками. Здесь было все же чуточку получше, по крайней мере, давали вдоволь еды. Выдали и свежее нижнее белье, и чистую американскую форменную одежду с надписью на спине PW («prisoner of war» — «военнопленный»). Здесь имелись даже бритвы и умывальные принадлежности (о чудо!), и полотенца. Как и вполне приличные душевые и туалеты. Настоящую русскую баню соорудили те, кому пришлось побывать в России. Все необходимые материалы были им выделены. В армейских палатках стояли деревянные койки с набитыми соломой мешками, это был портовый трудовой лагерь, и здесь с нами обращались более-менее по-человечески.

[belkafoto.livejournal.com]

Хотел сказать, типично московский взгляд на вещи, но не стану. Тут, думается, плохое знание темы. Бардовская песня умерла с уходом Берковского?- слишком опрометчивое заявление. Много народу работает в этом жанре и очень неплохо, во-первых. Да, авторская песня стала много более профессиональной, и тут корифеи уже не тянут, во-вторых. В третьих, сменилась среда обитания, в нынешней глупо говорить о какой-то романтике, да, корифеи тупо рубят бабло, гастролируя за кордоном. Тем не менее, количество молодых, взявших в руки гитару, мне кажется, растет, и хотя они не мелькают в телевизорах, на среди них есть множество талантов. Надо просто немного отъехать от столицы.

[belkafoto.livejournal.com]

Ну что мне вам сказать за "Остров Сахалин"?
Прочитал "Остров Сахалин" Антона Павловича Чехова. Как-то так случилось, что до сих пор не довелось. Заполнил эту брешь-лакуну.
Там же, заодно, в том же томе путевые заметки Чехова "Из Сибири", по дороге на Сахалин. Сам же основной труд - НЕ путевые заметки, а очень серьёзный, тщательный, научный - социологический. медицинский, экономический - труд. Вот где видно, что писатель был не просто художником, а врачом, его подход - не эмоциональный, а насквозь рациональный. Чехов не дал захлестнуть себя эмоциям, и не подошел к предмету по-журналистски, по-репортерски (как это потом сделал Влас Дорошевич, чьи сахалинские очерки я прочитал раньше, они интересные, но намного более легковесные). Он создал фундаментальную работу - описание жизни на острове Сахалин, полновесное, многокрасочное, основательное.
Понятно, что и написано хорошо - ясно, четко, это тоже литература, особый ее документальный жанр, в котором написан тот же "Архипелаг ГУЛАГ", например. Разница тоже естественная: Чехов пишет о том, что видел и слышал сам, Солженицын такой возможности не имел, много написано по рассказам других людей, ну да сейчас речь не о нём.

Вернемся к Чехову. В советском послесловии всячески подчеркивают ужасы царской каторги. Якобы сквозь все чеховские объективно-научные описания звучит мысль, что это АД. Не согласен. Ничего подобного я не ощутил.
Оно конечно, каторга есть каторга, и дикостей хватает, и нашего вечного бардака, и жизнь тяжелая, мягко говоря, и никакого не может быть исправления преступников, как его в принципе не может быть ни в какой тюрьме-ссылке, это идиотская утопия.
НО!!!
Дальше

Если сравнить с тем же советским ГУЛАГом, да даже с сегодняшними нашими тюрьмами-лагерями, то никакого "АДА" на Сахалине не было. Не рай, понятное дело, так ведь отправляли туда не праведников, а прямо наоборот. И телесные наказания в 1890 году были уже анахронизмом, так их вскоре после публикации книги Чехова отменили - каковую цель он ставил как истинный гуманист.
Однако в целом Чехов свидетельствует об относительно рациональном устройстве "царской" каторги. Об относительной разумности системы - при том, что в ней были явные недостатки, которые усугублялись произволом всяких "унтеров Пришибеевых". Без этого в России не обходилось никогда. Но начальство действительно пыталось бороться со злоупотреблениями.
И выжить там было можно, особенно на поселении, по окончании срока каторги. Не говоря уж о том, что каторжники едва ли заслуживали лучшей участи. Хотя многие из них и в тех условиях жили гораздо лучше, чем у себя в родных деревнях, но тут уж всё зависело от предприимчивости и хитрости индивидуумов.
Чехов, кстати, ничего не пишет о "политических", что тоже педалируется в советском послесловии. Однако извините, но "политические" того времени - суть террористы в современном нашем понимании. Никаких симпатий у меня они не вызывают.

Ну и еще. В 1890 году Чехов был уже известным писателем, но не настолько прославленным, как 10 лет спустя, когда он издавал своё собрание сочинений. На Сахалин он ехал как бы в комндировку от изданий Суворина, но без всякого согласования с властями. Однако тем не менее сахалинский губернатор и генерал-губернатор Дальнего Востока специально распорядились, чтобы ему показали ВСЁ И пустили ВЕЗДЕ. В закрытом (!) государственном (!) учреждении! Где командуют военные. Такое было возможно исключительно в Российской империи. В СССР даже представить себе невозможно подобной открытости, гласности.
И написал, и опубликовал Чехов тоже ВСЁ. Где же была "удушающая царская цензура", о которой так любили писать советские литературоведы - "солдаты партии"?!

В общем, замечательная книга, потрясающий труд, который, возможно, стоил Чехову жизни - ведь именно после поездки на Сахалин у него обострилось кровохарканье. То был истинный подвиг.
И поневоле понимаешь, что Россия до сих пор недалеко ушла от состоянии 1890 года, потому что потом была остановлена в развитии кучкой большевиков, воспользовавшихся смутой. Но это уже другая тема

[belkafoto.livejournal.com]

Адам (Том Хиддлстон) — талантливый андерграундный музыкант, живёт в мрачном Детройте, одевается в стиле 60-х и не выходит днём из дома. Он не в восторге от того, куда катится мир, и подумывает о способах самоубийства. В тёплом Танжере живёт его загадочная жена Ева (Тильда Суинтон), которая стильно одевается, обожает поэзию и по вечерам разговаривает с Кристофером Марло (Джон Хёрт). В фильме неоднократно подчёркивается, что именно Марло является истинным автором произведений Шекспира.

Адаму и Еве — много веков, они предпочитают не убивать людей ради свежей крови, а добывать запасы крови в больницах. Адам мрачен, он просит своего приятеля Иэна достать ему деревянную пулю. Ева обеспокоена настроением любимого, и вот она уже выходит из самолета в Детройте. Вскоре в город приезжает младшая сестра Евы — необузданная безбашенная вампирша Ава (Миа Васиковска), не способная контролировать эмоции. Вместе Адам, Ева, Ава и приятель Адама — Иэн идут в ночной клуб. После этой ночи Ава «выпивает досуха» Иэна, Адам выгоняет Аву. Адам и Ева растворяют в кислоте труп Иэна и улетают в Танжер, но череда неприятностей, кажется, только начинается: Кристофер Марло умирает, обычный канал доставки безопасной крови утерян. Голодные вампиры выходят на улицы Танжера.

[belkafoto.livejournal.com]

– Мне на тебя насрать, – брезгливо кидает девочка лет семнадцати идущему рядом парнишке.

Ему бы сейчас молча развернуться и уйти, но девочка в экстремально коротких шортах, и ноги из них растут такие, что прям ух. Отвал башки, а не ноги. Никак не уйти от этих ног.

– Понимаешь? На-срать!

– Но тогда зачем ты меня позвала? – растерянно и уныло спрашивает мальчик, косясь на ноги.

– Низачем. Можешь проваливать.

Коварно. Не «проваливай», а именно «можешь». А можешь, значит, и нет. Водит блесну, чертовка.

Парнишка опять скашивает глаза на ноги и даже отстает на полшага, для лучшего ракурса.

– Но почему? – вопрошает он скучно и безнадежно.

Ответом его не удостаивают, и он продолжает идти рядом, вздыхая и зарабатывая косоглазие.



Не почему, парень, а для чего. Для тренировки. Нарабатывает прочность клюва, которым будет клевать мозг будущему мужу. Кстати, это будешь не ты. Не для тебя те ноги росли. Когда она дорастит клюв до полной боеготовности, ты уже будешь склеван до подметок и выброшен вздыхать свое «нупочему…».

И в этом твое счастье, хотя ты думаешь, что наоборот.

[belkafoto.livejournal.com]

Читала в сети обсуждение закупок канцтоваров медучреждениями.
- У нас в ЖК бранятся, если не приносишь бумагу для распечаток.
– Причём здесь жилищный кооператив?!
– Извините, я не учла Ваш пол. ЖК – женская консультация.

[belkafoto.livejournal.com]

Однажды в конце семидесятых годов я зашел в магазин готового платья в Гостином дворе. Приказчик стал бросать на прилавок пиджаки, чтобы я выбрал.

— Тут мокро, — сказал я, — вы испачкаете товар.

— Не очень мокро-с, — отвечал приказчик с улыбкой, — сладкий кружочек от стакана чая. Это господин Лейкин изволили пить чай, так мы из уважения к их посещению не стираем. Уже обсохло! — и он провел рукой по кружку.

[belkafoto.livejournal.com]

Однажды в конце семидесятых годов я зашел в магазин готового платья в Гостином дворе. Приказчик стал бросать на прилавок пиджаки, чтобы я выбрал.

— Тут мокро, — сказал я, — вы испачкаете товар.

— Не очень мокро-с, — отвечал приказчик с улыбкой, — сладкий кружочек от стакана чая. Это господин Лейкин изволили пить чай, так мы из уважения к их посещению не стираем. Уже обсохло! — и он провел рукой по кружку.

— Почему же такое уважение к Лейкину? А я, правду сказать, не читал еще этого писателя.

— Как можно, вы извольте прочитать, очень смешно и убедительно пишет, положительно поднял "Петербургскую газету"; без него — какая это была газета? В руки нельзя было брать, больше взятками промышляли. Бывало, придет сотрудник и норовит продернуть магазин, по лицу уже видишь, что замышляет, и дашь трешницу — отступись только. А как господин Лейкин вступили в газету, об этом что-то больше не слыхать стало. Сотрудники не нуждаются, есть чем платить. Лейкин больше апраксинцев изображают; всё очень верно подмечают и, прямо сказать, цивилизации служат. Прогрессивный писатель, на каламбурном амплуа собаку съели, первоклассный сатирик, смело можно аттестовать.

— Помилуйте, вроде Щедрина?

— Не слыхали-с; с нас господина Лейкина достаточно. Каждый день читаем только господина Лейкина.

[belkafoto.livejournal.com]

Третья жена

Лейкин Н. А. Шуты гороховые: Повести. Рассказы
М., "Русская книга", 1992.

В небольшом деревянном домике одной из улиц, прилегающих к большому проспекту Петербургской стороны, плачет молоденькая, хорошенькая девушка, а окружающие ее родственники ликуют.
-- Эдакое ведь счастье тебе, Настенька, привалило! Эдакое счастье!-- восклицает мать в коричневом шерстяном платье, в кисейном чепце.
-- Ну, Настасья, сходи ты завтра к Фирсу Миронычу -- большой начетчик он -- и спроси, каким угодникам бедные невесты должны молиться,-- говорит отрепанная тетенька с подвязанной скулой,-- потому так оставить нельзя, а то могут они и другие мысли в голову ему вложить. Шутка! Эдакий богатеющий купец! Ведь у него тринадцать кабаков одних, окромя лабазов и мелочных лавочек!
Старичок отец с необычайно красным, гладко бритым лицом совсем растерялся от радости. Ради торжественности он "преобразился" из своего вечного рваного халата в старый вицмундир с голубенькой ленточкой в петлице, надев его на гороховые брюки, и бормочет жене:
-- Прасковья Кузьминишна! Возьми ты сейчас свой беличий салоп и тащи к жиду! А на обратном пути, во-первых, четвертную крымской, потом миног, полкоробки сардинок да не худо бы бутылку рому. Купцы любят.
-- Ничего не надо! Ни чуточки не надо!-- откликается повязанная шелковой косынкой сваха.-- Все до капельки сам с молодцами вам пришлет: и фрукты, и ведро водки из собственного кабака, и вино, и закуски разные. Спрашивал даже меня: не надо ли им грешневой крупы?
-- Да где он ее видел-то?-- приставали к ней родственники.
-- Я... все я... Помните, на Смоленском-то кладбище на могилке сидели? Ну, вот и он тут был. У него там две жены похоронены. Я ему и указала на Настеньку. Увидал -- и распалился. Наутро за мной шлет. Первая, говорит, у меня жена была в телесах и мелкая, вторая крупная, а теперь маленькую и субтильную хочу -- сватай. Только из-за непочтения сыновей и женится, а то при таких деньгах мог бы и в подержание себе субтильную сыскать.
-- Здесь чиновник Чободыркин живет? -- вопрошает в сенях молодец с корзинкой вина на голове и, получив утвердительный ответ, говорит:-- Получайте от купца Огузкина!
Сзади его мальчишка держит в объятиях ведерную бутыль.
-- Вот уж щедроты так щедроты!-- торжествует отец, принимая пойло.
-- И все это сыновьям в пику, -- продолжает сваха. -- Я, говорит, ей кровать с музыкой куплю и бархатный балдахин сверху поставлю! Мне, говорит, главное, субтильность в ней нравится. Сами знаете, тела-то молодые любят, но старичку тоненькая девушка всегда пригляднее,-- прибавляет она.
-- Настенька, знаешь что, друг любезный: надень ты барежевое платье с голенькой шейкой,-- советует мать.-- А то что за охота в этой удавке?..
А девушка между тем плачет да плачет.
-- Настасья! Ты это что глаза портишь?-- кричит на нее отец.-- Я ведь из веника и прутьев понадергаю, не посмотрю, что тебе семнадцатый год. Вспомню и старину. Чтоб живо веселые улыбки и игра глаз!

[belkafoto.livejournal.com]

Закрывъ коробку и запрятавъ ее опять на дно сундука, Кондратій прикрылъ все это жилеткой и пиджакомъ, заперъ сундукъ и задвинулъ его на прежнее мѣсто, бормоча:
-- Восемьдесятъ одинъ рубль... Восемьдесятъ одинъ... Кто бы это далъ мнѣ трешницу? Должно быть, я при получкѣ съ жильцовъ сбился. Генералъ изъ второго номера далъ мнѣ два рубля, чиновница -- два, изъ колбасной лавки два... Рубль... полтора... рубль...
Онъ перебиралъ по пальцамъ, но сбился, зѣвнулъ и сбросилъ съ ногъ опорки.
Черезъ пять минутъ онъ лежалъ около жены на кровати, обернувшись къ ней спиной и мечталъ:
"Какъ до двухсотъ рублей къ будущей зимѣ накоплю -- сейчасъ-же себѣ енотовую шубу сошью -- и знай нашихъ!"

[belkafoto.livejournal.com]

3 июля 1969 года, пятьдесят лет назад, умер Брайан Джонс, основатель The Rolling Stones. Когда тело его достали из бассейна, куда он пошел окунуться после вечеринки в собственном доме, он еще дышал. Обстоятельства его смерти за прошедшие полвека рассказаны столько раз, что нет нужды рассказывать их снова. Нет загадки в смерти много пившего, находившегося под постоянным воздействием разнообразных веществ, переживавшего тяжелую депрессию человека. Загадка в другом.

Читать дальше...
Свернуть

За пятьдесят лет можно забыть многое и многих. Ушли из памяти музыканты, населявшие хит-парады 1969 года. Только знатоки иногда вспоминают странных гениев того времени, таких, как Артур Ли из Love и Дэнни Кирван из Fleetwood Mac. Но Брайана Джонса не забыли, хотя его никак нельзя назвать успешным музыкантом. Песни The Rolling Stones, в записи которых он участвовал, сочинены другими. Сольных альбомов у него нет. В битловской Yellow Submarine этот музыкальный вундеркинд, умевший играть на кларнете и на фортепьяно, на гитаре и на флейте, на меллотроне и на маримбе, пригодился лишь для того, чтобы создавать звук чокающихся бокалов. С такой задачей справился бы и кто-нибудь попроще Брайана Джонса, имевшего IQ 133.

[belkafoto.livejournal.com]

Человек маленького роста, подстриженный «под горшок», с утрировано-низкой челкой и нервным, и непоследовательным поведением, Брайан Джонс был живым сбоем социальной программы, которую общество отлаживало десятилетиями и даже столетиями. Этот сбой невозможно объяснить воспитанием или семьей, он вырос в доброй и состоятельной семье, где ему прививали хорошие манеры и учили серьезному отношению к жизни. Музыке его тоже учили. Но как только ему исполнилось шестнадцать лет, он влюбился в четырнадцатилетнюю девочку, сделал ей ребенка, со скандалом вылетел из школы и сбежал из дома, чтобы больше никогда не возвращаться.

Блудный сын без возвращения. Музыкант без собственных композиций. Сочинитель гитарных рифов, которые Джаггер и Ричардс вставляли в свои песни. Любвеобильный алкоголик, к своему последнему 27-му году жизни пять раз ставший отцом, но ни разу не проявивший ответственности за то, что сделал. И еще в придачу астматик с ингалятором — все это он, первый камень The Rolling Stones, Брайан Джонс.

[belkafoto.livejournal.com]

Слава The Rolling Stones росла, и в апреле 1963 года на них обратил внимание Эндрю Олдэм, который позже встретился с ними и Эриком Истманом (англ. Eric Eastman), работавшим со-менеджером. Олдэм, немного поработавший публицистом Beatles, был поклонником романа Энтони Бёрджесса «Заводной апельсин» и фильма «Expresso Bongo», описывающих образы безбашенных и временами жестоких банд. Вдохновлённый этими произведениями, он попытался создать блюзовую, грубоватую альтернативу более доброжелательным Beatles. Именно ему приписывается авторство фразы «Вы бы позволили своей дочери выйти замуж за музыканта из The Rolling Stones?».

Участник коллектива клавишник Иэн Стюарт (Ian Stewart) был выведен из состава по двум причинам: Олдэм видел противоречие между имиджем группы и образом Стюарта, представлявшим собой что-то вроде здорового шотландца, к тому же новый менеджер посчитал, что такое количество музыкантов не позволит группе стать приметной. Тем не менее Иэн Стюарт оставался в команде в качестве дорожного менеджера и основного клавишника вплоть до своей смерти в 1985 году.

Приход Олдэма также ознаменовал начало постепенного отчуждения Брайана от группы и снижения его значимости, вызванной усилиями Олдэма перенести лидерство с Джонса на Джаггера и Ричардса.

На протяжении этого времени авторство многих композиции в репертуаре группы приписывалось Nanker Phelge — что означало, что она является плодом совместных усилий Джаггера-Джонса-Ричардса-Уоттса-Уаймана.

Олдэм, как и музыканты, понимал финансовую выгоду написания собственных песен (как это делали Джон Леннон и Пол Маккартни, к тому же было ясно, что кавер-версии чужих песен не позволят группе находиться долго в центре внимания. Кроме того, на концертах Олдэм пытался сфокусировать внимание публики на натуре Джаггера. Джонс видел, как меняется политика группы: из репертуара уходили поддерживаемые им блюзовые каверы, уступая совместным творениям Джаггера-Ричардса. Тем самым контроль Олдэма стал менять роли музыкантов.

[belkafoto.livejournal.com]

Тяжесть гастрольных туров, деньги, слава, отчуждение в группе — всё это тяжело давило на Брайана Джонса и в итоге привело к тому, что он стал больше обращаться к наркотикам и алкоголю в поисках облегчения. Известно его пристрастие к ЛСД, кокаину, марихуане и частым запоям.

Такие способы снятия напряжения отрицательно сказались на здоровье Брайана Джонса. Несколько раз по различным причинам он оказывался в больницах, в то время как вся группа где-то отдыхала, и это вызывало у него приступы паранойи и ощущение покинутости.

Впервые Джонс был арестован по подозрению в злоупотреблении наркотиками 10 мая 1967 года, вскоре после инцидента в поместье Redlands в Сассексе, принадлежащем Киту Ричардсу. При обыске у него были найдены марихуана, кокаин и метамфетамин. Он признался в курении марихуаны, но категорически отрицал употребление тяжёлых наркотиков. Как и при аресте других музыкантов группы, возле здания суда во время слушания собрались толпы протестующих, требовавших освобождения Джонса. В конечном итоге он был освобождён, оштрафован и взят на учёт полиции.

[belkafoto.livejournal.com]

В пустыне неподалёку от мексиканской границы появляется немолодой человек в красной бейсболке. Он не разговаривает и не спит. Местному врачу удаётся по визитной карточке, найденной в кармане странника, выйти на его брата Уолта, который забирает его к себе домой. Бродягу зовут Трэвис, он пропал за четыре года до этого. Уолт и его жена все эти годы воспитывали Хантера — сына пропавшего Трэвиса. Трэвис везёт сынишку в Хьюстон на поиски его матери Джейн, которая, как выясняется, работает там в низкопробном пип-шоу.

[belkafoto.livejournal.com]

«Прекрасные дни в Аранхуэсе» (фр. Les Beaux Jours d'Aranjuez) — французско-немецкий драматический фильм, снятый Вимом Вендерсом по одноименной пьесе Петера Хандке. Мировая премьера ленты состоялась 1 сентября 2016 года на Венецианском международном кинофестивале[1]. Фильм рассказывает о мужчине и женщине, которые рассуждают об отношениях и в итоге приходят к неутешительному выводу о невозможности счастья и гармонии.

Фильм получил очень низкие оценки со стороны критиков.

Питер Брэдшоу из издательства The Guardian дает фильму оценку 2 из 5, обосновывая это тем, что фильм утомительный, устаревший и даже красивая графическая составляющая этого не исправляет [2].

[belkafoto.livejournal.com]

A man (Reda Kateb) and a woman (Sophie Semin) are sitting on chairs in a garden outside of Paris on a bright summer day. All day long they talk about life and love.

[belkafoto.livejournal.com]

В первые годы 20-го века в квартире 10 дома 2 по Банковскому переулку поселилась семья известного московского отоларинголога Льва Семеновича Штиха. Лев Семенович был дружен с Леонидом Осиповичем Пастернаком, их дети с ранних лет росли вместе. Впоследствии средний Штих – Александр стал одним из ближайших друзей юности Бориса Пастернака. Александр Штих начинал как поэт (в 1916 году вышла книга его стихов), впоследствии работал юристом в легкой промышленности. Дружбу с Б.Л. Пастернаком пронес через всю жизнь, сохранил ряд писем и автографов поэта. Двоюродная сестра Штихов – Елена Виноград (в замужестве – Дороднова) – главный адресат любовной лирики книги Б. Пастернака «Сестра моя, жизнь». Младший брат Александра – Михаил – начинал как музыкант, но впоследствии стал литератором, работал литобработчиком на 4-й полосе газеты «Гудок», затем – музыкаль-ным критиком в «Правде», затем – фельетонистом «Крокодила». Михаил Штих – свиде-тель и участник литературной жизни 20-30 годов прошлого века, был близко знаком с Ильфом, Петровым, Олешей, Булгаковым, Маршаком, генералом Игнатьевым и многими другими известными людьми того времени. А в 1921 году в квартире Штихов на Банков-ском М. Штих познакомил Бориса Пастернака с его будущей первой женой – художницей Евгенией Лурье. Шурином доктора Л.С. Штиха был известный впоследствии врач, теоретик медицины и философ Абрам Соломонович Залманов. Наибольшей известности он достиг в конце 50-х, когда жил во Франции, а до этого – в 1905 был полковником, в 1914 – генералом медицинской службы в русской армии, затем – основателем и начальником ряда медицинских управлений в первых большевистских правительствах, лечил Ленина, его сестер, Крупскую. Работал в клиниках Германии, Италии, Франции. Во время гражданской войны, будучи командирован Лениным в Крым, с его мандатом был задержан белыми, в период гитлеровской оккупации Франции был арестован гестапо, оба раза избежал смерти благодаря собственной смелости и находчивости. Дочь Александра Львовича Штиха – Наталья Александровна (в замужестве Смолиц-кая) всю жизнь проработала в редакции журнала «Театр», была хорошо знакома с актри-сой Серафимой Бирман, драматургами и сценаристами Семеном Лунгиным и Ильей Ну-синовым, а также с Булатом Окуджавой, Александром Кроном, Елизаветой Ауэрбах и ря-дом других известных людей. Семья Штихов (а впоследствии – Смолицких) жила в той же квартире (ставшей в со-ветское время, естественно, коммунальной) до конца 1976 года. В книге, написанной Сергеем Смолицким – сыном Натальи Смолицкой и внуком Александра Штиха – рассказывается об истории семьи, ее друзьях и знакомых, многих из которых автор знал лично. Впервые публикуется ряд документов, связанных с именами Б. Пастернака, В. Ленина и других людей, рассказывается о некоторых малоизвестных со-бытиях в жизни известных персонажей, событий пусть не эпохальных, но интересных для всех, кто интересуется подробностями отечественной (в первую очередь – литератур-ной) истории. Штихи – Смолицкие – коренные москвичи, их жизнь была неразрывно сплетена с историей родного города. В книге описан ряд подробностей быта московской интеллигенции на протяжении почти ста лет.

[belkafoto.livejournal.com]

– Пап, а когда люди женятся, они всегда в другой дом жить уезжают?

Пашка сидел, подперев кулачками пухлые щеки, и смотрел на стену. Человеку четыре года – самое время для неожиданных вопросов.

– Обычно стараются. А что?

– А с собой что-нибудь берут или всё новое покупают?

– Что-нибудь берут. А ты почему спрашиваешь?

– Я, когда женюсь, с собой на новую квартиру отсюда обои возьму. Мне эти обои очень нравятся.

Я помню, как оторопел, когда это услышал.

Обои на стенах ком, наты, в которой шел наш разговор, были ужасные – ядовито-желтые, в мелких пестрых пятнышках. Мы въезжали в эту квартиру в ма, рте семьдесят седьм, ого, когда добыть в Москве приличные обои было огромной проблемой: они тогда продавались в единственном магазине около «Профсоюзной», и м, ногочасовая очередь перед его дверьм,и образовывалась задолго до открытия м, етро. Сейчас это уже трудно себе представить. Нам же по сложным обстоятельствам,, о которых речь впереди, перебираться приходилось быстро, и ремонт отложили на потом.

Но дело было совсем не в качестве обоев. Я вдруг пронзительно осознал, что сидевший передо мной маленький человек уже, сам того не понимая, любил свое родное гнездо, и эта стандартная квартира в бетонной коробке, стоящей на краю захламленного пустыря, всегда, всю его жизнь, будет ощущаться и помниться именно в таком – родном – качестве.

[belkafoto.livejournal.com]

Меня всегда удивляло. Неужели можно реально не надеть труселя? Неудобно же.

Ответить
Развернуть

congregatio

16 июля 2019, 16:49:38

Есть любительницы, да, одну такую я знала. Как они так ходят - я не представляю, потому что... ну потому что да, неудобно.

[belkafoto.livejournal.com]

Как то буэээ. По сути левый мужик "властно и страстно" вторгается в личное пространство безтрусовой дамы, так дрянь и романтизируется. Если вычистить от романтики и читать как показания пострадавшей ваще картинка некрасивая .

Ответить
Развернуть

congregatio

16 июля 2019, 17:42:58

А, ну это-то тренд уже давно. Ласково называется "изнасявки".

[belkafoto.livejournal.com]

https://www.youtube.com/watch?v=6IiBKz4NvRY

[belkafoto.livejournal.com]

Настоящее издание включает автобиографическую повесть `На грани отчаяния` - откровенные, шокирующие воспоминания о суровой реальности мира в тюрьмах и лагерях, где автор провел в общей сложности пятнадцать лет, и путевые заметки (`Америка с черного хода`) о малоизвестной, закулисной жизни в Соединенных Штатах Америки.

[belkafoto.livejournal.com]

Автор книги, геолог Борис Иванович Вронский, проработал на Колыме четверть века. Еще в студенческие годы, работая на одном из алданских приисков, услышал он о далекой загадочной Колыме и загорелся желанием попасть в этот край, о котором ходили смутные слухи как о стране сказочных богатств — своего рода северном Эльдорадо. И вот мечта сбывается. В 1931 году молодой геолог едет на Колыму в составе геологической экспедиции…

[belkafoto.livejournal.com]

Как только установился зимний путь, Гайфуллин на оленях отправился за своими товарищами, которые подлежали мобилизации. Бориска категорически отказался возвращаться.

— Воевать не хочу. Буду искать золото. Либо найду его, либо умру в тайге.

Гайфуллин и Канов уехали. Бориска остался одни. Зиму он провел в небольшом бараке, который выстроил вместе с Кановым. Пройденные в нескольких местах шурфы оказались пустыми.

Летом он отправился вверх по Колыме, продолжая опробование встречных ручьев, и в конце концов добрался до правого притока Колымы — Среднекана. В его нижнем течении он построил маленький барак и принялся за разведку. В одном из небольших притоков Среднекана, названном впоследствии «ключ Борискин», он обнаружил хорошее золото, которым ему, однако, не пришлось воспользоваться.

Поздней осенью 1916 года вверх по долине Среднекана проезжали якуты М. Александров, А. Колодезников и Н. Дмитриев. Доехав до барака, они остановились и вошли внутрь. Там никого не было. На грубо сколоченном столе лежал кусок недоеденной лепешки. Прождав некоторое время, якуты отправились искать хозяина. Следы привели их к шурфу, на краю которого в полусогнутом положении сидел мертвый Бориска. Лицо его было чуть припорошено снегом. Одна нога полуразута. Видно было, что он переобувался и что смерть застигла его в этот момент. При нем был найден небольшой мешочек с золотом. Все его снаряжение состояло из топора, сильно сработанного кайла, деревянного лотка и двух жестяных банок из-под консервов, видимо служивших ему котелком и кружкой.

Причина его смерти осталась невыясненной. От голода он умереть не мог: в бараке было достаточно продуктов.

Возможно, Бориска был убит с целью ограбления, однако доказательств этого нет. Тайга умеет хранить тайны.

Якуты, нашедшие Бориску, похоронили его в том самом шурфе, который он вырыл собственной рукой.

Впоследствии на этом участке был организован прииск Борискин с очень хорошим золотом. При добычных работах экскаватором случайно было подхвачено тело Бориски, которого похоронили вторично, уже на новом месте, где его, по-видимому, никто больше не потревожит.

Алексей Суханов

[belkafoto.livejournal.com]

Век профессиональных стукачей долог. Едва ли не главный герой романа, который и направил молодую детскую писательницу и журналистку в многолетнее «путешествие» по ГУЛАГу, дожил и до оттепели, как она сама, и, вероятно, до перестройки. И именно о нем его зять поэт Алексей Суханов (диссиденты-друзья которого тоже повторили судьбу Евгении), прозрев, написал в конце 1960-х:

Он добился всего, предавая друзей,
И ложится спокойно в кровать в сером доме,
Но где-то один из людей
Этой ночью не будет спать.

Этой ночью на севере где-то
Другой вспомнит что-то
Под серой холодной пургой.
И о нем будет долго еще вспоминать,
Тень отбросив на чью-то чужую кровать.

[belkafoto.livejournal.com]

Но всего этого сюжета, всей этой жизненной коллизии не возникло бы, конечно, без колоритного поэта и агента НКВД-КГБ Юрия (Георгия) Ефимова (так в романе — и это воля автора — истинная его фамилия уже занята советским фантастом).

О себе и людях, сопровождавших ее в горе и радости, во всех исправительных испытаниях, Евгения рассказала достаточно. А вот о Юрии, симпатии к которому не утратила до последних страниц, — не так много. И здесь мы приходим на помощь, поскольку покинутая семьей Евгении Москва слухами полнится — город-то маленький. Юрий Ефимов получил ту самую квартиру в сером университетском доме близ метро «Университет» за свои «уникальные» услуги государству; работал в Институте географии РАН, был членом Союза писателей, издал свои научные труды и книги стихов.

Все сложилось прекрасно в его жизни: путешествовал, объездил весь мир, написал об этом много, стал отцом двоих дочерей. Вероятно, он, верой-правдой служивший КПСС, еще успел походить на перестроечные митинги, где красовались лозунги «Долой КПСС!»… Но со смертью разведшегося еще в 1970-х с его дочерью Ланой (Анной) поэта Суханова стала проступать правда. Обе дочери внезапно стали набожны, вероятно, надеясь замолить грехи отца, сексота. Через его цепкие руки ведь прошли десятки таких, как Евгения, — и всем он посвящал стихи. Профессионал высшей пробы. Его образ немного перекликается с образом Яромила из романа Кундеры «Жизнь не здесь», когда поэт доносит на брата своей первой любви. Мечтаю в экранизации сыграть роль Юрия.

О его работе узнавали косвенно: неисправимый бонвиван, он и в 1960-х мог флиртовать, ведя светские студенческие беседы, а, узнав, например, что отец красотки репрессирован, назавтра запросто сообщал эти сведения в ее деканат. Но вот беда: разговор не был окончен и девушка не успела сказать дознавателю, что отец реабилитирован. А деканат навалился со всей строгостью: «Как же вы не сообщили при поступлении?» Парадокс, но этот же факт биографии не помешал ленинградцу Славе, сыну Евгении, поступить в МГУ — все что-нибудь да скрывали…

[belkafoto.livejournal.com]

Алексей Суханов, писавший стихи в 60, 70 и 80-х годах прошлого века, — поэт необычной, детективной судьбы (причем не своей волей). Как фигура Дантеса навсегда связана с именем Пушкина, так и честное имя поэта А.Суханова неотрывно сопровождает мрачное и скрытое имя тоже поэта, ли-тератора другого поколения, фигурирующего в романе Евгении Федоровой, неизвестном в России романе о ГУЛАГе «И время ответит...» под псевдони-мом Ефимов. Видный ученый-географ, имеющий фундаментальные научные труды, поклонник Рериха, Цветаевой и Пастернака и... агент ОГПУ–НКВД–КГБ с 30-х годов! Алексей Суханов — его зять по первой жене.

[belkafoto.livejournal.com]

Это единственное воспоминание, сохранившееся во мне о старшем, на шестнадцать лет старше меня, брате, который несколько месяцев спустя, в конце сентября, будет тяжело ранен на Украине.

30 сентября 1943 года.

Дорогой папочка!

К сожалению 19-го меня тяжело ранило прямым попаданием из противотанкового ружья раздроблены обе ноги которые мне теперь отрезали. Правую ногу ампутировали ниже колена левую по бедро очен сильных болей уже нет маму подготовь скоро все кончится через несколько недель я уже буду в Германии тогда сможешь мне навестить на рожон я не лез

Ну пора заканчивать

Привет Тебя и Маме, Уве и всем

Твой Кудряш

16 октября 1943 года в 20 часов в полевом лазарете № 623 он скончался.

[belkafoto.livejournal.com]

Много раз пытался я написать о брате. Но всякий раз дальше попытки дело не шло. Я читал его письма, доставленные полевой почтой, и дневник, который он начал вести, когда его перебросили в Россию. Маленький блокнот в светло-коричневой обложке с надписью «Заметки».

Я хотел сопоставить дневник брата с журналом боевых действий его части, дивизии СС «Мертвая голова», чтобы дополнить его короткие записи более подробными и точными сведениями, совместить одно с другим. Но всякий раз, начиная вчитываться в дневник или в письма, я вскоре прекращал чтение.

Это был особый, отпрядывающий страх, какой в детстве наводила на меня сказка «Рыцарь Синяя Борода». Мать вечерами читала мне сказки братьев Гримм, иные по многу раз, и про Синюю Бороду тоже, но именно эту, одну-единственную сказку я никогда не мог и не хотел дослушать до конца. Такая меня одолевала жуть, когда жена Синей Бороды, после его отъезда, невзирая на запрет, собирается проникнуть в запертую комнату. В этом месте я всегда просил маму дальше не читать. Лишь годы спустя, уже взрослым, я дочитал сказку до конца.

[belkafoto.livejournal.com]

Другое фото, где он в штатском, снятое, должно быть, в то время, когда он добровольцем записался в войска СС, я, с тех пор как взялся о нем писать, держу за стеклом у себя в книжном шкафу. Пойманное в объектив чуть снизу, его лицо, узкое, чистое, благодаря двум напряженным складкам между бровей приобретает выражение задумчивое и строгое. Белокурые волосы, слева пробор.

Одна из историй, которую мать рассказывала снова и снова — о том, как он пошел записываться добровольцем в войска СС, но по дороге заблудился. Она рассказывала ее, словно давая понять, что все последующее можно было предотвратить. Я так давно и так часто эту историю слышал, что вижу все как будто наяву, как если бы все это со мной случилось.

[belkafoto.livejournal.com]

— Вон. Луна смеется.

Тогда брат во второй раз спрашивает, как пройти к казармам, а человек в ответ велит ему следовать за ним, и сразу же направляется вперед, быстро, уверенно, размашистым шагом, идет куда-то сквозь ночь, не оборачиваясь и не помышляя о передышке. Брат понимает, что на освидетельствование он давно опоздал. Он спрашивает, как пройти к вокзалу, но человек, не отвечая, все шагает и шагает дальше, мимо темных крестьянских изб, мимо хлевов, откуда доносится сиплый рык тоскующей скотины. И только лед в дорожной колее под тяжелыми шагами похрустывает. Некоторое время спустя брат все же решается спросить, туда ли они идут. Человек останавливается, оборачивается к нему и говорит:

— Туда-туда. На луну идем, видишь, ей смешно, уж больно мертвяки закоченелые.

Ночью, уже дома, брат рассказывал, что в эту секунду ему сильно не по себе стало, а потом, на вокзале, он двух полицейских повстречал, те сумасшедшего разыскивали, сбежавшего из Альстердорфской больницы.

А потом?

На следующее утро он выехал пораньше, нашел и казармы, и призывную комиссию, прошел освидетельствование и был в тот же день зачислен: белокурый, рост 185, глаза голубые. Так он стал сапером танкового соединения дивизии СС «Мертвая голова» . Восемнадцати лет от роду.

[belkafoto.livejournal.com]

Одна была у мальчика странность: время от времени, прямо в квартире, он исчезал. И не потому, что боялся наказания, он исчезал просто так , без видимой причины. Только что был тут — и нет его. И не найдешь, ищи не ищи. А потом столь же внезапно объявлялся. Мать спросит: где ты пропадал? Он не говорит.

Физически он был тогда довольно слабым мальчиком. Врач, доктор Мортхорст, установил малокровие и мерцательную аритмию. В то время брата никакими силами нельзя было выпихнуть на улицу — погулять, поиграть. Он не выходил из квартиры, даже в магазин, до которого только один марш по лестнице спуститься, даже в мастерскую, которую отец предпочитал называть «ателье». Он оставался в квартире, на вполне обозримом пространстве — четыре комнаты, кухня, туалет и кладовка. Мать, бывало, только выйдет из комнаты, через минуту вернется — а его нет. Она и кричать, и под стол заглядывать, и в шкаф. Нет как нет. Как в воздухе растворился. Это была его тайна. Единственная странность у мальчика.

Позже, много лет спустя, рассказывала мать, когда в квартире перекрашивали окна, под одним из них обнаружили деревянный цоколь, своеобразную фальшпанель под подоконником. Когда цоколь отодвинули, за ним кое-что нашлось: самодельные рогатки и пращи, карманный фонарик, а также книги и дешевые книжонки, все больше про диких зверей в дикой природе, — львы, тигры, антилопы. Названий других книг мать не запомнила. Вот там, внутри, он, видимо, и отсиживался. Сидел тихо, слушал шаги, голоса, матери, отца, а сам оставался незримым.

Когда мать этот тайник раскрыла, брат уже в армии был. И в тот единственный раз, когда он на побывку приезжал, забыла его об этом спросить.