![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaчитаешь и визжишь от восторга
((А ведь это вариации на тему "Горе от ума".
Соглашаясь с тем, что "умный человек не может быть не плутом",
сомневаешься в том, что умный человек поддается глупой страсти.))
..............
marss2 8 апреля 2025, 02:42
детский писатель Корней Чуковский про роман "Лолита"
Корней Чуковский – Татьяне Литвиновой, октябрь 1959
.
<…> Дочитываю «Лолиту». Язык упоительный. Художественные мазки превосходные.
Всякая другая манера после «Лолиты» кажется устарелой, провинциальной. Нужно ли изобразить дом, пейзаж, человека, обед или ужин, или номер гостиницы, или кровать, или купанье в пруду – все слова у него так свежи, и точны, и смелы, что читаешь и визжишь от восторга.
.
И до того талантливо, что и сам заражаешься его безумной, наркотической, изнуряющей похотью, и все сексуальное, что было пережито тобою когда-то, снова активизируется с удесятеренною силою, и радуешься вместе с автором, когда умирает Лолитина мать и он остается с Лолитой вдвоем.
Но отодвигаешь книгу, и наваждению конец.
Вы знаете, как я далек от добродетели, но, Таничка, у 13-летних девчонок все же есть – как это ни странно – душа, интересная для меня чрезвычайно, любимая мною, вызывающая во мне чувство почтительности.
Когда я говорю с Вашей Верой, я, как бы ни старался, не могу думать о ней по-набоковски, хотя и знаю, что вся ее душевная прелесть, возможно, и сексуальна (как в Наташе Ростовой), но все же это душевная прелесть, доставляющая мне верх наслаждения.
.
Набоковский Гумберт взял у Лолиты самое меньшее, что она могла ему дать, – и в результате так инфернальна скука, какую испытал он во время своих разъездов вместе с ней по Америке.
Пошлая, скудоумная б. – нет, я не завидую этому Гумберту. <…>
((А ведь это вариации на тему "Горе от ума".
Соглашаясь с тем, что "умный человек не может быть не плутом",
сомневаешься в том, что умный человек поддается глупой страсти.))
..............
marss2 8 апреля 2025, 02:42
детский писатель Корней Чуковский про роман "Лолита"
Корней Чуковский – Татьяне Литвиновой, октябрь 1959
.
<…> Дочитываю «Лолиту». Язык упоительный. Художественные мазки превосходные.
Всякая другая манера после «Лолиты» кажется устарелой, провинциальной. Нужно ли изобразить дом, пейзаж, человека, обед или ужин, или номер гостиницы, или кровать, или купанье в пруду – все слова у него так свежи, и точны, и смелы, что читаешь и визжишь от восторга.
.
И до того талантливо, что и сам заражаешься его безумной, наркотической, изнуряющей похотью, и все сексуальное, что было пережито тобою когда-то, снова активизируется с удесятеренною силою, и радуешься вместе с автором, когда умирает Лолитина мать и он остается с Лолитой вдвоем.
Но отодвигаешь книгу, и наваждению конец.
Вы знаете, как я далек от добродетели, но, Таничка, у 13-летних девчонок все же есть – как это ни странно – душа, интересная для меня чрезвычайно, любимая мною, вызывающая во мне чувство почтительности.
Когда я говорю с Вашей Верой, я, как бы ни старался, не могу думать о ней по-набоковски, хотя и знаю, что вся ее душевная прелесть, возможно, и сексуальна (как в Наташе Ростовой), но все же это душевная прелесть, доставляющая мне верх наслаждения.
.
Набоковский Гумберт взял у Лолиты самое меньшее, что она могла ему дать, – и в результате так инфернальна скука, какую испытал он во время своих разъездов вместе с ней по Америке.
Пошлая, скудоумная б. – нет, я не завидую этому Гумберту. <…>
