Утро туманное
Jul. 16th, 2023 07:49 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbeka/"туман войны"/
13 часов назад
Один бой от лица сапера.
Пишу сейчас, вечером 17-го мая и днём 18-го числа.
Я впервые за всё время здесь мы(15-го было 7 месяцев) побывал «на передке». На участке обороны 72-й омсбр. Не могу судить за всё бои по всей линии фронта, но там, где мы работали, всё очень плохо.
Начиная с 7-го числа комполка стал отдавать приказы о работах на переднем крае или рядом. Где-то экскаваторами спешно копали укрепления по запросам пехоты, где-то минировали/разминировали. От нашей роты дважды назначались небольшие команды, куда попадали я и мой командир отделения Кастро (впредь я буду немного изменять реальные позывные, на всякий), но мы мотались впустую. Похоже, комполка и комбат получали очень противоречивые приказания и из-за этого дёргали нас. То объявят, что едем на разминирование, мы хватаем миноискатели, едем к комбату, с ним командой едем в город и стоим впустую большую часть дня, так как разминировать никому ничего не надо. На следующий день задачу уточняют: получаем МОНки и ПМН, едем на два-три дня охранять наши экскаваторы во время работы и ночью. Затем выясняется, что и это не требуется. 10-го получили больше трёхсот мин ТМ-62, и несколько ящиков ПМН, погрузили в машину, втиснулись сами и привезли в город, встретили там ещё три команды от нашего полка. Опять сидели и ждали. Ближе к вечеру началась суета: выгрузили ящики с ТМками из нашей машины и машины другой команды, повынимали мины из ящиков и утрамбовали триста с лишним ТМ плюс девять ящиков ПМН в один грузовик. Набрали небольшую группу в 15 человек. От нашей роты вызывалось четверо, включая меня и Фиделя, командовал один из взводных лейтенантов другой роты. Затем мы влезли в машину, прямо на мины (хотя по уму мины и расчёты в одной машине возить нельзя) и поехали на встречу с
представителем пехоты, Ласковым, что должен был нам поставить задачу. Заблудились, приехали не туда, нас пехотинец нашёл только к ночи, уже в темноте. Переехали в другое место (на берег речушки у окраины деревни, как утром выяснилось) уставшие легли спать в грузовике с минами, неслабо озябнув к утру. Часа в три ночи приехали из пехоты, сказали, что ТМ на фиг не нужны, а нужны МОНки и ОЗМки. Лейтенант набрал пять человек из своей роты и уехал на задачу. Мы провели день у реки, разговаривали с Ласковым. Оказалось, он из 72-й бригады, той самой, которую раскритиковал за отход с позиций Пригожин в своих филиппиках (правда, он почему-то назвал её 27-й). Бригада, как ты мог узнать из новостей, подверглась удару украинской группировки, которая, как я понимаю, пытается деблокировать Артёмовск. Ласковый охарактеризовал ситуацию как полный бардак и кровавые сопли. В отходе бригады винил бойцов ЧВК «Поток», что после неудачного боя отступили и открыли тыл бригады. На ночь мы нашли пустой дом и переночевали там. Разбудил нас Ласковый, приказав выгрузить мины и валить, потому что возможен прорыв, а мы тут всё равно лишние. Шестеро наших человек так и остались у мотострелков, нам сказали, что их заберут позже. С этим мы и убыли обратно. Роте приказали готовиться к переезду, отправили в город машину за покупками продуктов и прочего. Поехали и мы с Кастро. Едва вернулись, нам скомандовали: 10 минут на сборы, едете на задание. Кое-как собравшись, 10 человек, плюс бывший ротный покатили в город. Встретили комполка (не сапёр по специальности, полком командует с момента формирования). Он нас невнятно проинструктировал, мол, бегаете по окопам и кидаете мины за бруствер. Мы поняли, что он толком не знает, какая задача нам поставлена. Поехали. К вечеру приехали в деревеньку, где стояло несколько БМП 72-й бригады, это их тыловая позиция. Закинули 50 ТМ в десантные отсеки, сами сели на броню и в сумерках поехали. В темноте прибыли на место, притормозили у лесополосы. В большой спешке выгрузили мины, из-за высокого риска обстрела, а затем командир роты, что расположена в полосе, развёл нас по укрытиям.
13 часов назад
Один бой от лица сапера.
Пишу сейчас, вечером 17-го мая и днём 18-го числа.
Я впервые за всё время здесь мы(15-го было 7 месяцев) побывал «на передке». На участке обороны 72-й омсбр. Не могу судить за всё бои по всей линии фронта, но там, где мы работали, всё очень плохо.
Начиная с 7-го числа комполка стал отдавать приказы о работах на переднем крае или рядом. Где-то экскаваторами спешно копали укрепления по запросам пехоты, где-то минировали/разминировали. От нашей роты дважды назначались небольшие команды, куда попадали я и мой командир отделения Кастро (впредь я буду немного изменять реальные позывные, на всякий), но мы мотались впустую. Похоже, комполка и комбат получали очень противоречивые приказания и из-за этого дёргали нас. То объявят, что едем на разминирование, мы хватаем миноискатели, едем к комбату, с ним командой едем в город и стоим впустую большую часть дня, так как разминировать никому ничего не надо. На следующий день задачу уточняют: получаем МОНки и ПМН, едем на два-три дня охранять наши экскаваторы во время работы и ночью. Затем выясняется, что и это не требуется. 10-го получили больше трёхсот мин ТМ-62, и несколько ящиков ПМН, погрузили в машину, втиснулись сами и привезли в город, встретили там ещё три команды от нашего полка. Опять сидели и ждали. Ближе к вечеру началась суета: выгрузили ящики с ТМками из нашей машины и машины другой команды, повынимали мины из ящиков и утрамбовали триста с лишним ТМ плюс девять ящиков ПМН в один грузовик. Набрали небольшую группу в 15 человек. От нашей роты вызывалось четверо, включая меня и Фиделя, командовал один из взводных лейтенантов другой роты. Затем мы влезли в машину, прямо на мины (хотя по уму мины и расчёты в одной машине возить нельзя) и поехали на встречу с
представителем пехоты, Ласковым, что должен был нам поставить задачу. Заблудились, приехали не туда, нас пехотинец нашёл только к ночи, уже в темноте. Переехали в другое место (на берег речушки у окраины деревни, как утром выяснилось) уставшие легли спать в грузовике с минами, неслабо озябнув к утру. Часа в три ночи приехали из пехоты, сказали, что ТМ на фиг не нужны, а нужны МОНки и ОЗМки. Лейтенант набрал пять человек из своей роты и уехал на задачу. Мы провели день у реки, разговаривали с Ласковым. Оказалось, он из 72-й бригады, той самой, которую раскритиковал за отход с позиций Пригожин в своих филиппиках (правда, он почему-то назвал её 27-й). Бригада, как ты мог узнать из новостей, подверглась удару украинской группировки, которая, как я понимаю, пытается деблокировать Артёмовск. Ласковый охарактеризовал ситуацию как полный бардак и кровавые сопли. В отходе бригады винил бойцов ЧВК «Поток», что после неудачного боя отступили и открыли тыл бригады. На ночь мы нашли пустой дом и переночевали там. Разбудил нас Ласковый, приказав выгрузить мины и валить, потому что возможен прорыв, а мы тут всё равно лишние. Шестеро наших человек так и остались у мотострелков, нам сказали, что их заберут позже. С этим мы и убыли обратно. Роте приказали готовиться к переезду, отправили в город машину за покупками продуктов и прочего. Поехали и мы с Кастро. Едва вернулись, нам скомандовали: 10 минут на сборы, едете на задание. Кое-как собравшись, 10 человек, плюс бывший ротный покатили в город. Встретили комполка (не сапёр по специальности, полком командует с момента формирования). Он нас невнятно проинструктировал, мол, бегаете по окопам и кидаете мины за бруствер. Мы поняли, что он толком не знает, какая задача нам поставлена. Поехали. К вечеру приехали в деревеньку, где стояло несколько БМП 72-й бригады, это их тыловая позиция. Закинули 50 ТМ в десантные отсеки, сами сели на броню и в сумерках поехали. В темноте прибыли на место, притормозили у лесополосы. В большой спешке выгрузили мины, из-за высокого риска обстрела, а затем командир роты, что расположена в полосе, развёл нас по укрытиям.
