незамеченный шедевр

[arbeka]

почти незамеченный шедевр

((Конечно, 2 часа 20 минут сейчас выдержит не каждый.
Но снято - крепко.))
..........
"Весьма смелая работа режиссёра Акио Дсиссодзи, напрочь выбивающаяся из традиционной стилистики японского кинематографа того времени.

Провокационная сюжетная линия, рассказывающая об инцестуальной связи между братом и сестрой, дополняется богоборческими монологами главного героя в духе старика Достоевского: 'В картинах Рая нет счастья. Ведь счастье приходит, когда мы удовлетворяем желания. Но удовлетворение желаний - с неизбежностью зло! Поэтому в Раю нет счастья!'

Герой-имморалист отвергает религию, но, в качестве ученика, на протяжении года помогает старому мастеру завершить работу над статуей Будды (попутно вступив в связь с его женой): 'Люди потому и делают статуи Будды, что сами не могут им стать'. Не все оказываются готовы к тотальному отрицанию традиционных моральных ценностей, но тем хуже для них.

Сама форма фильма, безусловно, испытала огромное влияние европейского кинематографа 60-х, тут есть и тревеллинги пустынных улиц из трилогии отчуждения Антониони, и свобода в подаче материала, столь характерная для 'новой волны', особенно восточноевропейской. Если внимательнее остановиться на диалоге между главным героем и монахом в заключительной части фильма, то можно заметить стремительное перемещение их статичных (!) фигур в пространстве даже в пределах одной фразы, что может указывать на условное присутствие этого диалога во времени, это словно проекция многовекового спора о религии.

Этот почти незамеченный шедевр будет крайне интересен людям желающим получше узнать историю кинематографа.
.............
This Transient Life is a 1970 Japanese erotic drama film directed by Akio Jissoji.

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

"Во время просмотра этой заказанной мне для рецензии киноленты Акио Дзиссодзи у меня мелькнула аналогия с некоторыми работами Нагисы Осимы, а уже потом я выяснил, что Дзиссодзи считал себя учеником чуть более старшего по возрасту постановщика, дебютировавшего в кино десятилетием ранее, и даже снял по его сценарию свою первую телевизионную картину. 'Бренность' же - это начало пути 33-летнего Акио Дзиссодзи в большом кинематографе.

И о нём сразу же заговорили как о творце, который пытается сочетать буддийскую философию и западные психоаналитические учения, а в сфере самого кино явно наследует европейским новомодным течениям рубежа 50-60-х годов (из наиболее очевидного и бросающегося в глаза - изысканные горизонтальные трэвеллинги камеры в духе Алена Рене-Саши Вьерни; кстати, и один из актёров, Эйдзи Окада, играл в фильме 'Хиросима, моя любовь').

Определённая популярность 'Бренности' в среде отечественных киноманов, видимо, связана с темой инцестуальной связи брата и сестры, хотя эта лента куда шире и глубже, нежели исследование табуированной области человеческих страстей и пороков. Помимо чисто кинематографических достоинств, которые столь редки в современных картинах, словно не доверяющих 'искусству изображения', дебютная работа Дзиссоидзи отличается серьёзностью и вдумчивостью в подходе к абсолютно неразрешимым, но не менее будоражащим сознание 'проклятым вопросам' об Аде и Рае, о Ничто и Вечности, о бренности бытия. И лучшая сцена фильма - философский спор главного героя с буддистским монахом о сути зла и смысле всего сущего.

К сожалению, 'Бренность' не столь быстротечна, как хотелось бы, порой искусственно затянута, не избавлена от повторов и лишних, даже чужеродных по манере сцен, как будто взятых напрокат из более банальных лирико-поэтических картин, и поэтому расстраивает в долгом финале, чересчур благостном и умиротворяющем, чтобы можно было бы в него поверить.