arbeka

К сожалению, пророческими оказалось совсем другие вирши Олейникова - отрывок из стихотворения "Генриху Левину по поводу влюбления его в Шурочку Любарскую":
…Страшно жить на этом свете,
В нем отсутствует уют, —
Ветер воет на рассвете,
Волки зайчика грызут...
Их взяли по "делу харбинцев", по которому еще летом арестовали Олейникова, и обвинили в шпионаже в пользу Японии. Как вспоминала позже Любарская: «В ночь с 4-го на 5 сентября 1937 года были сразу арестованы писатели С. Безбородов, Н. Константинов, директор Дома детской литературы при Детиздате А. Серебрянников, редакторы Т. Габбе и я. <...> Редакция была разгромлена".
По меркам тех времен Габбе отделается легким испугом - уже в декабре 1937-го ее оправдают, так как «имеющимися материалами» «виновность... не подтвердилась».
Дело Любарской затянется, "Шурочка" отсидит полтора года, и выйдет только после падения Ежова, в 1939-м.
...В 1942-м их вывезут по Дороге Жизни - в крайней степени дистрофии. ...Именно тогда, в прямом смысле слова вырвавшись от Смерти, Тамара Габбе сядет писать сказку.
Свою лучшую, на мой взгляд, сказку.
https://vad-nes.livejournal.com/784871.html
Арест по ложному обвинению в 1937-м. Арест мужа в1941-м, его гибель в лагере. Замуж она больше не вышла. Гибель единственного брата на фронте. Блокадная зима. Дистрофия. Эвакуация с мамой и отчимом по Дороге Жизни. В москве им дали две комнаты в коммуналке, одна - размером со шкаф.
Вскоре после войны маму разбил паралич и 8 лет сказочница будет ухаживать за парализованной мамой, практически не выходя из дома. Ее подруга Лидия Чуковская, как всегда, не деликатничая в выражениях, написала: «14 лет жизни в шкафу, из которых 8 в этом же шкафу она день и ночь ухаживала за парализованной больной».
А что сделаешь? Никто не виноват. Старики были на ней, и она тянула их почти всю жизнь. "Я не позволяю себе мечтать о смерти, - откровенничала она. - Это было бы не по-товарищески, свинство. Это то же, что самой уехать в санаторий, а других оставить распутываться, как хотят"
...Фантастическая повесть братьев Стругацких "Далекая радуга" завершается тем, что восемь несостоявшихся нуль-перелетчиков поют песню:
Когда, как темная вода,
Лихая, лютая беда
Была тебе по грудь,
Ты, не склоняя головы,
Смотрела в прорезь синевы
И продолжала путь…
На самом деле эти стихи - эпитафия Самуила Маршака своей лучшей ученице Тамаре Габбе, высеченные на ее надгробном памятнике.
https://vad-nes.livejournal.com/785007.html