главным образом из студентов

[arbeka]

главным образом из студентов

((Как понимаю, это просто слухи. Вика про "студентов" и "какого-то инженера" не знает.
Бесхитростные и добродушные воспоминания. И юмор, непередаваемый, старорежимный, при большевиках такого уже не было.))
......................
В Киеве первые восторги от прихода Добровольцев уже улеглись, но спокойная жизнь не начиналась, не было уверенности в завтрашнем дне. Добровольческая Армия ушла на север, а в Киеве остался лишь слабый заслон. Большевики, отступившие по Ковельской дороге лишь на небольшое расстояние, могли опять к нам вернуться.

Так и случилось. Это было, кажется, 1‑го октября. Мы утром услышали артиллерийскую стрельбу, пушки были совсем близко от нас — на территории Политехнического Института. Защищать город было некому и к вечеру весь город был занят. Опять начались «обыски» и «изъятия излишков». Но на этот раз большевистская власть оказалась кратковременной. На третий день большевистского владычества снова началась стрельба. Кто сражался с большевиками, мы тогда не знали. Сражались и перед нашими окнами на Гоголевской улице. Большевики отступали. Наступали малочисленные цепи повидимому опытных солдат. Они делали короткие перебежки, залегали, отстреливались, пользуясь всяким прикрытием и снова наступали. К вечеру большевики были из Киева выбиты и мы зажили спокойно. Узнали, что защиту Киева организовал какой‑то инженер. Он собрал команду в триста человек главным образом из студентов, побывавших на войне, достал где‑то винтовки. Этого ничтожного отряда опытных в военном деле людей было достаточно для изгнания из Киева нескольких тысяч большевиков. Мы были освобождены, но надолго ли?

https://e-libra.ru/read/510545-vospominaniya.html

Comments

так называемые «колокольчики»

[belkafoto.livejournal.com]

Комната стоит пустая и они предлагают ее мне. Для меня это была большая удача — комната была большая с чистой постелью и после месяца скитаний я мог раздеться, принять ванну и спокойно заснуть. Теперь нужно было думать о питании и о заработке. На территории Добровольческой Армии украинские деньги не принимались и я начал разменивать выданные мне большевиками австрийские кроны на деньги Добровольческой Армии — так называемые «колокольчики». За них я мог получать обед в одной из функционировавших тогда столовых. В столовых, да и на улицах, встречал немало знакомых и узнавал новости. В один из ближайших дней встретил моего прежнего сослуживца по Военно-Инженерному Совету в Петербурге и от него узнал, что такой же Совет сформирован при Добровольческой Армии и что я легко могу в него войти, как бывший член Совета прежнего режима. Я отправился по указанному мне адресу и действительно без замедления был зачислен в Военно-Инженерный Совет. Это сразу улучшило мое положение. С удостоверением о моем служебном положении я получил полагающуюся мне военную форму, а в складе съестных припасов мне выдали несколько банок консервов. Начал также получать жалованье «колокольчиками», на которые в Ростове можно было еще кое-что купить. Я должен был участвовать в заседаниях Совета, но это брало немного времени. Остальное время уходило на хождение по улицам и на разговоры с встречавшимися старыми знакомыми.