Беда и брак

[arbeka]

Беда и брак
((В комментах играют в ромашку: верю - не верю.))

"Не сразу и не вдруг, но стала Она другой. По-прежнему шутила на рынке с покупателями и веселила товарок во время перекуров.

Но на вопросы о семейной жизни не отвечала или отвечала уклончиво, пресекала все шутки. Если же подруги становились излишне навязчивыми, спрашивая об ученом муже, найденном почти что в капусте, сразу же торопилась на свое рабочее место. Вскоре от нее отстали. Насмехаться над женщиной, попавшей в беду, как считали многие на рынке, было как-то не по-человечески."

https://101.livejournal.com/11890493.html

Comments

[biakishev.livejournal.com]

Напомнило произведение Жоржа Сименона "Маленький человек из Архангельска", только у него никто не изменился и всё закончилось печально.


Он сказал ей, когда они говорили о женитьбе: «Я могу по крайней мере предложить вам спокойную жизнь». Так или похоже. Он говорил ей не о любви, не о счастье, а о спокойствии: он слишком скромен, чтобы воображать, будто может дать ей что-то другое. Она молода, крепка, а он на шестнадцать лет старше ее; он маленький букинист, пропыленный и одинокий, единственная страсть которого — марки.

Это было не совсем так. Такова была видимость, так думали люди. На самом деле в глубине души он жил сильной, богатой и разнообразной жизнью, жизнью всего Старого Рынка, всех кварталов, малейшие биения пульса которых были ему известны. Скрываясь за толстыми стеклами очков, придававшими ему безобидный вид, он, можно сказать, без ведома ближних похищал частички их жизни. Не это ли обнаружила Джина, войдя в его дом? Не потому ли она говорила о пороке и боялась Иону? Или негодовала, что он ее купил? О том, что он ее купил, знали и он, и она. Лучше всех знала Анджела, продавшая Джину; знал и Луиджи, не смевший протестовать из страха перед женой; знал и Фредо, которого это возмущало. Ее продали не за деньги; а за спокойствие. Иона прекрасно знал, что он первый употребил это слово — как приманку и искушение. С ним Джина приобрела маску респектабельности, все ее похождения оказались прикрыты. Она жила обеспеченно, и Анджела не дрожала больше перед перспективой увидеть дочь на панели.

Думали ли об этом соседи, приглашенные на свадьбу?

Искренни ли были их улыбки, поздравления, их удовлетворение — особенно в конце ужина? Не стыдились ли они этой сделки, скрепленной ими, так сказать, собственноручно? Аббат Гримо не осмелился отговаривать Иону в открытую. Он тоже, конечно, предпочитал, чтобы Джина вышла замуж.

"Маленький человек из Архангельска"

[belkafoto.livejournal.com]

Припомнился какой-то английский классик. В рассказе про французского сапожника (?), который копил деньги годами, чтобы вернуться из Англии на родину. Но умер его знакомый и вдова осталась с кучей детей. Он предложил жениться, понимая, что вернуться уже не сможет. Не Голсуорси ли?