![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaДело было в Берлине.
Фильм я урывками видел. Обычная "чернуха".
Книжка показалась достаточно ирреальной.
Не в плане фактуры. Кто жил в СССР в "неблагополучных" местах, узнает многие детали.
Но окрас, стиль изложения какой-то розово-серый. Ощущение, что текст писался под пиво или шнапс.
Отдает липким.
"Я, мои друзья и героин"
https://www.e-reading.club/book.php?book=61031
"Однако, если приблизиться к домам, да пройтись по пустырям, радужное впечатление исчезнет в мгновение ока. Отовсюду страшно тянет мочой и говном и не знаю, чем ещё, а причиной тому – массы собак и детей, населяющих коробки. Естественно, наш подъезд был загажен круче всего.
Мои родители винили в этом пролетарских детей, бессовестно осквернявших лестничные площадки. Но дело тут было не только в детях пролетариев. В этом я убедилась лично, когда, гуляя на улице, неожиданно захотела в туалет. Я намочила штаны, так и не добравшись до одиннадцатого этажа. Ну, просто не дождалась лифта!
Мой папа, как обычно, прибил меня, и я решила впредь не рисковать. Теперь, если мне надо было в туалет, я садилась там, где меня не было видно. В Гропиусштадте, где всё и вся как на ладони просматривалось с высоток, самым укромным местом были лестничные площадки."
Фильм я урывками видел. Обычная "чернуха".
Книжка показалась достаточно ирреальной.
Не в плане фактуры. Кто жил в СССР в "неблагополучных" местах, узнает многие детали.
Но окрас, стиль изложения какой-то розово-серый. Ощущение, что текст писался под пиво или шнапс.
Отдает липким.
"Я, мои друзья и героин"
https://www.e-reading.club/book.php?book=61031
"Однако, если приблизиться к домам, да пройтись по пустырям, радужное впечатление исчезнет в мгновение ока. Отовсюду страшно тянет мочой и говном и не знаю, чем ещё, а причиной тому – массы собак и детей, населяющих коробки. Естественно, наш подъезд был загажен круче всего.
Мои родители винили в этом пролетарских детей, бессовестно осквернявших лестничные площадки. Но дело тут было не только в детях пролетариев. В этом я убедилась лично, когда, гуляя на улице, неожиданно захотела в туалет. Я намочила штаны, так и не добравшись до одиннадцатого этажа. Ну, просто не дождалась лифта!
Мой папа, как обычно, прибил меня, и я решила впредь не рисковать. Теперь, если мне надо было в туалет, я садилась там, где меня не было видно. В Гропиусштадте, где всё и вся как на ладони просматривалось с высоток, самым укромным местом были лестничные площадки."
