Разоренный рынок

[arbeka]

(из комментов)

((Красиво сказано, однако уязвимо для критики. Логически вытекает:
это не я безмузыкальный, это Чайковский переворачивается в гробу, видя мое к нему спокойствие.
Это не я толстокожий, это Достоевский нервно курит в сторонке, огорченный моим равнодушием к Сонечке М.))
......................
"Ну и наконец, на мой взгляд, наше время становится главной "валютой", которой мы торгуем. Если я не смотрю "сериалы" (условно, подставьте любое), потому что у меня нет на них времени и потребности их смотреть, то это не я проиграла в своем развитии, это рынок развлечений не получил еще одного потребителя."

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

Под Рождество я решил познакомить герра Шульмана со своими родителями. Он тут же выложил им историю с принятым мной сообщением, мол, ваш сын уберег от крушения лейпцигский скорый, и так далее. У моих родителей глаза на лоб полезли — я ведь ни словом не обмолвился об этом случае. Они недоумевали, почему я им об этом ничего не рассказал. А я и сам недоумевал — действительно — почему? После этого мать рассказала всем своим знакомым, мол, какой у нее умный сын. А когда настало Рождество, я получил в подарок небольшой радиоприемник. Не один месяц потом мне пришлось просидеть в библиотеке, где я перебрал все книжки по радиотехнике, я горел желанием выяснить, как же все-таки работает мой рождественский подарок. Потом я вскрыл корпус, вставил туда кое-какие детальки. В результате аппарат стал ловить даже отдаленные радиостанции, например Польшу. Мать, конечно же, растрезвонила об этом по всей округе, и мне даже стали приносить испортившиеся приемники на ремонт. На вырученные деньги я приобретал аппараты более совершенных конструкций.

К тому времени Гитлер уже пришел к власти, и я имел возможность слушать его выступления в эфире. Следующие несколько лет я посвятил изучению языков — брал учебники иностранных языков и задалбливал наизусть целые фразы. Мало-помалу я стал понимать радиопередачи из Франции, Чехословакии, Польши. Когда мне исполнилось 14 лет, я по настоянию отца стал членом «гитлерюгенда», а еще два года спустя поступил в военное училище радиосвязи в Потсдаме.