слаба на передок

[arbeka]

получай по полной!

((Наши люди, ошибок не прощают.
Хотя, кмк. юные девы из страны кенгуру
в реале не столь беспечны.))

"На мой взгляд, фильму не хватило атмосферы, которая заставила бы зрителя поверить в трудное положение Клэр, в ее животный страх, переживаемый от случившегося, от пережитого, от увиденного в конце концов. Когда наблюдаешь за тем, что происходит на экране, не возникает должно ощущения загнанности в угол, нет того градуса, который позволил бы назвать этот фильм отличным психологическим триллером.

Например, если взять ту же «Игру» Дэвида Финчера – каждая новая сцена в фильме 1997 года все жестче закручивает интригу, дает главному герою и зрителю все больше ребусов, держит в диком напряжении до самого конца, а в случае с «Берлинским синдромом» нет стойкого чувства сопееживания героине Терезы Палмер, но есть стойкое ощущение, мол, «так ей и надо».

Ведь если разобраться, она в бОльшей мере виновна в том, что все так для нее сложилось. Интрижка на одну ночь, захотелось секса с незнакомцем, захотелось раздвинуть ноги перед кем-то на правах иностранки и затем отправиться покорять другую столицу Европы, также ипытывая стойкое желание переспать еще с кем-нибудь? Пожалуйста – слаба на передок – получай по полной!
....................
«Берлинский синдром» — австралийский триллер 2017

"Фильм расскажет о молодой журналистке Клэр, отправляющейся в Германию, где она знакомится с харизматичным парнем Энди, в результате чего между ними появляется притяжение. Проснувшись после бурной ночи страсти, Клэр осознаёт, что Энди запер её в квартире и не собирается отпускать.

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

"Несмотря на кажущееся безвыходное положение Клэр, то что представлено в фильме сложно назвать кошмаром для нее, ведь у нее была масса возможностей для того, чтобы не заводить дело так далеко. И наверное как раз здесь и можно говорить о прелсовутом синдроме, когда жертва начинает симпатизировать тому, кто глумится над ней. Хотя нужно быть, извините, набитой дурой, чтобы не понимать, что ждет тебя дальше.

Если с героиней Палмер все понятно, то с Энди, которого сыграл Макс Римельт, все еще хуже. Если не брать в расчет бурную ночь между ними, можно подумать, что Энди – банальный импотент, которому нравится наблюдать или нравится ощущать присутствие кого-то рядом, но не пользоваться этим присутствием в полной мере. Его перфекционистская осторожность оказывается надутой словно мыльный пузырь, но при этом, ему постоянно чертовски везет. Его герой – точно такой же дурачок как и героиня Терезы Палмер с тем лишь исключением, что он раз за разом дает ей шансы, а они ими не пользуется.

Единственное, что понравилось по ходу фильма – это демонстрация колорита берлинского населения, в особенности учащихся в школе/колледже. В остальном – фильм показался слишком простым с точки зрения психологии, слишком глупым с точки зрения поступков. В особенности это ярко демонстрирует финал, которым, возможно, режиссер собиралась сказать, что погореть можно на глупости, но то, что привело к развязке – это не глупость – это беспросветная тупость, граничащая с идиотизмом…

[belkafoto.livejournal.com]

"Австралийка Кейт Шортланд всегда была для меня одной из таковых. Пусть даже её фильмография не столь богата количеством, но каждый фильм режиссера я всегда ждал с особым интересом и пройти мимо «Берлинского синдрома» нисколько не смог. Однако Ожидания в кое то степени, увы не оправдались.

Сюжет картины раскручивается вокруг случайной встречи двух абсолютных незнакомцев. Необъяснимая магия Берлина. Пересечение взглядов. Несколько сказанных слов. Одна проведенная ночь. Казалось бы, идеальная завязка для очередной счастливой мелодрамы а-ля «После полуночи». Однако на деле, всё оказывается далеко не так. Превращая одного из них в настоящего заложника четырех стен.

Режиссер данной ленты Кейт Шортланд попыталась максимально абстрагироваться от многочисленных клише и стереотипов жанра. Сделав акцент нисколько на зубодробительную динамику и обилие динамичных и зрелищных сцен, сколько на атмосферу и симбиоз характеров двух главных героев. По сути, представляя собой очень камерный и даже авторский продукт, выполненный в ярко выраженных европейских традициях.

Пожалуй именно этим Шортланд и «оправдывает» поистине великолепную визуализацию картины. Когда музыка композитора Брайони Маркса выполненная в лучших традициях творчества Макса Рихтера, отлично подобранные декорации, великолепно выстроенная атмосфера и многие другие компоненты создают очень красивую и авторскую картинку. Однако сильно провисающую за счет катастрофической нехватки «хлеба и зрелища». Будто на примере сцен эротического или насильственного характера. Особенно на фоне грузного хронометража в два часа экранного времени.

[belkafoto.livejournal.com]

"Сюжет, как видите, достоин настоящего триллера. И воплощение оказалось на уровне, если бы не маленькое 'но' - Макс Римельт слишком хорош для роли монстра. Нет, играет он отлично. Но ненавидеть его и бояться не получается - такой он милашка.

Тереза Палмер, напротив, очень блеклая и изможденная. И если во второй половине фильма это оправданно, в начале выглядит весьма странно.

[belkafoto.livejournal.com]

"В общем начнём с того, как ведёт себя, героиня. Её поведение вызывает странное отношение к ней. Человек, который не борется и не показывает всю безвыходность положения вызывает не жалость а больше презрение. И то она как бы уже смиряется с тем, что с ней происходит, то вырывается и в истерическом припадке пытаясь мальчику объяснить, что она в 'заложниках'. Странная двойственность, учитывая, что он её в непродолжительное время только связывал и то, что у него явные психические отклонения на уровне уже клиники, вспышки агрессии, сексуальные девиации, какие-то приступы 'некрофелии', почему она не пыталась убить его, вырваться? Не знаю, запертая в квартире, по-мне так звучит слишком натянуто, даже для хрупкой девушки, которая должна осознавать, что каждый новый день может быть для неё последним.

Вообще, сюжет вполне сносный и драматичность в самой ситуации определённо есть, но вопрос в другом, смогли ли они показать нам динамику развития драмы? Убедить нас в том, что девушка мучительно страдает и её заключение, равно - смерть. Меня это не зацепило и я не мог понять вообще почему девушка себя так ведёт и что она хочет этим сказать, до определённого момента. Любишь живи и подчиняйся, хочешь вырваться борись, а она не туда и не сюда. Всё раскачивалась год, наверное. Может быть ей и мешало, что он деспотичный доминант, который ломал её под себя, вот только по игре и поведению персонажа, он больше напоминал какого-то сухощавого каблука и тряпку, что подтверждали его извращенские наклонности, фотографирования и каких-то уединений. Он выглядел как типичный учитель-лох, в некотором роде, как и Чикатило, на работе даже не знали чем он занимается, с кем он там встречается и как живёт, прям такой типичный маньяк, от которого наверняка никто и не ждал подобного. Но это все как раз и указывает на отсутствие у него мужского начала, его покоробленность, попытки доминировать, показывать силу, лишь жалкие потуги удовлетворения своего мнимого мужского начала и Эго.

[belkafoto.livejournal.com]

" Прочитав синопсис и довольно интересную рецензию на одном из порталов СМИ, я приготовилась к внутренней драме-борьбе нашего мозга между самосохранением и достоинством. Ждала, что режиссер раскроет, как происходит этот психологический феномен-стокгольмский синдром, его предпосылки и последствия, отразившиеся на героях, их характеры. Но, ничего этого я не увидела, то ли рецензия была так удачно написана и подала картину совершенно в ином свете, поэтому я авансом дала положительную оценку. То ли ожидания не совпали с действительностью. В какой-то момент при просмотре, я решила абстрагироваться и оценить фильм со стороны. Хорошая операторская работа, тревожный саундтрек, поскребывающий душу в нужных моментах; художники – постановщики тоже постарались- обстановка квартиры выглядела уныло, что и было задумано. Актеры, играющие главных персонажей, тоже пытались соответствовать заданному мрачному тону. Правда Тереза Палмер страдала так мною называемым эффектом лица Кристен Стюарт. В большинстве случаев оно было неподвижным, только глаза выпучивались по поводу и без. А Макс Римельт, такое ощущение, что не до конца понял свой персонаж.

[belkafoto.livejournal.com]

"Тема синдрома осталась не понята; героиня испытывала к своему заточителю лишь жалость и отвращение. И только пыталась найти способ для побега, но не понять, проникнуться и уж тем более испытывать какие-либо чувства. Да у каждого человека разные реакции на чрезвычайные ситуации, но реакция показанная в фильме синдрому вообще не соответствовала (я специально полезла в БЭС, а потом и в Википедию чтобы узнать о нем подробно).Также где-то прочитала, что фильм снят по мотивам одноименного романа Мелани Жюстин, ну может автор хотела донести иной смысл, чем был показан в картине... Да! Вот, самое главное, что я не увидела- смысла, который нитью тянулся бы через весь фильм, приобретя в конце ясные черты. Не было его. Я вышла из кинотеатра, лишь с неприятным ощущением, оставленным по большей части музыкой и визуальными эффектами. Единственное, наверно этот фильм стоит посмотреть девушкам, собирающимся ездить в одиночку по разным странам, так сказать в назидание. Ну и что симпатичное лицо и внешность еще не говорит о таких же внутренних качествах.

В итоге мрачное кино с шаблонами триллера, и совершенным отсутствием посыла.

Ах да, и привет советской архитектуре от австралийцев.

[belkafoto.livejournal.com]

"Синдром 'Ну когда же это закончится'

Сюжет этого незамысловатого фильма можно уложить в два-три предложения пересказа. Что тогда остаётся наблюдать зрителю, который, подобно главной героине, по роковой случайности очутился, как в западне, на сеансе этого недоразумения? В чём интрига, если и сюжет и развязка фильма до простоты банальны?

На протяжении всего фильма нам показывают, как жертва насилия катается по квартире в кресле, читает хипстерские книжки, наблюдает в окно откровенно затянутые сцены падающего первого снега. Всё это сопровождается унылейшим саундтреком. Действия персонажей не поддаются логике. Как и сеттинг фильма в целом. Откуда в полузаброшенном доме 'армированные' стёкла, вода, электричество, газ? Кто приезжает выносить мусор, вместе с которым главный злодей время от времени выбрасывает сожженные трупы случайных посетителей? Ванилиметр начинает зашкаливать уже к середине фильма. Но и дальше ничего не происходит.

Диалоги ужасно предсказуемы. При этом паузы между репликами невыносимо затянуты. Это удручает. Возможно, так называемый 'берлинский синдром' - это скука, доведенная до сумасшествия? Это не то, чего ожидаешь от триллера про киднеппинг или абьюзивные отношения.

[belkafoto.livejournal.com]

"Однако, создатели ленты не до конца справились с грузом ответственности и по факту не сумели наполнить шокирующую обёртку аналогичным содержанием.

Это не голливудский фильм, соответственно, здесь нет глянцевого лоска, жанр артхаусной мелодрамы исключает развлекательную динамику и избыточную кровавость, а тема Похититель/ Жертва выводит фильм в категорию герметичных триллеров с акцентом на минимум персонажей и невозможностью расширить географию. Последнее просто отчаянно требует показать неоднозначность отношения героев, с головой окунуть в безумие тирана и/ или отчаяние пострадавшего.

Не могу сказать, что фильм успешно прошёл этот краш-тест. Да и к преподнесению Синдрома есть вопросы.

В начале фильма Клэр гуляет по нетуристической части города, общается со случайными людьми, которые не влияют на сюжет, но знакомят нас с героиней. Потом она встречает Энди и сама охотно идёт с ним на контакт. Таким образом, перед нами - неуверенная в себе девушка, растерянная и глубоко одинокая в большом мегаполисе, которая ищет чьего-нибудь тепла. То есть психологическое состояние жертвы соответствует теоретическим основам - это хорошо.

[belkafoto.livejournal.com]

"А дальше её личность, личность важного персонажа, практически не раскрывают. Что вызывает недоумение. Как можно сопереживать кому-либо, если мы о нём почти ничего не знаем, не понимаем с какими внутренними проблемами сражается персонаж и не видим источников ресурсов для борьбы с внешним агрессором? Без этого фундамента, поведение героини кажется то бесцельным и пассивным, то не понятно откуда черпающим энергию в попытках выбраться из заточения. Это выглядело жизненно, но всё же мне чего-то не хватило.

Возможно того, что с попаданием в Синдром тоже не всё просто:

Да, были сцены, где Клэр интересовалась Энди, старалась вести себя паинькой, чтобы получить одобрение и чтобы не пострадали другие. Но в то же время, не было ощущения возникновения ‘химии’ и влечения с её стороны. Почти не возникало сомнений, что она хочет вырваться из его плена. Так в чём же Синдром? В том, что она старалась не раздражать пленителя? Этого мало...

[belkafoto.livejournal.com]

"Второй ключевой персонаж - Похититель - раскрывается больше, имеет прописанную предысторию и взаимодействует с окружением. Энди - милый и дружелюбный парень, увлекающийся фотографией (правда, за распространение таких фотографий предусмотрена ответственность), у которого нет проблем с коммуникацией. А с Клэр, которая сделала первый шаг, могли бы сложиться адекватные отношения, если бы не... Что? Вот тут очередной пробел. Или же интрига...

Почему Энди, имея возможность легко заводить нормальные отношения, отказывается от них в пользу издевательства? Где таятся истоки его страха быть одиноким и/ или быть брошенным?

Фильм не даёт прямых ответов, но подбрасывает подсказки. Это неоднозначные отношения с отцом и отсутствие контакта с матерью (‘Эдипов комплекс’ дедушки Фрейда, не иначе), формат общения с коллегами, сексуальное влечение к ученице, поведение дома, где Энди ведёт себя не как типичный захватчик: не избивает просто так Клэр, не морит её голодом, не закрывает в клетке ‘с намордником’, предоставил вполне сносные условия содержания, готовит, приносит подарки, заботится о ней. Такое ощущение, что он просто отчаянно желает, чтобы девушка его полюбила и не захотела уйти...

Гм, пока писала, задалась интересным, на мой взгляд, вопросом: а не здесь ли кроется суть изменённого названия парадокса, где объектом поклонения становится не похититель?..

[belkafoto.livejournal.com]

"Что же касается финала, то сам тип фильма предопределяет лишь два возможных варианта: пленник либо сбежит, либо нет. Поэтому интригой это можно назвать лишь условной. Но тут меня смогли приятно удивить! Без подробностей - нужно видеть.

Фильм весьма неплохой, снят качественно и красиво. Отменная операторская работа, европейско-советская атмосфера, несколько интересных подходов в подаче материала. Атмосфера выдержана идеально, поражает, как много учтено деталей в ‘тюрьме’.

Актёры сыграли живых людей в потенциально реальных обстоятельствах и сделали это крайне убедительно. Им веришь.

Главной проблемой фильма является его хронометраж. Два часа. Два часа тягучего герметичного артхауса не каждому под силу выдержать. Если бы фильм сократили минут на 25-30, то картина получилась бы более смотрибельной и напряжённой, заполучив отсутствующую динамику.

Резюмирую: «Берлинский синдром» - это жутковатая, местами мерзкая и нервная картина с шикарной актёрской игрой и достойной режиссурой.

[belkafoto.livejournal.com]

"Завязка «Берлинского синдрома» не блещет оригинальностью, но зато открывает широчайший простор для дальнейшего развития истории. И тут сценаристы Шон Грант, Кейт Шортланд (по совместительству режиссёр) и Мелани Жюстин свою работу откровенно проваливают.

После довольно вялой и бессодержательной экспозиции и более-менее динамичного развития событий в первой части фильма, действие внезапно останавливается. Такое впечатление, что Кейт Шортланд сама испугалась того, что сняла, и, подобно своей героине, потеряла дорогу в пространстве фильма. Развитие сюжета триллера безальтернативно подразумевает прогрессию усложнений, но «Берлинский синдром», в начале прыгая через три ступеньки, уже к 40 минуте достигает той отметки, когда кульминация должна произойти не потому что так положено по теории драмы, а потому что истории просто больше некуда деваться.

Но кульминации не происходит. У сценаристов ещё не закончилась бумага, а у режиссёра – желание снимать, поэтому дальше фильм вступает в фазу «шаг вперёд, два шага назад». Относительно напряжённые сцены перемежаются с откровенно проходными, но общее напряжение спадает, конфликт буксует, а самое главное — теряется темп, фильм начинает тянуться, что ещё допустимо для философско-созерцательных картин Тарковского, но уже совершенно неприемлемо для триллера.

Да, сама история тоже длится далеко не пару дней, и очевидно, что человеческая психика не способна выдержать сильного напряжения в течение длительного времени. Но, во-первых, для таких ситуаций и придуман монтаж, а во-вторых, и это намного важнее, в «тихой» фазе конфликта должна происходить большая внутренняя работа персонажа, чего в «Берлинском синдроме» не наблюдается.

[belkafoto.livejournal.com]

"Напрашивается аналогия названия фильма со знаменитым Стокгольмским синдромом, ещё более очевидная с учётом сюжета. То есть, между героями должно возникнуть какое-то (пусть извращённое) сильное чувство, которое и поведёт историю дальше. При этом, чем неожиданнее окажется это чувство, тем больше у авторов будет инструментов для завладения зрительским вниманием. Однако, что бы там авторы ни планировали, никакого «синдрома» они сформулировать и изобразить не смогли. Герои просто сходятся друг с другом раз за разом, никоим образом не продвигая конфликт. Если это и называется «Берлинским синдромом», то кино про такое точно снимать не стоило. Блестящая актёрская игра могла бы, нет, не спасти ситуацию, но хотя бы немного компенсировать сюжетные длинноты, но её в фильме тоже нет, актёры играют добротно, но не более того. Режиссура же и вовсе беспомощная, мешанина сцен, имеющих или не имеющих отношения к основной сюжетной линии даже не запутывает, а замусоривает сознания зрителя.

Не то, чтобы побочные драматические линии были совсем уж ни о чём. Они нужны авторам, чтобы наиболее полно раскрыть личность антагониста. Но некоторые из них делают свою работу очень в лоб, и, что ещё более обидно, получив желаемое, авторы просто бросают их, совершенно не заботясь о том, чтобы закончить.

А личностью главной героини фильма они и вовсе пренебрегают, что совершенно непозволительно, учитывая её положение в сюжете. Не считая коротенькой истории, рассказанной ей новому знакомому на первом свидании, мы больше ничего о ней так и не узнаём, а, следовательно, не понимаем, с какой внутренней проблемой героине надлежит справиться, чтобы изменить внешние обстоятельства своей жизни, и откуда она возьмёт ресурсы для достижения своей цели. Не получая этой информации, мы наблюдаем затянутые и совершенно бесцельные даже не метания (что было бы хотя бы понятно), а блуждания героини между случайными внешними обстоятельствами в ожидании того из них, которое изменит её судьбу. Столь же жизненно, сколь и неинтересно.

В конце концов, на исходе второго часа экранного времени и героине, и зрителю удаётся дождаться финала, и, не раскрывая подробностей судьбы первой, можно уверенно утверждать, что за последнего в этот момент можно только порадоваться.

[belkafoto.livejournal.com]

Проблема с фильмами, в которых описывается хроника пленения, как правило в том, что есть всего два варианта развития истории: либо жертва спасается, либо нет. Таким образом развязка мало кого интересует; зрителя необходимо зацепить психологизмом жертвы/похитителя и заставить пройти с пленником весь путь боли до конца. «Коллекционер» Фаулза и его экранизация 1965 года четко показали успех подобного подхода. Некая Мелани Йоостен рассуждала, судя по всему, точно также. Экранизация её романа «Берлинский синдром» четко следует стандартам «истории о пленнике», но кошмарные игры сексуального контроля, чрезмерно уродливые интерьеры и странноватая гендерная политика скатывают фильм в область арт-хауса.

«Берлинский синдром» начинается словно дешевая немецкая копия «Перед рассветом». Клэр приехала посмотреть Берлин, познакомилась с молодым парнем Энди, который, к слову, работает в местной школе. Отношения переросли в романтику, да только парень оказался не в себе – девушку он запер и стал регулярно пользовать. Сбежать тяжело, ведь окна квартиры Энди выходят в какой-то неприветливый двор. Между маньяком и жертвой возникает странная порочная связь.

Что остается неоднозначным и невыясненным – до какой степени симптомы Берлинского синдрома похожи на оные Стокгольмского коллеги? Насколько искренна личная связь Клэр с Энди? Или она просто применила навыки лицедея, чтобы выжить? Фильм не дает четкого ответа и не знаю, стоит ли отнести это к недостаткам или интересным находкам. С одной стороны, поступки Клэр рождают множество интерпретаций, а физическое и психологическое напряжение актрисы Терезы Палмер прямо чувствуется. С другой стороны, иногда её персонаж ведёт себя слегка пассивно и о её характере, биографии и внутреннем мире мало что можно сказать к концу фильма. Персонаж Энди (похититель) имеет более прописанную предысторию, включающую в себя папаню и возможное объяснение перверсий героя. И именно Энди проявляет Стокгольмский синдром – молодой человек приносит пленнице маленькие подарки, купает её и ищет одобрения. Тот факт, что чувства к похитителю изменяются по ходу фильма и является гарантированным свидетельством нюансов персонажа. Да и Макс Римельт, сыгравший Энди, вызывает какое-то трагическое сочувствие, не обращая своего персонажа в ходячее кричащее злодейское клише, несмотря на отсутствие развития отдельных сюжетных линий (влечение к ученице и т.д.).

Главным недостатком фильма является хронометраж. Действие, на мой взгляд, разворачивается слишком медленно, а отношения Энди с Клэр развиваются на протяжении двух часов. Судя по всему, в фильм включили слишком много подсюжетов романа, упустив, тем самым, ключевые для финала логические шаги. Именно поэтому и было ощущение разочарования: две трети фильма я смотрел с неподдельным интересом, а третий акт вызвал недоумение.

С технической стороны к фильму нет никаких нареканий. Операторская работа очень изобретательна – немного иронично наблюдать, как страсть Клэр к архитектуре ГДР обернулась против девушки. Каждый кадр останавливается на заброшенных пространствах и помогает глазу сосредоточится на красоте, даже в самых убогих помещениях. Атмосфера также является сильной стороны картины - на самом деле импровизированная тюрьма была создана с вниманием к деталям и сюжетные ходы, касающиеся непосредственно быта в плену, весьма продуманы.

Сказать, что у «Берлинского синдрома» есть свои успешные моменты – значит приуменьшить действительность. Фильм на самом деле весьма неплохой, благодаря взаимоотношению актеров на съемочной площадке, свежести некоторых подходов и европейской атмосфере. Но лично я не нашел в «Синдроме» внутренней ценности; к концу мне хотелось, чтобы рассматриваемая картина была чем-то большим, чем просто фильмом. Тем не менее, публика приняла «Синдром» позитивно: фильм успешно приняли на фестивале «Санденс» и номинировали на Гран-при, а на интернет-сервисе Netflix «Синдром» какое-то время был в топ-листе. Ну, хотя бы отрадно видеть, что психологизм, всё же, одержал верх над примитивной расчлененкой. В мире триллеров ещё не всё потеряно.

[belkafoto.livejournal.com]

Но почему при всей важности и гениальности проекта 'Берлинский синдром' проигрывает многим другим подобным картинам для массового зрителя. А все потому что удивительно большой хронометраж отпугнёт любого рядового зрителя. Ровно два часа смотреть на взаимоотношения похитителя и жертвы выдержит не каждый искушённый зритель. Уверен, что режиссёр хотела из лучших побуждений более подробно раскрыть нам своих персонажей, детально указывая на все мелочи происходящих событий. Фильм действительно очень подробно переходит из одной фазы в другую, детально заостряя внимание на определенных моментах.

Сразу хочу отметить, что фильм снят очень красиво и грамотно. Отдельно выделю постельные сцены с обнаженкой, которые очень красочно и возбуждающе раскрывают всю красоту настоящей эротики. Игра света и художественная часть делает своё дело. Антураж квартиры, места заточения героини выбран очень удачно, приятно подчеркивая нужный колорит и атмосферу всего фильма целиком.