Жалеем, что раньше не читали

[arbeka]

Жалеем, что раньше не читали.

/Когда пить "Боржоми"/

10 ноября ____________________ 1917

"Все утро на улице, горы изумительны в снегах при синем
небе. Иду к глазному доктору. Берем в библиотеке «Историю
французской революции». Жалеем, что раньше не читали. Мно
гое выясняется. И так успокоились, что пошли в синематограф.

Comments

я сижу в томной позе

[belkafoto.livejournal.com]

25 августа. воскресенье ______________
Обед у меня готов со вчерашнего дня, и поэтому я могу
заняться уборкой комнаты. Сережа мне дарит все маленькие
этюдики и крестится, что не продаст их. А если они кому-ни
будь страшно понравятся, то он сделает копию. Я развеши
ваю их фриюм в моем музее, затем бегу спешно выкупаться
в море, возвращаюсь, разогреваю обед, сплю до трех часов,
пока не приходит Сорин. Сережу он будит в самом сладком
сне, но я бодро настроена и собираюсь хорошо позировать,
но нам мешают как раз <тогда>, когда я сижу в томной позе,
загипнотизированная строгостью Савелия. Перед окном как
из-под земли вырастает Якобсон с двумя фигурами. Я сразу
чую покупателей, но боюсь пошевелиться, только произно
шу: «Сейчас Сергей Юрьевич выйдет». Они, страшно изви
няясь, идут на балкон, куда Сережа им выносит некоторые
свои этюды, упрашивая нас тоже выйти к ним. Савелий, ока
зывается, знает одного из них - это тот самый Давыдов, на
автомобиле которого каталась Нана Завадская, и Сорина от
возили в Батильман из Алушты. Мы прекращаем сеанс, и они
все заходят в комнату смотреть большую картину. Якобсон
говорит хвалебные слова, Сорин тоже пробурчал что-то хо
рошее, я тоже, сам Сережа себя хвалит, лишь Давыдов и его
спутник смотрят и молчат. Я веду Якобсона в кухню, чтобы
показать наш лубочный портрет, от которого он в восторге,