Вершки и корешки
Jun. 4th, 2022 08:58 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbeka/"каждый из тех, кто на передовой"/
((На передовой люди оказались в силу стечения обстоятельств.
Были (и есть?) срочники. Есть резервисты. У которых выбор: или военкомат или чемодан и пешее путешествие.
Уклониться, как понимаю, резервисты не могут.
Есть кадровые. За зряплату.
Есть идейные. Есть КРАТКОсрочники.
В Лугадонске, как известно, загребли всех, до кого смогли дотянуться.
Но есть еще резервы.
ОЧЕНЬ мало дам. И девиц на выдание.
И нащет "нацистов" проблемы.
Но проще верить в то, что они есть, чем в то, что с ними - непонятки.))
..............
"Но тем не менее наиболее упёртые-упоротые «борцы с российской агрессией» инстинктивно чуют: по другую сторону фронта им противостоит не государство РФ, не «российский империализм» и уж тем более не «путинская паранойя» — слабовато для конфликта такой интенсивности и с такими ставками. Есть что-то другое, что стоит за всем этим, но это что-то упорно избегает попыток себя дешифровать и заявить, маскируясь невнятицей российского официоза; но почему-то каждый из тех, кто на передовой, откуда-то чувствует, за что воюет на самом деле. И никакой сатьяграхи.
Убийство одними людьми других людей — это, в целом, для нормальной психики дело противоестественное. Война именно поэтому с древних времён обросла целым набором технологий подготовки сознания воюющих таким образом, чтобы это не воспринималось как что-то аморальное, а наоборот — как оправданное и героическое. Самая очевидная и наиболее часто используемая — это «расчеловечивание противника»: создать ему такой образ, что он вроде как и не заслуживает считаться частью человеческого рода; и тогда его можно, нужно и очень даже правильно убивать. Покойный К.Крылов, однако, замечал, что в русской культуре этот приём не очень-то действенен по ряду причин: у нас так всё устроено, что вроде как все люди и всех жалко, даже садиста и изувера всё равно будут жалеть (это правда, посмотрите хоть сейчас на реакцию публики на сдающихся азовцев). И поэтому у нас чаще и более эффективно применяется другой приём абстрагирования — через переописание самой войны: не то чтобы убиваемые — не люди, а скорее убийство на войне — не убийство, а просто «работа такая». Типа уборки урожая. Работайте, братья.
https://swamp-lynx.livejournal.com/727331.html
((На передовой люди оказались в силу стечения обстоятельств.
Были (и есть?) срочники. Есть резервисты. У которых выбор: или военкомат или чемодан и пешее путешествие.
Уклониться, как понимаю, резервисты не могут.
Есть кадровые. За зряплату.
Есть идейные. Есть КРАТКОсрочники.
В Лугадонске, как известно, загребли всех, до кого смогли дотянуться.
Но есть еще резервы.
ОЧЕНЬ мало дам. И девиц на выдание.
И нащет "нацистов" проблемы.
Но проще верить в то, что они есть, чем в то, что с ними - непонятки.))
..............
"Но тем не менее наиболее упёртые-упоротые «борцы с российской агрессией» инстинктивно чуют: по другую сторону фронта им противостоит не государство РФ, не «российский империализм» и уж тем более не «путинская паранойя» — слабовато для конфликта такой интенсивности и с такими ставками. Есть что-то другое, что стоит за всем этим, но это что-то упорно избегает попыток себя дешифровать и заявить, маскируясь невнятицей российского официоза; но почему-то каждый из тех, кто на передовой, откуда-то чувствует, за что воюет на самом деле. И никакой сатьяграхи.
Убийство одними людьми других людей — это, в целом, для нормальной психики дело противоестественное. Война именно поэтому с древних времён обросла целым набором технологий подготовки сознания воюющих таким образом, чтобы это не воспринималось как что-то аморальное, а наоборот — как оправданное и героическое. Самая очевидная и наиболее часто используемая — это «расчеловечивание противника»: создать ему такой образ, что он вроде как и не заслуживает считаться частью человеческого рода; и тогда его можно, нужно и очень даже правильно убивать. Покойный К.Крылов, однако, замечал, что в русской культуре этот приём не очень-то действенен по ряду причин: у нас так всё устроено, что вроде как все люди и всех жалко, даже садиста и изувера всё равно будут жалеть (это правда, посмотрите хоть сейчас на реакцию публики на сдающихся азовцев). И поэтому у нас чаще и более эффективно применяется другой приём абстрагирования — через переописание самой войны: не то чтобы убиваемые — не люди, а скорее убийство на войне — не убийство, а просто «работа такая». Типа уборки урожая. Работайте, братья.
https://swamp-lynx.livejournal.com/727331.html
