Konstantin A. Kholodilin

[arbeka]

Konstantin A. Kholodilin

/Как это по-русски?/

((В популярном испанском издании узрел ссылку вот на этого товарища.))
.............
"Konstantin A. Kholodilin was born in 1973 in Saint-Petersburg (Russia). He had graduated from the Saint-Petersburg State University in 1995. In 2003, he obtained his doctor title from the Universitat Autònoma de Barcelona (Spain) and in 2012 a title of Doctor habilitatus from the Europa-Universität Viadrina (Germany). From 2001 till 2004, he was a researcher at the Université Catholique de Louvain (Belgium), where he was developing a model to predict the the business cycle turning points in Belgium. Since 2005, he is a senior researcher at the DIW Berlin (Germany). He specializes mainly in the following fields: real-estate economy, spatial econometrics, and time series analysis of the business cycles

Comments

[gama (from livejournal.com)]

Но самое яркое описание этой встречи мы находим, конечно, у бывшей милой приятельницы Набокова княгини Зинаиды Шаховской, которую сам Набоков на прием не пригласил. Может быть, Вера Евсеевна помнила их довоенную ссору *. И уж, наверно, супруги не успели забыть совсем недавнюю статью З. Шаховской о Набокове, содержавшую не только обвинения в аморализме, но и будто ожившие после двадцати лет небытия обвинения в нерусскости, в инфернальности. З. Шаховская пришла на прием как журналистка и ждала с другими журналистами в редакционной комнате. Она рассказывает:

«В тесноте и жаре мы ждали, пока он появится среди нас. Он вошел, и длинной вереницей, толкая друг друга, гости двинулись к нему. Годы ни его, ни меня, конечно, не украсили, но меня поразила, пока я к нему приближалась, какая-то внутренняя, не только физическая — в нем перемена. В. обрюзг, в горечи складки у рта было выражение не так надменности, как брезгливости, было и некоторое омертвение живого, подвижного в моей памяти, лица. Настал мой черед, и я, вдвойне тронутая радостью встречи и чем-то, вопреки логике, похожим на жалость, собиралась его обнять и поздравить — но, когда он увидел меня, что-то в В. закрылось. Еле-еле пожимая мою руку, нарочно не узнавая меня, он сказал мне: „Bonjour, Madame“.

Я всякое могла ожидать, но это — это не было похоже на В. Скажи он мне: „Ну, милая моя, и глупости же ты обо мне написала“, или „а статья твоя идиотская“, я сочла бы это даже нормальным… но такая удивительная выходка человека, которого я помнила воспитанным, показывала в нем что-то для меня новое — и неприемлемое… В тот день я потеряла друга…»

Можно добавить, что Набоковы приобрели в тот день врага, ставшего в какой-то степени и их первым русским жизнеописателем, — не слишком счастливое сочетание…"