стрип-покер

[arbeka]

"Шанхай очень своеобразен и неповторим, и именно это шокировало европейского или американского туриста. Отсутствие законов и правил, принятых у «себя дома», заставляло думать, что Шанхай гнездо пороков, скопище таинственных опиекурилен. Это не так. На территории международного сеттльмента было сколько угодно публичных домов (думаю, не больше, чем в Париже, Нью-Йорке или в Лондоне), но не было стриптиза. Не потому, что стриптиз считали аморальным, а потому, что это - американское изобретение, сеттльмент же был практически английской колонией, а у англичан в те годы стриптиз еще не вошел в быт. Зато в частных домах играли в стрип-покер с полным раздеванием, но это никого не касалось.

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

"Родившись в Китае и прожив в нем сорок лет (из них двадцать - в Шанхае), о существовании китайской компартии я узнал только весной 1945 года, перед самым окончанием войны. Метод замалчивания - тоже эффективный метод борьбы с врагом.

[belkafoto.livejournal.com]

В дневнике у меня есть запись от 12 августа 1945 года: «—10-го августа ночью шанхайцы узнали о капитуляции Японии. Русская колония буквально сошла с ума. Не обошлось, конечно, и без хулиганства. Группа энтузиастов раздела догола японского жандарма».

[belkafoto.livejournal.com]

в связи с историей, которая произошла между доктором Рансоном и хирургической сестрой Армии Спасения. Дело было так. Рансона вызвали осмотреть гинекологическую больную. Рансон прошел в процедурную, больную положили на гинекологическое кресло, и он попросил у сестры гинекологическое зеркало. «Очень хорошо, доктор», - сказала сестра, подошла к шкафу с инструментами, вынула зеркало и исчезла. Рансон ждал полчаса. Наконец, сестра появилась. Рансон был весьма раздражен: «Где вы пропадали, сестра?» - спросил он. - «Я кипятила зеркало». - «А разве вы не кипятите его после употребления, прежде чем положить в медицинский шкаф», - поинтересовался Рансон. -«Обязательно, доктор. Сперва тщательно мою его с мылом, потом кипячу». - «Так зачем же вы делаете это второй раз?» - удивился Рансон. Сестра объяснила: «Я всегда кипячу зеркало еще раз перед употреблением». Рансон сказал: «Ну знаете, сестра, если все, что вводится во влагалище, перед употреблением кипятить, то брачная жизнь вообще станет невозможной». Больше его в Армию Спасения на консультации не приглашали.

На заре к Люсе

[belkafoto.livejournal.com]

У нашего университета был гордый девиз: «Per Auroram ad Lucem» (Через зарю к свету), имевший и второй смысл, явно католи-

ческий: «Через «Аврору» к свету». Неблагочестивые русские студенты придумали и третий перевод девиза университета на русский язык: «На заре к Люсе».

[belkafoto.livejournal.com]

Симмонс дал мне почитать очень популярный тогда эротический роман «Амбер навеки», который показался мне настолько скучным, что я даже не запомнил фамилию автора. После «Дневника мисс Фанни Хилл» Джона Клиланда, «Гамиани» Альфреда де Мюссэ и романа Лоренса «Любовник леди Чаттерли» это был детский лепет. Западная литература только начинала идти от эротики к порнографии и намного позже подарила читателям такие перлы, как «Тропик рака» Генри Миллера и «Авантюристы» Гарольда Роббинса. (Кстати, один советский профессор купил в Женеве «Тропик рака», полагая, что это книга по онкологии).

[belkafoto.livejournal.com]

При сравнении романа «Бремя страстей человеческих» и рассказа «Его превосходительство» у врача невольно возникает мысль, что в обоих случаях мы имеем дело с обычной алоголагнией - жаждой страданий, которая бывает пассивного (мазохизм) или активного (садизм) характера.

[belkafoto.livejournal.com]

На Цейлоне каждая крупная чайная фирма содержит красивый легкий домик с большой верандой, на которой проезжающие иностранцы могут отдохнуть, выпить свежезаваренный чай, собранный на плантации, - вот здесь действительно все бесплатно, - и расписаться в книге гостей. После чая нам принесли книгу. Я начал было расписываться, но Дьюи выхватил у меня ручку и написал: Гарри Трумэн и Вячеслав Молотов. Тогда это были самые известные политические фигуры, а кто в горах Цейлона будет проверять, пили они чай на этой плантации или нет!

[belkafoto.livejournal.com]

Из моего окна хорошо виден замок Холируд, в котором жила королева Мария Стюарт и ее любовник, итальянец Риччио. Правда, наш писатель Е.Б. Черняк в своей книге «Секретная дипломатия Великобритании» пишет, что это не доказано. Интересно, какие еще нужны доказательства, если доподлинно известно, что ночью Риччио был в спальне Марии Стюарт и шотландские лорды закололи его у изголовья постели королевы? Что же он делал ночью в спальне королевы? По мнению Черняка, очевидно, доклад о международном положении.

кличка - Прокопьевич

[belkafoto.livejournal.com]

Полиция в Эдинбурге небольшая. Меня направили в отдел, который назывался «Иностранцы и опасные лекарства», где я получил удостоверение личности. Поскольку в Советском генеральном консульстве в Шанхае умудрились перепутать мое отчество: «Прокопьевич» заменили на «Прокофьевич», я решил в Эдинбурге это поправить и указал в анкете «Прокопьевич». Но полиция всегда придерживается официальных документов, и мне в удостоверении написали «Виктор Прокофьевич, кличка - Прокопьевич», как обычно пишут бандитам.

[belkafoto.livejournal.com]

В университете был анатомический музей, и я как-то зашел туда. Рассматривая книгу посетителей, я увидел, что в 1896 году там расписался некий Г. Гирш, лейб-медик российского императора, в июле 1942 года - Колесников и Лариксов, которые после подписи пометили: «Москва, СССР», и в 1943 году - Андрей Михельсон, русский корреспондент. За пятьдесят лет пять человек. А на момент моего пребывания в городе было всего два советских гражданина - Анна Симеонова и я. Симеонова - уже пожилая дама, ее адрес мне дали в нашем посольстве в Лондоне. Я был у нее один раз, вдоволь наговорился по-русски, но больше не заглядывал.

[belkafoto.livejournal.com]

Англичане были со мной подчеркнуто любезны, но держались сухо. Влияло, видимо то, что в самом разгаре тогда был берлинский инцидент и все газеты писали о героических летчиках США, которые каждый день возили на самолетах уголь для замерзающих западных берлинцев, так как «нехорошие русские» не пропускали через восточную зону поезда. Иногда холодное отношение я встречал и со стороны тех людей, к которым имел рекомендательные письма. Так, у меня было письмо от Баллинголла к его племяннице, которая жила в Эдинбурге. Когда я пришел к ней с визитом, эта очень красивая молодая женщина, узнав, что я советский гражданин, приняла меня не просто сухо, а даже неприязненно (я думал, она вообще спустит меня с лестницы). Через четверть часа я, откланявшись, ушел, но решил ей отомстить. В день моего отъезда из Эдинбурга я зашел в цветочный магазин, купил большую корзину роз и отослал ей с моей визитной карточкой, на которой написал: «Уезжаю сегодня в Шанхай. Хочу поблагодарить вас за гостеприимство». Часа четыре спустя от нее пришла телеграмма: «Дорогой доктор, сожалею миллион раз, не оценила вашего визита». Месть женщине всегда приятна.