пишу на голых ногах
Apr. 29th, 2021 04:36 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbeka16 июня. 1941 Сегодня последний экзамен — химия. Темный лес для меня. Шпаргалки пишу на голых ногах под юбкой. Авось «жаба» на «посредственно» не поскупится. И прощай, 3-я полтавская школа! Здравствуй, новая взрослая жизнь! Хорошая! Красивая, умная жизнь! Другой мне не надо! Будет так, как я хочу! Это точно!
..........
20 июня. Сегодня выпускной вечер. Надену первое в жизни новое платье, сшитое из материала кораллового цвета, шелковое. Всегда носила перешитые из маминых или купленные на толкучке. А сегодня — новое платье, новые туфли!
.............
2 июля. В бывшей школе много раненых. Уже не школа, а эвакогоспиталь. Каждое утро иду туда, работаю. Ношу из кухни тяжеленные эмалированные ведра с борщом на второй этаж. Очень трудно, еда выплескивается на пол. За это не хвалят. Стараюсь делать все хорошо. Не привыкла я, мамина дочка, к трудностям, а они пришли не спросясь.
...........
1 сентября. Мама и я уезжаем из Полтавы. Папа работает в пекарне, его не отпускают. Оказывается, мама всю жизнь копила деньги на мое приданое. Ха-ха! «Эваколисты» съели мои будущие подушки и перины (еще одно ха-ха!). Шутка сказать — мама заплатила за «эваколисты» 16 тысяч рублей!! Прощаюсь с подругами. Муза Шулецкая не уезжает, а у нее мама — еврейка, а папа — эстонец. Папа — главный кассир в банке. Еще остаются неевреи, уверенные, что их не тронут немцы. И так разделился наш школьный мир на евреев и остальных. Об этом никогда раньше не думала...
.............
6 сентября. Меня и маму определили в товарный вагон, мы заняли свободные нары. Поехали. Ехали долго. Стояли долго. Снова ехали. И пришла к нам первая «приметность» (мое слово) войны в виде вшей. Они щедро обсыпали меня с головы до ног. Видно, по вкусу пришелся им вскормленный мамой «продукт питания». Переоделась в чистую одежду — их еще больше, жрут меня нещадно.
...............
25 октября. Что называется — приехали! Сибирь! Снег белый-белый, мороз крепкий-крепкий. Нас привезли в эвакопункт — это большая комната, широкие скамейки. Кое-как устроились вдвоем на скамье. Спать не хочется, горит свет, шумят люди. Вдруг вбежала девчонка моих лет. Следом — ее родители, плачут. Глаза у девушки, что два раскаленных угля, пальтишко распахнуто, волосы в снегу. Она села на нашу скамью, что-то говорила, потом вскочила на скамью, размахивала руками, кричала о «милом», который здесь, рядом, он любит ее, никто их не разлучит. Оказалось, парень погиб на фронте в первые дни войны. Девочка с горя потеряла рассудок. Очень меня потрясла эта сцена. Девчонка умчалась в ночь. А мне было страшно в первый раз после начала войны.
https://prozhito.org/notes?diaries=%5B2194%5D
..........
20 июня. Сегодня выпускной вечер. Надену первое в жизни новое платье, сшитое из материала кораллового цвета, шелковое. Всегда носила перешитые из маминых или купленные на толкучке. А сегодня — новое платье, новые туфли!
.............
2 июля. В бывшей школе много раненых. Уже не школа, а эвакогоспиталь. Каждое утро иду туда, работаю. Ношу из кухни тяжеленные эмалированные ведра с борщом на второй этаж. Очень трудно, еда выплескивается на пол. За это не хвалят. Стараюсь делать все хорошо. Не привыкла я, мамина дочка, к трудностям, а они пришли не спросясь.
...........
1 сентября. Мама и я уезжаем из Полтавы. Папа работает в пекарне, его не отпускают. Оказывается, мама всю жизнь копила деньги на мое приданое. Ха-ха! «Эваколисты» съели мои будущие подушки и перины (еще одно ха-ха!). Шутка сказать — мама заплатила за «эваколисты» 16 тысяч рублей!! Прощаюсь с подругами. Муза Шулецкая не уезжает, а у нее мама — еврейка, а папа — эстонец. Папа — главный кассир в банке. Еще остаются неевреи, уверенные, что их не тронут немцы. И так разделился наш школьный мир на евреев и остальных. Об этом никогда раньше не думала...
.............
6 сентября. Меня и маму определили в товарный вагон, мы заняли свободные нары. Поехали. Ехали долго. Стояли долго. Снова ехали. И пришла к нам первая «приметность» (мое слово) войны в виде вшей. Они щедро обсыпали меня с головы до ног. Видно, по вкусу пришелся им вскормленный мамой «продукт питания». Переоделась в чистую одежду — их еще больше, жрут меня нещадно.
...............
25 октября. Что называется — приехали! Сибирь! Снег белый-белый, мороз крепкий-крепкий. Нас привезли в эвакопункт — это большая комната, широкие скамейки. Кое-как устроились вдвоем на скамье. Спать не хочется, горит свет, шумят люди. Вдруг вбежала девчонка моих лет. Следом — ее родители, плачут. Глаза у девушки, что два раскаленных угля, пальтишко распахнуто, волосы в снегу. Она села на нашу скамью, что-то говорила, потом вскочила на скамью, размахивала руками, кричала о «милом», который здесь, рядом, он любит ее, никто их не разлучит. Оказалось, парень погиб на фронте в первые дни войны. Девочка с горя потеряла рассудок. Очень меня потрясла эта сцена. Девчонка умчалась в ночь. А мне было страшно в первый раз после начала войны.
https://prozhito.org/notes?diaries=%5B2194%5D
