Boris Borisovich Davison
May. 16th, 2025 08:58 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbeka/Наши люди/
"В один прекрасный день в начале лета 42-го в нашем доме появился Борис Девисон, которого Руди пригласил на интервью. Борис окончил ЛГУ, математический факультет. Он был мой ровесник; я видела его пару раз в университетской библиотеке, кажется, в 1929 году, но в Ленинграде мы не были знакомы. Его дед, английский инженер, еще до революции приехал в Россию, сохранив британское подданство. По какой-то странной причине чистки не коснулись Бориса, однако в 1938 году его вызвали в НКВД и предложили сдать британский паспорт. Он отказался, его выслали.
Девисон был низкого роста, ходил в мятой одежде, робко озирался по сторонам. Он был очень вежлив и говорил по-русски лучше, чем по-английски. Для проверки его способностей Руди предложил ему решить интегральное уравнение и прислать ответ через неделю. Письмо от Девисона пришло на следующий день. Оно содержало подробное решение уравнения и приписку: «Дорогой профессор Пайерлс! Хотя я и не знаю точно, над чем вы работаете, но я заранее согласен на любое предложение».
Не прошло и двух месяцев, как Руди убедился в способностях Бориса и глубине его математической подготовки. Как всегда, по вечерам обсуждая со мной дневные дела, Руди коснулся Девисона.
– Знаешь, почему на нем такая убогая одежда? После приезда из СССР он провел полгода или год в туберкулезном санатории. Когда подошло время выписки, одежду, в которой он приехал, найти не смогли, и ему собрали с миру по нитке. Я пришел к выводу, что зарплата, которую мы ему предложили, не соответствует его квалификации, и предложил ему повысить ее хотя бы на 30 %. И ты знаешь, что он ответил? «Профессор Пайерлс, я как раз собирался предложить вам понизить мою зарплату, потому что, мне кажется, мой вклад в общую работу не стоит того, что вы мне платите». Женечка, помоги мне переубедить его.
Общими усилиями мы убедили Девисона согласиться на повышение зарплаты, в связи с чем я решила купить ему новую одежду. Проблема была не только в деньгах. Одежда, как и еда, продавалась по талонам. Тех талонов, что у него скопились, не хватало на полную смену гардероба. Так что пришлось одолжить ему наши талоны. «Теперь значительно лучше», – решила я, критически оглядев Девисона после похода в магазин.
......................
Boris Davison (7 October 1908 – 24 January 1961) was a Russian-born mathematical physicist.
Boris Borisovich Davison was born 7 October 1908 in Vasilsursk, Gorky Oblast, Russia.[1] He attended Leningrad State University, graduating in 1931.[2][1] He then worked at the State Hydrological Institute.
Davison's grandfather had been British, and in 1938 Davison was given a choice – either renounce his British nationality or leave the Soviet Union. He chose to emigrate to the United Kingdom.[2][1] He then briefly worked with Louis Rosenhead at the University of Liverpool but withdrew from work due to illness.[1][2]
In 1942 he joined the University of Birmingham's atomic energy research team working under Rudolf Peierls, and in 1944 the university awarded him a PhD.[2][1]
In 1943 he moved to Canada to work under George Placzek at the Montreal Laboratory of the joint British-Canadian atomic energy project.[2][1][3] In October 1945 he briefly joined the British Mission at Los Alamos Laboratory in New Mexico, part of the Manhattan Project which had just developed the atom bomb.[4] In 1946 Davison married Olga Hansen.[5]
He worked at Chalk River Laboratory in Ontario before returning to the UK in 1947 to work at the Atomic Energy Research Establishment at Harwell, Oxfordshire.[2][1]
In 1953 his security clearance was revoked by the British government because his parents still lived in the Soviet Union, potentially putting Davison at risk of blackmail.[6] He was given a year's leave of absence working at the University of Birmingham.[7][4] Davison then emigrated to Canada in 1954, where he took up a position at the computation centre at the University of Toronto.[3][4]
In 1957 he authored the book Neutron Transport Theory.[2]
Davison died suddenly at his home in Toronto on 24 January 1961 at the age of 52.
"В один прекрасный день в начале лета 42-го в нашем доме появился Борис Девисон, которого Руди пригласил на интервью. Борис окончил ЛГУ, математический факультет. Он был мой ровесник; я видела его пару раз в университетской библиотеке, кажется, в 1929 году, но в Ленинграде мы не были знакомы. Его дед, английский инженер, еще до революции приехал в Россию, сохранив британское подданство. По какой-то странной причине чистки не коснулись Бориса, однако в 1938 году его вызвали в НКВД и предложили сдать британский паспорт. Он отказался, его выслали.
Девисон был низкого роста, ходил в мятой одежде, робко озирался по сторонам. Он был очень вежлив и говорил по-русски лучше, чем по-английски. Для проверки его способностей Руди предложил ему решить интегральное уравнение и прислать ответ через неделю. Письмо от Девисона пришло на следующий день. Оно содержало подробное решение уравнения и приписку: «Дорогой профессор Пайерлс! Хотя я и не знаю точно, над чем вы работаете, но я заранее согласен на любое предложение».
Не прошло и двух месяцев, как Руди убедился в способностях Бориса и глубине его математической подготовки. Как всегда, по вечерам обсуждая со мной дневные дела, Руди коснулся Девисона.
– Знаешь, почему на нем такая убогая одежда? После приезда из СССР он провел полгода или год в туберкулезном санатории. Когда подошло время выписки, одежду, в которой он приехал, найти не смогли, и ему собрали с миру по нитке. Я пришел к выводу, что зарплата, которую мы ему предложили, не соответствует его квалификации, и предложил ему повысить ее хотя бы на 30 %. И ты знаешь, что он ответил? «Профессор Пайерлс, я как раз собирался предложить вам понизить мою зарплату, потому что, мне кажется, мой вклад в общую работу не стоит того, что вы мне платите». Женечка, помоги мне переубедить его.
Общими усилиями мы убедили Девисона согласиться на повышение зарплаты, в связи с чем я решила купить ему новую одежду. Проблема была не только в деньгах. Одежда, как и еда, продавалась по талонам. Тех талонов, что у него скопились, не хватало на полную смену гардероба. Так что пришлось одолжить ему наши талоны. «Теперь значительно лучше», – решила я, критически оглядев Девисона после похода в магазин.
......................
Boris Davison (7 October 1908 – 24 January 1961) was a Russian-born mathematical physicist.
Boris Borisovich Davison was born 7 October 1908 in Vasilsursk, Gorky Oblast, Russia.[1] He attended Leningrad State University, graduating in 1931.[2][1] He then worked at the State Hydrological Institute.
Davison's grandfather had been British, and in 1938 Davison was given a choice – either renounce his British nationality or leave the Soviet Union. He chose to emigrate to the United Kingdom.[2][1] He then briefly worked with Louis Rosenhead at the University of Liverpool but withdrew from work due to illness.[1][2]
In 1942 he joined the University of Birmingham's atomic energy research team working under Rudolf Peierls, and in 1944 the university awarded him a PhD.[2][1]
In 1943 he moved to Canada to work under George Placzek at the Montreal Laboratory of the joint British-Canadian atomic energy project.[2][1][3] In October 1945 he briefly joined the British Mission at Los Alamos Laboratory in New Mexico, part of the Manhattan Project which had just developed the atom bomb.[4] In 1946 Davison married Olga Hansen.[5]
He worked at Chalk River Laboratory in Ontario before returning to the UK in 1947 to work at the Atomic Energy Research Establishment at Harwell, Oxfordshire.[2][1]
In 1953 his security clearance was revoked by the British government because his parents still lived in the Soviet Union, potentially putting Davison at risk of blackmail.[6] He was given a year's leave of absence working at the University of Birmingham.[7][4] Davison then emigrated to Canada in 1954, where he took up a position at the computation centre at the University of Toronto.[3][4]
In 1957 he authored the book Neutron Transport Theory.[2]
Davison died suddenly at his home in Toronto on 24 January 1961 at the age of 52.
