все отдал за хорошую порцию

[arbeka]

(из архивов)

"Однако мой папик меня восхищает!

Правда, утром в среду, когда я зашла к нему и спросила: "Папа, тебе что-нибудь нужно?" - он ответил: "Знаешь, я бы сейчас все отдал за хорошую порцию цианистого калия!" Зато к вечеру уже вовсю болтал по телефону и довольно-таки беззаботным тоном сообщал кому-то: "Да так, небольшой инсультик... Слегка парализовало на левую сторону..." Таким тоном, каким говорят: "Да так, небольшой насморк, ничего серьезного..."

Сегодня утром он уже вызвал к себе своего работодателя, чтобы обсудить, как они вместе будут работать над книгой, которую он пишет. Блин... вы понимаете, что держит людей на этой Земле?
Я в самом деле начинаю думать, что нам еще повезло, и могло быть хуже... Он может разговаривать, может двигаться (хоть и не может пока вставать), у него ясная голова... Так ли уж много надо порой, чтобы сказать: "Елы-палы, а ведь мне везет!"???
Я понимаю, на самом деле это не так уж весело - скорей дико. Однако в этом есть большая доля горькой и страшной правды жизни... Перед глазами все еще стоят моменты юбилея, который мой отец отмечал в августе. Помню, как к нему подходили всякие бабы, которых я даже не знаю, смотрели на него влюбленными глазами и дарили букеты роз... Этим я тоже горжусь, хоть в детстве пролила из-за этого немало слез: моему отцу 70 лет, и в него до сих пор влюбляются женщины!

https://belka-me.livejournal.com/6019.html

Comments

[lj-frank-bot.livejournal.com]

Здравствуйте!
Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категории: Общество (https://www.livejournal.com/category/obschestvo?utm_source=frank_comment).
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.

[belkafoto.livejournal.com]

"ЯНА
Рассказав о Гумай, тут же невольно вспоминаю Яну.
Ее появление в больнице произошло на моих глазах и было довольно бурным. В одиннадцатом часу вечера, когда я носила на руках по коридору Машку, пытаясь убаюкать, в дальнем конце отделения, у раздевалки, раздался жуткий вопль. С Машки сразу весь сон слетел, она вся затрепыхалась и рванулась на этот крик. Я подошла поближе и увидела двухлетнюю девочку, в истерике извивающуюся в руках медсестры и врача, которые вдвоем тщетно пытались стянуть с нее сапоги. «МАМУ!!!!! – орал ребенок. - Маму хочу!!!! Где мама?!!» «Успокойся, - добрым голосом убеждала ее дежурная. – Мама за вещами поехала. Мама сейчас вернется» «ААААА!!!!!! – продолжала голосить девчонка. – ПУСТИТЕ!!!!! АААА!!! МАМУ!!!!» Сапоги с нее кое-как стащили, и она тут же начала швыряться этими сапогами в своих благодетелей, отчаянно колотить их кулачками куда придется, не переставая истошно вопить и захлебываясь слезами…
Понаблюдав за этой сценой несколько минут, я спросила у дежурной медсестры: «А правда, где мама-то?» «Да оставили ее, - спокойно, тихим голосом ответила она. – Привезли да и оставили. Их отец откуда-то с Алтая привез и бросил. На квартире жили. А теперь вот с квартиры выгнали, жить негде. Вот ее мать сюда и привезла. Сама теперь по вокзалам будет, а ребенка некуда девать…» Вот так вот просто…
Тем временем все еще истерично орущую Яну усадили за стол, налили чаю, положили в казенную эмалированную миску оставшуюся от ужина запеканку с вареньем. «Поешь, - уговаривала ее медсестра. – Ты поешь, а там и мама приедет!» «Не хочу! – продолжала вопить Яна. – Не буду! Где мама?! Хочу к маме!!! Аааааа!..» В конце концов в нее чуть ли не насильно влили полстакана остывшего чая, сунули в руки раскрошившуюся печенюшку и увели в ординаторскую смотреть телевизор, «пока мама не вернется», поговаривая вполголоса между собой, что надо бы ей димедрола дать, что ли, чтобы хоть уснула…
И прошла ночь, и наступил новый день. Утром за завтраком я застала ту же картину: истерично орущую Яну и двух медсестер, ласково уговаривающих ее поесть, «а там и мама приедет, сегодня обязательно приедет!» В обед истеричные крики из столовой возвестили о том, что Яна все еще здесь. И за ужином было то же самое…
Ребенок непрерывно голосил два дня. Ласковые интонации в голосах всех медсестер и врачей иссякли – характер у Яны оказался дай Боже! Медперсонал уже не смотрел сочувственно на сиротку: теперь им эта Яна была уже просто лишняя головная боль. Но девать ее было некуда, и приходилось с неизменной убежденностью в голосе изо дня в день повторять одно и то же: «Сегодня мама не смогла, но завтра обязательно приедет! А ты поешь, поешь…»
Яна уже больше не вопила – она деловито колупала ложкой кашу в тарелке, принимала как должное всякие яблоки-йогруты-печенюшки, которые ей подсовывали сочувствующие мамаши вроде меня, но время от времени ложка замирала в ее руке – она останавливалась и как будто чего-то ждала… Ах да, ей ведь было обещано: «Вот доешь сейчас кашу – и мама приедет!»
Интересно, сколько времени нужно двухлетнему человечку, чтобы осознать, что его предали?..
Несколько дней спустя я спросила у одной из медсестер, что теперь будет с этой девочкой. «Отдадим в фонд помощи детям, - ответила она. – Мать сказала, что через полгода заберет ее, когда устроится маленько с жильем и с работой. Может, и правда заберет…» Наивная Белка поверила, что так и будет, и немножко успокоилась. Но 8-12-летние девочки, с которыми мы обсуждали будущее брошенной Яны, оказались настроены куда более пессимистично. Все как одна грустно качали головами и безжалостно говорили: «Да не вернется мама за ней никогда. Если сразу не вернулась – через полгода точно не вернется…»
А вы как думаете, друзья?
Мы с Машкой пролежали в больнице две недели и выписались. Яна осталась…