давай по порядку
May. 5th, 2026 07:09 am1 марта скончался Юрий Герчук (1926—2014), искусствовед и художественный критик, историк и теоретик графики, автор книг по истории искусства. COLTA.RU представляет читателям ранее не публиковавшееся интервью, которое у Юрия Яковлевича в 2011 году, к его 85-летию, взяла его дочь Елена Герчук.
https://www.colta.ru/articles/art/2493-yuriy-gerchuk-rabota-kritika-ona-pro-segodnya
— Папа, ты сам понимаешь, что все интервью со старшими делаются с одной целью: узнать, как стать таким же крутым.
— А я крутой? Не знаю ответа; я не старался стать. Я всегда хотел быть. Самим собой.
— Тогда давай по порядку. Университет. Как ты из образованной, но не гуманитарной семьи попал в искусствознание?
— Семья была не просто образованная, а культурная — это разные вещи. Профессионально — да, их время, двадцатые годы, было больше ориентировано на практические специальности. Но они слушали музыку, в театр много ходили. Папа литературой интересовался, стихи выписывал в тетрадочку — Есенина, например, которого тогда не печатали. Ну и я много читал в детстве; на Масловке была детская библиотека. Потом стал в Третьяковку ходить — ее во время войны эвакуировали, но потом быстро открыли. Музей (изобразительных искусств. — Е.Г.) долго был закрыт. Так что в университете нас учили в основном по картинкам. И книжек тоже было мало; все, по чему сейчас учатся, вышло потом. Учились в основном с лекций. Но учителя были хорошие. По культуре Возрождения лекции читал Андрей Александрович Губер — блистательно. Он давал портрет эпохи, ощущение времени. Это был человек из ГАХН (Государственная академия художественных наук. — Е.Г.), в конце двадцатых это был центр культуры, старой культуры, потом его разгромили. Габричевский тоже был оттуда, но нам он читал мало и для нас слишком учено. И Сидоров тоже оттуда же. Еще были молодые педагоги — Колпинский, Недошивин — эти были, по-моему, из ИФЛИ.
https://www.colta.ru/articles/art/2493-yuriy-gerchuk-rabota-kritika-ona-pro-segodnya
— Папа, ты сам понимаешь, что все интервью со старшими делаются с одной целью: узнать, как стать таким же крутым.
— А я крутой? Не знаю ответа; я не старался стать. Я всегда хотел быть. Самим собой.
— Тогда давай по порядку. Университет. Как ты из образованной, но не гуманитарной семьи попал в искусствознание?
— Семья была не просто образованная, а культурная — это разные вещи. Профессионально — да, их время, двадцатые годы, было больше ориентировано на практические специальности. Но они слушали музыку, в театр много ходили. Папа литературой интересовался, стихи выписывал в тетрадочку — Есенина, например, которого тогда не печатали. Ну и я много читал в детстве; на Масловке была детская библиотека. Потом стал в Третьяковку ходить — ее во время войны эвакуировали, но потом быстро открыли. Музей (изобразительных искусств. — Е.Г.) долго был закрыт. Так что в университете нас учили в основном по картинкам. И книжек тоже было мало; все, по чему сейчас учатся, вышло потом. Учились в основном с лекций. Но учителя были хорошие. По культуре Возрождения лекции читал Андрей Александрович Губер — блистательно. Он давал портрет эпохи, ощущение времени. Это был человек из ГАХН (Государственная академия художественных наук. — Е.Г.), в конце двадцатых это был центр культуры, старой культуры, потом его разгромили. Габричевский тоже был оттуда, но нам он читал мало и для нас слишком учено. И Сидоров тоже оттуда же. Еще были молодые педагоги — Колпинский, Недошивин — эти были, по-моему, из ИФЛИ.