проявились

[arbeka]

Записи проявились

((Можно догадываться, когда это произошло: практически тотальное оглупление образованных при вторжении
компиков и программ.

При Пушкине и Шекспире о таком и не слышали.
Но не известно, когда кончится.
На прошлой неделе, я с виртуальной и реальной помощью умудрился заставить орать внешний репродуктор
на телефончике и новом ноуте.
Но так и не добился этого на старом компьютере. Поиск "дров" не помог.))
...............
(по старым архивам слоняясь)

2003-07-03 15:15:00

Чудо произошло. По неизвестной мне причине записи все-таки проявились. Теперь самое время объясняться - да настроение не то. Картинки пока нет - потому что сервер не желает ее загружать. Там разберемся.
Что касается френдов - объяснение на случай, если кто-то себя среди них обнаружит и будет удивлен (встречались мне такие реплики в чужих ЖЖ - "кто это меня, я и не знаю его совсем") - во френды я буду записывать тех, кого хочу читать, людей знакомых лично, у меня здесь не много, а вот тех, читать чьи ЖЖ вошло в привычку - достаточно. Надеюсь также, что мне все-таки все объяснили правильно, и записывая кого-то во френды, я вовсе не навязываюсь этому человеку, чтобы он читал меня. Тем более, что читать пока нечего.
Вообще, зачем нужен ЖЖ, мне не известно. Жаркий спор по этому поводу, повторяющий споры во многих ЖЖ (ссылки пока делать не умею), сводился к тому, чего здесь больше - эксгибиционизма или графомании. Боюсь, что без эксгибиционизма
все-таки обойтись не удасться - вопрос скорее в том, на что это больше похоже - на дупло, или на возможность орать на рыночной площади, не рискуя быть битым (хотя бы в реале). Ну а с графоманией и так все ясно, это неизбежно.
Засим пока все, буду привыкать к новой шкуре.
Спасибо mataddora за предоставленные возможности!
(научил бы что ли кто-нибудь делать ссылки, хотя бы на юзеров)

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

Но даже такое родство с Пришвиным мне сейчас неприятно. Ну не нравится он мне.
Женился он, кстати, на крестьянке – это у него видимо «идея» была. Сейчас (в 1914-м) – ему сорок – и он долго и муторно описывает свою жизнь и желание развода. Вообще, в 1914 году, перед войной, он повернут на женской теме. Видимо, собирается писать роман – там по сути не столько дневники, сколько записки «к роману». И понятно, что женщина для него не то чтобы не человек – а всё-таки вот это вот шершавое животное, как у Чехова в «Трех сестрах» говорит Андрей. Хотя и не говорит. И это тоже все неприятно настолько, что хочется отмыться.
Дневники, в особенности литературные, мы привыкли читать гениев. А он – не гений. Он – литератор средней руки. Ничего его не читала никогда, кроме «Кладовой солнца» в детстве (интересно, что и оттуда я более всего помню оппозицию «мужское-женское», поразившую меня тогда – ну, кроме того как они идут по болоту, конечно). И не хочется ничего читать – потому что есть стойкое ощущение – может быть и ошибочное, но в это я не верю – что знаешь, что увидишь. Литератор средней руки – что может быть хуже. Как купец второй гильдии… Погружение в это гнилое предреволюционное болото – как же я его не люблю, вкус его не люблю и запах – именно потому что знаю, думаю, что знаю, по детским ощущениям еще, от семейной истории, мутит сразу. На четверть там может быть и новое – но на три четверти вот это вот разлагающееся старое, от которого хочется только бежать. Слишком близко, оттого и невербализуемо.
Потом война – и эта война на меня в последнее время выскакивает отовсюду, и на полпути от метро до дома ловишь себя на том, что идешь и долго уже говоришь себе – суки, суки, что же они наделали – если кто в чем-то и виноват, в этом двадцатом веке, то именно те, кто начал эту самую, первую мировую, войну. Нет им прощения, нет им никакого извинения, никому. Подлецы. Втройне подлецы те, кто думает, что они были благородны. Впрочем, искать виноватого – дохлое занятие, разумеется. Так считать – получится, что одни большевики не были подлецами. Потому что не так уж много народу кроме них не было «заражено патриотическим угаром».
Они на полном серьезе, кажется, собирались присоединить Галицию. Я офигеваю, дорогая редакция