arbeka

А все Кузнецкий мост и прочие французы

https://scrucis.livejournal.com/57487.html

и есть самое привлекательное в книгах Пелиссье.

Вот, например, как он пишет о общественном возмущении и компании против пыток. Этому посвящена целая глава, где автор, опираясь на документы, не оставляет камня на камне от самых широко опубликованных эпизодов. Все это было бы не ново и даже утомительно, если бы не последние страницы, где прежняя бесстрастность изменяет автору и он пишет, подводя итог всех комиссий «против пыток»:

«Допросы с пристрастием, безусловно, практиковались французской армией. ... Тут нет ни прощения, ни оправдания. ... Что до комиссий, они и не имели шансов даже приблизиться к истине, поскольку там было много разных истин, а не одна; поскольку грязные дела не совершались офицерами при свидетелях; потому что запачкать руки и душу не было призванием тех, кто попал в этот ад.
Комиссии не могли видеть ничего или почти ничего, поскольку пытки и не были тем, что воображали себе их члены. Было десять, было сто, способов заставить человека заговорить, причем не обязательно при помощи физического насилия, и не обязательно так, чтоб остались следы. Кто заговорит от одной угрозы, кто — от лишения сна, кто просто от того, что решит, что все, что он знает, уже известно допрашивающему. Да и тот, кого, как он думает, предали свои, редко долго держится на допросе... Пытка погружением в воду, о которой писали так много, требовала ванн, которых не было. Обходились фляжками и тряпками... Пытка электричеством из розетки была бы смертельна — обходились низким напряжением из полевого телефона, вызывавшим судороги...»