arbeka

(("Где лучше? Где нас нет. А где нас нет?" /с/
Припомнился почему-то поэт Бездомный.))
..................
"Бездомность — одна из характернейших особенностей жизни совре-
менного человека.

Причем под «бездомностью», как читатель уже, вероят-
но, понял, я имею в виду вовсе не физическое отсутствие дома, квартиры,
какого-то угла. В моем понимании «бездомность» — это внутреннее чув-
ство какой-то неприкаянности, непривязанности, чуждости себя на всяком
месте. Бывают поразительные случаи, когда человек, не имея жилплоща-
ди (т. е. именно своей жилплощади), имеет тем не менее ощущение дома.
Я помню такую удивительную встречу с одной женщиной в Подмосковном
селе Филимонки.
С одной из этих женщин по оконча-
нии рабочего дня я разговорилась. Она жила «на птичьих правах», снимала
угол в ожидании, когда ей что-то предоставят в строящемся многоквартир-
ном доме. «Откуда вы приехали?» — спросила я, будучи уверена, что имею
дело с лимитчицей. — «Да я здешняя», — ответила она. — «Как? И живе-
те в чужом углу?» — «Да, я уезжала. Вышла замуж и жила с мужем на юге,
в Крыму. А сейчас он вот умер, а я вернулась сюда» — «А там негде разве
было жить?» — «Там у нас своя квартира была, но я хотела вернуться сюда,
домой» — «И оставили квартиру?» — «Оставила, никак нельзя было ее по-
менять» — «Очень хотелось домой?» — «Очень! Вы не представляете, как
я там все эти годы тосковала… Во сне видела свои Филимонки». Она си-
дела передо мной худенькая, в темном халате и косынке, свободно поло-
жив на коленях жесткие рабочие руки, и доверчиво смотрела на меня сво-
ими большими темными глазами. «Вы будете смеяться надо мной, может
быть… Некоторые смеются. Но я чистую правду вам говорю, я очень люб-
лю эти наши места. Я твердо знаю, что в целом мире, — во всем мире! — нет
лучше природы, чем здесь у нас в Филимонках. Вот посмотрите, как здесь
красиво!» Вечер наступал, хотя было еще совсем светло, но уже на лужок
возле фабричного управления и на близлежащий лесок опустилась легкая
дымка, стояла особая вечерняя тишина, в пруду неподалеку самозабвенно
квакали лягушки, и это была как бы песня такая наступающей ночи. Было
действительно очень хорошо, что-то сокровенное и глубокое открывалось
в наступающем вечере, что можно понять и увидеть только в тишине. В ти-
шине и только если смотреть на это и прислушиваться к этому с любовью.
Эта женщина так и смотрела на свои Филимонки. Она была здесь своя,
и это родное ей место согревало ее. А пышная природа Крыма ничего не го-
ворила ее сердцу. Я очень позавидовала ей: у нее был Дом, которого ничто
отнять у человека не может. У нее была родина. Ей было тепло в этом мире.