если бы она проглотила автобус

[arbeka]

Встречаясь с Заболоцким, я, грешным делом, мало к ней приглядывался. Он полностью заслонял ее от меня собою, и я воспринимал ее только как его дополнение. Когда он читал свои стихи, она слушала, безмолвно восхищаясь. Она постоянно твердила: «Николай Алексеевич это любит», «Николай Алексеевич это не любит», «Николай Алексеевич считает так-то», а как она сама считает, оставалось неизвестным. И вдруг она ушла от него к другому.

Нельзя передать его удивления, обиды и горя. Эти три душевных состояния обрушились на него не сразу, а по очереди, именно в таком порядке. Сначала он был только удивлен — до остолбенения — и не верил даже очевидности. Он был ошарашен тем, что так мало знал ее, прожив с ней три десятилетия в такой близости. Он не верил, потому что она вдруг выскочила из своего собственного образа, в реальности которого он никогда не сомневался. Он знал все поступки, которые она могла совершить, и вдруг в сорок девять лет она совершила поступок, абсолютно им непредвиденный. Он удивился бы меньше, если бы она проглотила автобус или стала изрыгать пламя, как дракон.

http://podelise.ru/docs/index-25367639-1.html?page=2

Comments

могла предпочесть ему другого

[belkafoto.livejournal.com]

Он был предан, оскорблен и унижен. А человек он был самолюбивый и гордый. Бедствия, которые он претер-{346}певал до тех пор, — нищета, заключение, не задевали его гордости, потому что были проявлением сил, совершенно ему посторонних. Но то, что жена, с которой он прожил тридцать лет, могла предпочесть ему другого, унизило его, а унижения он вынести не мог.

и по телефону предложил ей выйти за него замуж

[belkafoto.livejournal.com]

Ему нужно было немедленно доказать всем и самому себе, что он не унижен. Что он не может быть несчастен оттого, что его бросила жена. Что есть много женщин, которые были бы рады его полюбить. Нужно жениться. Немедленно. И так, чтобы об этом узнали все.

Он позвонил одной женщине, одинокой, которую знал мало и поверхностно, и по телефону предложил ей выйти за него замуж. Она сразу согласилась. Для начала супружеской жизни он решил поехать с ней в Малеевку в Дом творчества.

В Малеевке жило много литераторов, и поэтому нельзя было выдумать лучшего средства, чтобы о новом его браке сразу стало известно всем. Подавая в Литфонд заявление с просьбой выдать ему две путевки, он вдруг забыл фамилию своей новой жены и написал ее неправильно.

Я не хочу утверждать, что с этим новым его браком не было связано никакого увлечения.

стало только неряшливее

[belkafoto.livejournal.com]

В этот период совместной их жизни я был у них всего один раз. Николай Алексеевич позвонил мне и очень просил прийти. Я понял, что он чувствует необходимость как-то связать новую жену с прежними знакомыми, и вечером пришел. В квартире все было как при Екатерине Васильевне, ни одна вещь не сдвинулась с места, стало только неряшливее. Печать запустения лежала на этом доме. Новая хозяйка показалась мне удрученной и растерянной. Да она вовсе и не чувствовала себя хозяйкой, — когда пришло время накрывать на стол, выяснилось, что она не знает, где лежат вилки и ложки. Николай Алексеевич тоже был весь вечер напряженным, нервным, неестественным. По-видимому, вся эта демонстрация своей новой жизни была ему крайне тяжела. Я высидел у него необходимое время и поспешил уйти. Через несколько дней его новая подруга уехала от него в свою прежнюю комнату, и больше они не встречались.

как громадны в ней события, мечты, люди.

[belkafoto.livejournal.com]

Ранней весной 1957 года он поехал с группой советских поэтов в Италию. Никогда до тех пор не был он за границей. Поэты решили лететь самолетом; но у Заболоцкого уже болело сердце, и врач посоветовал ему ехать поездом. Получалось, что ему придется ехать через пол-Европы, а он не знал европейских языков и не был уверен в своем здоровье. Добрый Борис Слуцкий, почти незнакомый с Николаем Алексеевичем лично, вызвался поехать вместе с ним поездом, чтобы не оставлять его одного. И они направились в Рим — через Будапешт и Вену.

Вернувшись из Италии, Николай Алексеевич позвонил мне и предложил встретиться в ресторане «Пекин». За столиком он рассказал мне о Флоренции, Равенне и, главным образом, о Венеции. Впечатления переполняли его, но он еще не находил слов для их выражения. Я знал это его свойство — ему нужно было время, чтобы переварить впечатления. Мысли еще бродили в нем, только зарождаясь. Я заметил, что мысли эти были не столько об Италии, сколько о России. Чужие страны пробудили в нем множество соображений о родине. Он говорил мне о том, как громадна наша страна, как громадна ее история, как громадны в ней события, мечты, люди.

и его свалил инфаркт

[belkafoto.livejournal.com]

После этого сообщения я не ожидал что-нибудь услышать о Заболоцком раньше октября. И вдруг, через неделю, я узнал, что Заболоцкий в городе, у себя на квартире, и к нему вернулась Катерина Васильевна.

Трудно сказать, как он поступил бы дальше, если бы был в состоянии распоряжаться собой. Мы этого не знаем и никогда не узнаем, потому что сердце его не выдержало и его свалил инфаркт.

После инфаркта он прожил еще полтора месяца. Состояние его было тяжелым, но не казалось безнадежным. По-видимому, только он один из всех и понимал, что скоро умрет.

[belkafoto.livejournal.com]

Вот, например, эпизод из биографии матери Заболоцкого Людмилы Андреевны:

– У мамы есть интересное воспоминание о матери Заболоцкого. Этих девочек в гимназии учили далеко от жизни. Они были не деревенские девочки. Когда её отдали замуж за Алексея Агафоновича, ей было 20 лет, её мужу – 40. В первую брачную ночь, когда муж полез к ней, она даже хотела, как она потом говорила маме, дать ему по физиономии, потому что он чёрт знает что стал делать! Заболоцкий тоже был страшен во хмелю…

Этот эпизод он рассказывал не раз, добавляя и уточняя детали:

– Я, когда начал заниматься Заболоцким, обнаружил в его родне людей гораздо более интересных и значительных. Его мать выгнали из учительниц. Сестру её чуть не насильно выдали замуж

http://herzenlib.ru/almanac/number/detail.php?NUMBER=number4&ELEMENT=gerzenka4_4_3

[belkafoto.livejournal.com]

В разговоре с А. В. Кузьминым возник вопрос о том, как писалась и произносилась в прошлом фамилия Заболоцкого, где было ударение.

– Вот я вам поясню, – сказал Дьяконов. – Когда я в Ленинграде встретился первый раз с Заболоцким, он, уже уходя от меня, сказал:

Где же Заболоцкий? А вот посмотри:
Конная пятнадцать,
квартира тридцать три.

Так вот он тогда уже был Заболоцкий, с ударением на второе о. Это под Польшу. Причём все тогда ещё писались через тс, а он ввёл через ц. Так это и осталось. До сих пор единственная Маруся пишет свою фамилию через тс, а Верушка и Наташка, да и брат – через ц. И у детей осталась это написание.

[belkafoto.livejournal.com]

– Колька же был хулиган! Один приятель приезжает из Москвы. Колька встречает его такими стихами:

Ну, и как живёт столица?
Как там, много ли б...ей?
И красивы ли их лица?
Что молчишь, прелюбодей?
И ещё я помню, слышал тогда в Ленинграде:
Я иду и вижу: дева!
Поднимаю ей подольчик,
Так, что девственная плева
Дребезжит, как колокольчик.

Но в то же время я помню: ведут меня на Конную, 15, под арку, направо. Вхожу. На диване спит Коля – пухлые розовые щеки. Рядом на стуле «Фауст» по-немецки. Он говорит: «Вот, читал тут перед сном». И рассказывает, что с Маргаритой-то на горе шабашей вот что должно быть! Я говорю: «Так ты напиши!» Но он не решился написать. Немецкий-то он знал! Это от реального училища! Тогда лучше учили, чем сейчас.

[belkafoto.livejournal.com]

Там есть очень интересные страницы: матери было очень трудно, и дочери ей помогли. Она пишет: вам трудно помогать, так ведь и мне трудно брать. Надежда была на первенца: вот Коле осталось два года, надо перетерпеть эти два года, тогда будет легче. Живут на чердаке. Воду надо носить из-под горы. Отец уже одряхлел. Ей врачи не разрешают тяжело поднимать. Судя по тому, что она пишет, ей предлагали небольшую операцию. Значит, наверное, грыжа. Конечно, ей трудно!

Они же были обеспеченные люди, и многого лишились. Мать-то не жаловалась, а отец, видимо, ворчал. Он потерял нажитое, да и любимую работу – это много! Я печатал и думал: не пропустят это. Но тут у меня нашелся документ. Наташка вступала в пионеры, тогда нужно было согласие родителей. И у меня оно есть – мать соглашается! В те годы это было не просто. Теперь мне надо будет печатать детские дневники Наташки о смерти матери. Она мне их давно отдала, когда, по разным обстоятельствам, и семейным, она не была уверена, что их сохранит.

В 23-м году отца чествовали как героя труда. В газете было написано: 40 лет агрономического труда, а в адресе – 35. В адресе правильно. А в 26-м в этой же газете целая полоса о моей матери. Корректор!.. Если бы это была не моя мать, я бы многое взял из этой газеты, а сейчас не могу. Я там фигурирую как сын его тётки.

Я многое сохранил, и это всё очень интересно! Например, его тётке Ольге Андреевне, которая работала учительницей и собирала фольклор, понадобилось поступать в институт. Она просит разрешения у губернатора – у меня эта справочка есть! Интересно же!

[belkafoto.livejournal.com]

Дьяконов часто, охотно и весело рассказывал о своем приезде в Ленинград в 1927 г.

– Я же деревенский парень был, когда попал в Ленинград. Для меня было: музыка – это когда в кино играют под немой фильм. А тут к хозяевам ходит Муля Эндер, которая играет на скрипке, её брат аккомпанирует. Представляете? Я же музыки не знал, и живописи тоже. А там в доме картины. На меня, паренька, это произвело тогда грандиозное впечатление.

В этом доме Матюшиных, художника Михаила Васильевича и книгоиздателя Ольги Константиновны, бывал и Николай Заболоцкий. Он увлекался живописью Филонова, который дружил с Матюшиными и жил с ними в одном дворе.

И на первую ленинградскую квартиру Дьяконова пристраивал Заболоцкий. Тамара Франчески, племянница Ольги Константиновны Матюшиной, приехала тогда из Вятки в Ленинград и жила у тётушки. К ней и приходил в гости Дьяконов. Тамара Георгиевна однажды вспомнила, что Дьяконов первое время жил в гардеробе у балерины. Леонид Владимирович подтвердил:

– Коля Заболоцкий, узнав о моём бедственном положении, устроил мне комнату у одной знакомой балеринки. Это был в задах её комнаты какой-то такой закоулок без окон, без дверей. Не знаю даже, к чему он был приспособлен. Я спал там на полу по диагонали, иначе не умещался.

[belkafoto.livejournal.com]

Его навещали близкие друзья — Тарковский, Винокуров, Межиров. Перед ними представала всегда одна и та же картина: неряшливо одетый поэт сидел за столом перед початой бутылкой водки, периодически опрокидывал стакан и все время слушал одну и ту же музыку — «Болеро» Равеля. Когда запись кончалась, он вставал и ставил пластинку заново. Присутствие гостей при этом его нисколько не смущало; он так и оставался наедине с собой в своем беспрерывном самоистязании.

Наконец через поэта Арсения Тарковского, у которого сил больше не было видеть одичавшего, медленно сходившего с ума Заболоцкого, удалось разведать, что Гроссман с некоторых пор чуть не по два раза в неделю наведывается к прежней жене Ольге Михайловне — «поработать в своем кабинете», и та принимает его.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/8.htm#ixzz5c3sSAzLk

[belkafoto.livejournal.com]

Тарковский утверждал, что когда Заболоцкие увидели друг друга, оба с плачем кинулись друг другу в объятия. Это была душераздирающая сцена… Но у Екатерины Васильевны были теперь обязательства и перед Гроссманом: через пару часов она заволновалась, засобиралась уходить. Заболоцкий сидел, не поднимая глаз, и, когда она уже стояла на пороге, не выдержал и выдавил из себя: «Ну, когда снова к нам объявишься?»

И Екатерина Васильевна стала «объявляться» по два, а то и по три раза в неделю. Приходила в свой бывший дом, повязывала фартук и принималась мыть полы, отскребать плиту, готовить еду на несколько дней. Заставляла Николая Алексеевича пить лекарства, никогда не забывая принести их ему.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/8.htm#ixzz5c3shembM

[belkafoto.livejournal.com]

В отношениях Заболоцкой и Гроссмана все оказалось отнюдь не безоблачно, и тень прежних семей стала тем главным, что поначалу омрачало, а потом и разрушило их совместную жизнь. Кроме того, Катю задевало, что Гроссман не собирался разводиться с Ольгой Михайловной, постоянно повторяя, что в этом случае после его смерти ей ничего не останется, даже прав на его произведения; безоглядная же Катя поспешила напечатать, как тогда полагалось, в газете о своем разводе с Заболоцким. Это был первый необходимый шаг, но до официального развода дело так и не дошло. Теплым солнечным днем 1958 года Екатерина Васильевна вошла в свою прежнюю квартиру на Беговой запыхавшаяся, раскрасневшаяся, с тем же самым саквояжиком, с каким двумя с половиной годами ранее вышла отсюда в другую жизнь. Николай Алексеевич взглянул на нее, все мгновенно понял и уронил голову на стол. Она присела перед ним, склонив голову на его колени. Это было ее окончательное возвращение. Совсем взрослые дети — Никита и Наталья — боялись дышать, глядя на мать с отцом, которых они никогда не видели такими счастливыми.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/9.htm#ixzz5c3t3AsYm

[innapav.livejournal.com]

Постоянно вас читаю (может Вам не видно). Молчу , потому что нечего сказать.

Постоянно вас читаю

[belkafoto.livejournal.com]

Большое спасибо. Это очень подбадривает.

[belkafoto.livejournal.com]

В стране после смерти Сталина уже началась «оттепель», и на жизнь каждого из участников истории она повлияла по-своему. Поэт Николай Заболоцкий еще в 1946 году получил прописку в Москве; Союз писателей предоставил ему с семьей квартиру;

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo.htm#ixzz5c6WRnfJA

[belkafoto.livejournal.com]

Заболоцкие поселились в одном из корпусов «Хорошевской деревни» — это были построенные пленными немцами симпатичные домики на 10 квартир между Беговой улицей и Хорошевским шоссе. В те годы они продолжали активно заселяться литераторами; сюда переехали В. Каверин, И. Андроников, Э. Казакевич; а ближайшими соседями Заболоцких по дому стала семья писателя-прозаика Василия Гроссмана, тоже много пережившего, намыкавшегося из-за того, что многие его вещи отказывались печатать.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo.htm#ixzz5c6Wk7UdT

[belkafoto.livejournal.com]

Заболоцкого и Гроссмана связывал не только общий литературный круг, приятели и знакомые: жена Заболоцкого, Екатерина Васильевна, сразу подружилась с Ольгой Михайловной Гроссман, а сын Заболоцких — Никита приятельствовал с Федором Губером, сыном Ольги от первого брака. Только дочь Заболоцких — Наталья, уже почти барышня, держалась замкнуто и при молодых людях по большей части стеснялась и молчала; однако пройдут годы — и она выйдет замуж за «соседа по деревне» — сына писателя Каверина.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo.htm#ixzz5c6Wwr7iV

[belkafoto.livejournal.com]

Днем Екатерина Заболоцкая и Ольга Гроссман частенько отправлялись вместе за покупками, однажды выторговали на базаре синий китайский сервиз, приглянувшийся обеим, так и купили его пополам: Заболоцкая взяла столовую часть, а Гроссман — чайную. Смеялись, что отныне на Екатерине лежит обязанность готовить обед на две семьи сразу, а на бесхозяйственной Ольге — только «легкий» чай. Что же, вполне логично: Екатерина Васильевна готовить любила и умела, могла состряпать приличный обед из пожухлой свеклы и пары дохлых морковок — ее научила этому жизнь, а Ольга терпеть не могла хозяйственной возни.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo.htm#ixzz5c6Xc64Gt

[belkafoto.livejournal.com]

В «бабах» он толк знал, по крайней мере на это намекали иногда приятели. Высокий, кудрявый, черноволосый и синеглазый, Василий Гроссман и в молодости нравился женщинам, и в зрелые годы, когда его виски поседели. Но тогда, в далеком и страшном 1937 году, когда он влюбился в жену своего друга по литературному кружку «Перевал» Бориса Губера — Ольгу, ему было всего 32 года. Она оставила мужу двоих сыновей и ушла к Гроссману.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo.htm#ixzz5c6XrS4TI

[belkafoto.livejournal.com]

Еженедельные встречи с детьми были мучительны: младший шестилетний сын встречал ее рыданиями, неистово крича: «Ты плохая мама! У всех мамы хорошие, а ты плохая». Ольга вынесла и это. Вскоре Губера арестовали, потом арестовали и саму Ольгу. В ту же ночь Гроссман забрал осиротевших детей к себе: все родственники от ребят отказались. Вызволить Ольгу из тюрьмы стало на тот момент смыслом его существования, он обил все пороги, бесстрашно прошел через различные инстанции и добился-таки ее возвращения, с тех самых пор они не расставались. Из-за несчастного случая погиб старший сын Ольги — Миша, а Федор так и продолжал жить с Гроссманами. У Василия Семеновича имелась еще дочь Катя от первого брака, но она жила с матерью и лишь изредка навещала отца.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/2.htm#ixzz5c6Y9uRX5

был выпускником Бернского университета

[belkafoto.livejournal.com]

Иосиф Соломонович Гроссман родился в 1905 году в Бердичеве (ныне Житомирская область Украины) в образованной еврейской семье. Его отец — Соломон Иосифович (Семён Осипович) Гроссман (1873—1956), уроженец Вилково (принадлежавшего до 1878 года Румынии, затем в Измаильском уезде Бессарабской губернии), инженер и химик по специальности — был выпускником Бернского университета (1901) и сыном килийского купца второй гильдии, занимавшегося на юге Бессарабии хлеботорговлей[2][3].

В 1902 году Соломон Гроссман вступил в Бунд и РСДРП, а после её раздела в следующем году и до 1906 года был меньшевиком; до выхода на пенсию и переезда в Москву работал инженером в Донецком угольном бассейне и других шахтах страны. Мать — Екатерина Савельевна Гроссман (урождённая Малка Зайвелевна Витис; 1872—1941), также из состоятельного семейства, перебравшегося из Немирова Подольской губернии в Кишинёв, когда она была ребёнком; получила образование во Франции и преподавала в Бердичеве французский язык[4][5].

оформили брак в 1900 году в Турине

[belkafoto.livejournal.com]

Родители Василия Гроссмана оформили брак в 1900 году в Турине, но развелись, когда он был ребёнком, и он воспитывался матерью. Ещё в детстве уменьшительная форма его имени Йося превратилась в Вася и стала впоследствии его литературным псевдонимом. После развода Екатерина Савельевна с сыном жила в семье своей сестры Анны и её мужа — доктора Давида Михайловича Шеренциса (1862—1938) в Бердичеве[9][10].

Когда Иосифу было 6 лет (февраль 1912 года), он вместе с матерью поехал в Швейцарию, где с марта 1912 года учился в начальной школе на улице Roseraie в Женеве. В октябре 1913 года они перебрались в Лозанну, а в мае 1914 года возвратились в Киев, где жил его отец. В том же году он поступил в приготовительный класс Киевского реального училища 1-го общества преподавателей, где учился до 1919 года.

Анне Петровне Мацук

[belkafoto.livejournal.com]

В 1921 году Гроссман окончил школу и до 1923 года жил с отцом и учился на подготовительном курсе Киевского высшего института народного образования, затем перевёлся на химическое отделение физико-математического факультета 1-го Московского государственного университета, которое окончил в 1929 году[11]. В январе 1928 года он женился на Анне Петровне Мацук, но некоторое время супруги жили раздельно (он — в Москве, жена — в Киеве). Три года работал инженером-химиком в Макеевском научно-исследовательском институте по безопасности горных работ и заведовал химической (газово-аналитической) лабораторией на угольной шахте «Смолянка-11» в Донбассе, затем старшим научным сотрудником химической лаборатории в Донецком областном институте патологии и гигиены труда и ассистентом кафедры общей химии в Сталинском медицинском институте. В 1933 году переехал с женой в Москву, где поселился в семье старшей сестры матери Елизаветы Савельевны Алмаз и стал работать старшим химиком, а затем заведующим лабораторией и помощником главного инженера на карандашной фабрике имени Сакко и Ванцетти[12].

Литературной деятельностью Василий Гроссман занялся в конце 1920-х годов и уже в 1928 году отослал один из своих первых рассказов для публикации в «Правде»[13]. В это же время он сделал выбор между научной работой и литературой

Ольгой Михайловной Губер

[belkafoto.livejournal.com]

В 1933 году была выслана из Москвы, а в 1936 году повторно арестована по обвинению в троцкизме и осуждена на три года ИТЛ его двоюродная сестра, сотрудница Профинтерна Надежда Моисеевна Алмаз (1897—?), дружба с которой оказала на него большое влияние после переезда в Москву[16]. Гроссман оказывал ей материальную поддержку всё время её пребывания в ссылке. В 1933 году он расстался с первой женой и в октябре 1935 года поселился с Ольгой Михайловной Губер (женой его близкого друга, писателя Бориса Губера) в Серебряном переулке у её сестры Евгении Михайловны, пока в 1937 году супруги не получили две комнаты в коммунальной квартире в Брюсовском переулке (их брак был оформлен в 1936 году)[17].

В 1937 г. Борис Губер был арестован и расстрелян. Ольга Губер была также арестована как член семьи «врага народа». Тогда Гроссман оформил опекунство над её двумя сыновьями и направил письма М.Калинину и в НКВД с просьбой освободить Ольгу Губер на том основании, что она уже несколько лет фактически была женой не Бориса Губера, а Гроссмана. Ольга Губер была освобождена

Бори́с Андре́евич Гу́бер

[belkafoto.livejournal.com]

Бори́с Андре́евич Гу́бер (1903—1937) — русский советский прозаик, поэт и литературный критик.

Родился 9 июля 1903 года в селе Каменка Киевской губернии (ныне районный центр Черкасской области) в семье управляющего имением. Младший брат известного востоковеда академика Александра Андреевича Губера (их прадедом был глава Московской евангелическо-лютеранской консистории Иоганн Самуэль Губер, приехавший в Россию в 1807 году). Учился в гимназии, в Вольском кадетском корпусе, стихи писал с 14 лет.
........................
В середине 1930-х годов Борис Губер и некоторые члены «Перевала» посещали литературный салон Евгении Соломоновны Хаютиной, жены главы НКВД Николая Ежова. Это знакомство сыграло роковую роль в жизни Губера: его и других членов «Перевала» обвинили в попытке убить Ежова.

[belkafoto.livejournal.com]

С Катей Николай встречался целых четыре года: присматривался к ней, испытывал, провоцировал, расставался, пока не убедился, что она ни на кого не похожа.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/2.htm#ixzz5c6eEFRJc

[belkafoto.livejournal.com]

Эта долгожданная квартира в Москве на Беговой — фактически их первое настоящее семейное пристанище, первый семейный очаг. А до того — мытарства, несчастья, переезды, вынужденная страшная разлука с мужем... В 1938 году Заболоцкого арестовали, а у них уже было двое детей. Преодолев беспросветное отчаяние, Катя взяла себя в руки, стала зарабатывать вязанием, этого едва хватало на нищенское существование.

А потом война, блокада... В их квартиру попал снаряд, она и дети уцелели только чудом. Страшно теперь вспоминать бомбежки, то и дело лопавшиеся водопроводные трубы, замерзавшее отопление, вечные болезни малышей, голод... Маленькая Наташа спросила однажды: «Мама, это правда было, что ты когда-то меня заставляла есть?»

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/2.htm#ixzz5c6lUjL37


Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/2.htm#ixzz5c6kgaSoD

[belkafoto.livejournal.com]

Николай Алексеевич не хотел, чтобы она работала, но Катя не могла сидеть без дела и в кружке Союза писателей научилась шить. С тех пор обшивала всю семью и знакомых, и ей это занятие нравилось.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/2.htm#ixzz5c6lpMjD4

[belkafoto.livejournal.com]

жена Заболоцкого никогда не вмешивалась в общий разговор, не спорила, не высказывала своего мнения и по большей части молчала. Нет, она улыбалась, была доброжелательна и мила, подавала еду, угощала, наливала чай и делала все это естественно и тихо. Бросалось в глаза ее разительное несходство с громогласными литературными женами, сидевшими у нее за столом. Они спорили наравне с мужьями, перебивали их, старались перекричать. К их числу относилась и соседка — Ольга Гроссман, образованная, начитанная, но при этом такая яростная и горячая спорщица, что Заболоцкий всегда морщился от ее резкого голоса.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/3.htm#ixzz5c6m9Y2JG

какого цвета им нужны

[belkafoto.livejournal.com]

а у Заболоцких не так. Муж распоряжается деньгами и выдает ей на хозяйство, сколько считает нужным. Если обветшало постельное белье, то Николай самолично пересчитает все простыни и решит, какие, сколько и даже какого цвета им нужны, и велит ей купить.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/3.htm#ixzz5c6miL63m

[belkafoto.livejournal.com]

Муж редко улыбался, почти никогда не шутил, тяжко было видеть уже с утра его насупленное, угрюмое лицо, с которым он садился за письменный стол.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/4.htm#ixzz5c6nCcMaR

[belkafoto.livejournal.com]

Если Николай запивал, то становилось и вовсе невыносимо. Он пил один — не терпел компании и собутыльников, глаза его делались маленькими, злыми, он придирался к жене и даже издевался над ней, гоняя то за пивом, то за закуской, или просто требовал, чтобы она погуляла где-нибудь: он, дескать, хочет побыть один.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/4.htm#ixzz5c6nanAVZ

[belkafoto.livejournal.com]

Она безвылазно сидела при муже в больнице, и Гроссман часто приходил сюда: приносил фрукты, соки, сладости и всячески поддерживал Екатерину Васильевну. У нее самой, по правде говоря, от переживаний зашкаливало давление, и она прескверно себя чувствовала, хотя и старалась всячески это скрыть. В палате, выкрашенной в унылый грязно-салатовый цвет, в голову неотступно лезли мысли о смерти — такого она не помнила за собой даже в самые страшные моменты жизни. А если вдруг умрет Николай, что с ней будет? Никакого будущего впереди, дети выросли, годы ушли. И становилось по-настоящему страшно.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/5.htm#ixzz5c6oFCaht

[belkafoto.livejournal.com]

Она семенила рядом с ним, чувствуя себя преступницей, но преступницей счастливой: вина давила свинцом, но там, под спудом, разгорался лучик счастья, непрошеный, незваный. Ей уже было ясно, что она влюбилась в Гроссмана, влюбилась по-девичьи застенчиво и неловко, и хотя между ними еще не произошло никаких признаний, женским чутьем Катя знала: чувство это взаимно...

Так начался самый странный, наверное, на свете роман между двумя людьми, которым было под пятьдесят, но которые вели себя как дети.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/5.htm#ixzz5c6oavZRH

[belkafoto.livejournal.com]

Давно уже остыло когда-то горячее чувство Василия к Ольге, остались долг и благодарность, но ведь этого мало. Накопились и претензии, среди них была одна — жгучая, невыносимая: перед самой войной, как позже вспоминал близкий друг Гроссмана Арсений Тарковский, Ольга наотрез отказалась перевезти к ним в Москву из Бердичева, где родился Гроссман, мать Василия — Екатерину Савельевну. Во время фашистской оккупации пожилая женщина оказалась в гетто, и немцы расстреляли ее вместе с другими бердичевскими евреями. Для Гроссмана, обожавшего мать, тяжесть этого удара трудно переоценить.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/5.htm#ixzz5c6ovBeL0

[belkafoto.livejournal.com]

…Все пошло не так. Катя не выдержала мучительного секрета и призналась мужу. Заболоцкий онемел, услышав, что Катя «встречалась» с Гроссманом.

— И что с того? — даже не понял он сначала, про что речь.

— Ну как что? — залепетала Катя. — Я хотела, чтобы ты знал. Мы с ним… встречались.

Поняв, что на самом деле означает это признание, Заболоцкий побелел — сначала от удивления, потом от негодования:

— Обещай мне, что больше это не повторится!

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/6.htm#ixzz5c6pPA700

[belkafoto.livejournal.com]

Тем временем у Кати все валилось из рук, она сделалась похожа на тень: похудела, побледнела, под глазами залегли круги. Заболоцкий теперь обращался с ней грубо, вызывающе, точно с прислугой. После болезни врачи запретили ему пить, он плевал на запреты и по трое суток не выходил из запоя, запершись у себя в кабинете и не пуская жену. Кате хотелось головой биться об эту белую дверь мужниного кабинета.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/6.htm#ixzz5c6padBom

[belkafoto.livejournal.com]

В небольшой Катин саквояжик поместилось только самое необходимое: умывальные принадлежности, пара платьев, теплый платок, связанный собственноручно свитер. На душе было беспросветно, тяжело. Идти, собственно, некуда. Первое время Екатерина Васильевна собиралась пожить в десятиметровой комнате сына, которую ему дали от академии, потом ее ждала неизвестность, кромешная тьма.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/6.htm#ixzz5c6puaT2r

[belkafoto.livejournal.com]

Все-таки Гроссман выбрал Катю, все-таки ушел с потертым коричневым чемоданом из дома на Беговой промозглым ранним утром 1956 года. Вместе с Катей они сняли скромную комнату в коммуналке, и началась их новая общая жизнь. Возможно, по-своему Заболоцкая и Гроссман были счастливы, но и месяца не прошло, как Василий Семенович сконфуженно признался, что ему просто необходимо навестить жену — его изгрызли совесть и беспокойство за нее. Те же чувства терзали и Катю в отношении «Коленьки».

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/7.htm#ixzz5c6qCvEBm

[belkafoto.livejournal.com]

А еще через день, снова пригласив девушку в ресторан, вдруг вынул листок и написал: «Я п. В. б. м. ж.». (Я прошу Вас быть моей женой.) Как ни странно, она сразу поняла это послание и в ужасе посмотрела на него. Заболоцкий снова настойчиво пододвинул ей листок.

Странные уговоры длились около недели, и наконец Наталья Роскина согласилась стать женой Заболоцкого. Наконец она поняла, что поэта бросила супруга, он отчаянно страдает и ему необходимо утешение. Кстати, любопытно, что Гроссман был давним другом пропавшего без вести отца Натальи — критика Александра Роскина.

Read more: https://7days.ru/caravan/2015/4/lyubovnyy-treugolnik-nikolaya-zabolotskogo/7.htm#ixzz5c6qc5eDD

Екатерина

[belkafoto.livejournal.com]

До конца жизни писатель писал письма своей погибшей матери. Её история будет отражена в посвящённом ей романе «Жизнь и судьба»: мать Виктора Штрума тоже будет убита нацистами при уничтожении еврейского гетто[21]. Жившая на протяжении 1930-х годов с Екатериной Савельевной в Бердичеве единственная дочь писателя Екатерина в начале июня 1941 года была отправлена в пионерский лагерь и с началом боевых действий вместе с матерью, сёстрами и отчимом эвакуирована в Ташкент[22].

Екатерина Короткова-Гроссман

[belkafoto.livejournal.com]

Первая жена (1928—1933) — Анна (в быту Галина) Петровна Мацук, с которой он вместе учился в Киевском реальном училище.
дочь — переводчица английской прозы Екатерина Короткова-Гроссман (род. 1930).
Вторая жена (1935—1955, 1958—1964) — Ольга Михайловна Губер (урождённая Сочевец, 1906—1988), первым браком замужем за писателем Борисом Губером.
Третья жена (1955—1958, гражданский брак) — Екатерина Васильевна Заболоцкая (урождённая Клыкова, 1906—1997), первым браком замужем за поэтом Николаем Заболоцким[44].

о Гроссманах и о Витисах

[belkafoto.livejournal.com]

Екатерина Васильевна, что вам известно об истории рода Гроссман, в частности, о том, откуда пришли они в Бердичев?

– Тут нужно говорить о двух семействах: о Гроссманах и о Витисах. Витис – девичья фамилия матери Василия Семеновича и моей бабушки, Екатерины Савельевны. В старой архивной справке я нашла имя, под которым она была записана при рождении: Малка. В семье Витисов, богатых, образованных купцов, было четыре дочери. По документам у них были еврейские, а в обиходе уже русские имена: Мария, Анна, Екатерина и Елизавета. Моя бабушка получила образование во Франции, а в Бердичеве работала учительницей французского языка. Своего единственного сына она называла Васей, но в его метрике стоит имя, данное при рождении, – Иосиф.

Судя по фамилии, Витисы – евреи из Литвы, по-простому говоря, литваки. Из Прибалтики они перебрались в Одессу. В семейных преданиях фигурирует некий Дувид-Мейр Витис, предприимчивый, крутого нрава человек, основатель семейного купеческого клана. Характерно, что и Витисы, и Гроссманы не из нищеты пробивались в образованное сословие, а от роскоши негоциантов переходили в трудовую интеллигенцию. Как-то отец сказал мне: «Мы не были местечковой шолом-алейхемовской беднотой. Такими, что живут в хибарках и спят вповалку на полу. Это были совсем другие евреи. Они держали собственные конные выезды, жены их носили бриллианты, а дети учились за границей».

американские Гроссманы

[belkafoto.livejournal.com]

Кем был ваш дед, отец Василия Гроссмана?

– Семен Осипович (Соломон Иосифович) учился в Швейцарии, в Бернском университете. Он получил профессию химика, в начале прошлого века вернулся в Россию и работал на шахтах как горный инженер. Семен Осипович родился в многодетной купеческой семье. Гроссманы были купцами второй гильдии, жили в Бессарабии и занимались хлеботорговлей. По мере того как дети Осипа Гроссмана взрослели, происходило расселение этой большой семьи. Братья и сестры Семена Осиповича эмигрировали до первой мировой войны, большинство – в Америку. Их потомки, американские Гроссманы, живут главным образом в штате Нью-Джерси, ведут родословную, знают о своих российских корнях. Один из них приезжал в Москву в период «оттепели» и виделся с моим отцом. А Семен Осипович остался в России. Думаю, по той причине, что за границей он воспринял социалистические взгляды, вступил в РСДРП и не на шутку увлекся идеями социального преобразования общества. При разделе партии он примкнул к меньшевикам. Известно, что он был одним из организаторов восстания в Севастополе во время революции 1905 года. Впоследствии он вышел из партии.

Семен Осипович увел жену от мужа

[belkafoto.livejournal.com]

– Где познакомились родители Василия Гроссмана?

– В Италии. Семен Осипович увел жену от мужа. Бабушка первым браком была замужем за итальянским евреем.

писалось это мужу или бывшему мужу

[belkafoto.livejournal.com]

– Сколько времени прожили Семен и Екатерина – они же Соломон и Малка – в Бердичеве и как долго длился их брак?

– Мой отец родился в Бердичеве 12 декабря – а по старому стилю 29 ноября – 1905 года. Ни у бабушки, ни у деда больше не было детей. Не знаю, как долго Семен Осипович оставался в семье, кажется, он довольно быстро уехал, а бабушка, с небольшими отлучками, всю жизнь провела в Бердичеве. Трудно сказать, сколько длился их брак, потому что после разрыва у них сохранились дружеские, очень доверительные отношения. Шла непрерывная переписка, по тону ее трудно понять, писалось это мужу или бывшему мужу.

и нет даты, фиксирующей их разрыв

[belkafoto.livejournal.com]

– Как вы думаете, из-за чего произошел разрыв?

– Дедушка вел кочевую жизнь: как горный инженер, работал в Донбассе, как революционер, создавал и вел марксистские кружки, кроме того, был влюбчив. А бабушка с молодости сильно болела, часто ездила в Одессу, где лечилась в водолечебнице. Сопровождать деда она не могла, в тихом Бердичеве у родителей ей было лучше, чем в Донбассе среди угольной пыли… Но они всю жизнь, вплоть до гибели Екатерины Савельевны в 1941 году, переписывались, и нет даты, фиксирующей их разрыв.