На это заседание пришли жены ребят и двое журналистов. И все.
((Короче, если ты не Навальный, которому важно скольку букетов принесут на твои похороны,
в РФ сейчас протестовать, что пИсать против ветра.
Дева сдернула вОвремя и красиво.))
....................
— Как тебе удалось уехать из России до ареста?
— В конце сентября назначили заседание по рассмотрению апелляции на приговор по делу об организации «экстремистского сообщества». Я поняла, что после этого могу неделю отдохнуть и в сентябре купила тур в Иорданию — для себя и дочки, с 10 по 18 октября. 10 октября мы улетели, а 13-го арестовали почти всех адвокатов. В Москву мы не вернулись.
С арестом ребят мы столкнулись с абсолютно новой реальностью — никто не думал, что адвокатам тоже нужна помощь. Ситуация сейчас такая: мои коллеги заключены под стражу за участие в «экстремистском сообществе» клиента, и такая судьба грозит каждому, кто защищает оппонентов действующей власти. То есть мы видим устойчивую тенденцию: [теперь и] адвокатов обвиняют в преступлениях, которые они не совершали.
Мошенничество, противодействие правосудию, насилие в отношении представителей власти — все это реальные случаи уголовных дел против адвокатов. За то, что они хорошо работали. А дальше получается так: адвокатов сажают, их семьи бедствуют, им самим нужны адвокаты. Например, защитники наших ребят работают абсолютно бесплатно. При этом на суды по их делам практически никто не ходит — например, 7 марта продлили арест Вадиму Кобзеву, Алексею Липцеру и Игорю Сергунину в Басманном суде. На это заседание пришли жены ребят и двое журналистов. И все. Судьба адвокатов вообще никого, к сожалению, не интересует. Я в какой-то момент поняла: есть много организаций, оказывающих помощь активистам, журналистам, политзаключенным, но…
((Короче, если ты не Навальный, которому важно скольку букетов принесут на твои похороны,
в РФ сейчас протестовать, что пИсать против ветра.
Дева сдернула вОвремя и красиво.))
....................
— Как тебе удалось уехать из России до ареста?
— В конце сентября назначили заседание по рассмотрению апелляции на приговор по делу об организации «экстремистского сообщества». Я поняла, что после этого могу неделю отдохнуть и в сентябре купила тур в Иорданию — для себя и дочки, с 10 по 18 октября. 10 октября мы улетели, а 13-го арестовали почти всех адвокатов. В Москву мы не вернулись.
С арестом ребят мы столкнулись с абсолютно новой реальностью — никто не думал, что адвокатам тоже нужна помощь. Ситуация сейчас такая: мои коллеги заключены под стражу за участие в «экстремистском сообществе» клиента, и такая судьба грозит каждому, кто защищает оппонентов действующей власти. То есть мы видим устойчивую тенденцию: [теперь и] адвокатов обвиняют в преступлениях, которые они не совершали.
Мошенничество, противодействие правосудию, насилие в отношении представителей власти — все это реальные случаи уголовных дел против адвокатов. За то, что они хорошо работали. А дальше получается так: адвокатов сажают, их семьи бедствуют, им самим нужны адвокаты. Например, защитники наших ребят работают абсолютно бесплатно. При этом на суды по их делам практически никто не ходит — например, 7 марта продлили арест Вадиму Кобзеву, Алексею Липцеру и Игорю Сергунину в Басманном суде. На это заседание пришли жены ребят и двое журналистов. И все. Судьба адвокатов вообще никого, к сожалению, не интересует. Я в какой-то момент поняла: есть много организаций, оказывающих помощь активистам, журналистам, политзаключенным, но…