над ним нежные спайки
Apr. 16th, 2019 09:34 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbeka"Чего только не бывает в нашей экспертной практике.
В начале 1997 г. в Отдел сложных экспертиз БСМЭ из Транспортной прокуратуры поступил материал проверки по заявлению гр-ки Г. Она в октябре 1996 г. попросила врача-гинеколога Узловой железнодорожной больницы (потому и Транспортная прокуратура) сделать ей «косметическую» операцию — коррекцию малых половых губ, т. е. уменьшить их — убрать, по ее мнению, «лишнее».
Ничего особенно в этом нет, каждая женщина, по-моему, может распоряжаться своими половыми губами по своему усмотрению. Загвоздка была в том, что все это делалось в частном порядке, без всякой регистрации и оформления. Клиентка просто отдала деньги (по ее словам, большие) врачу из рук в руки. Это уже нехорошо. В своем заявлении в Транспортную прокуратуру Г. написала, что операцию ей делали амбулаторно, под каким-то «наркозом», от которого она чуть не умерла. И главное, гинеколог увлекся и вместе с малыми половыми губами удалил ей клитор. Гр-ка Г. требовала в своем заявлении привлечь врача-гинеколога к «суровой уголовной ответственности».
----------------------
"Все специалисты отмечали, что реконструктивная (восстановительная) операция не показана.
«Медицинская документация» была, во-первых, недостаточна и, во-вторых, противоречива. Для ответа на вопросы следователя: «Есть ли следы вмешательства в области наружных половых органов гр-ки Г., в чем они выражаются и повлекли ли они вред здоровью?» требовался повторный осмотр потерпевшей с участием специалиста-гинеколога.
Через следователя я пригласил «потерпевшую» на прием. В один прекрасный день в начале апреля 1997 г. ко мне в кабинет явилась целая компания — семья Г. в полном составе: папа, мама и две сестры. Клянусь, я до сих пор помню их. Все они были одного калибра — невысокие, плотненькие, белобрысенькие. Папа был типичный «чекист на пенсии», мама — «старый опытный педагог». Две сестренки (близнецы) около 30 лет были похожи друг на друга, как две копейки, даже одеты совершенно одинаково. До сих пор не знаю, которая из них которая (т. е. потерпевшая). В один, точнее, в четыре голоса с порога они заявили, что мне не доверяют и будут на меня жаловаться.
Я понедоумевал: за что бы это? И услышал, что «все врачи вообще сволочи, гады, заслуживают, как минимум, расстрела, и вообще — ворон ворону глаз не выклюет».
В начале 1997 г. в Отдел сложных экспертиз БСМЭ из Транспортной прокуратуры поступил материал проверки по заявлению гр-ки Г. Она в октябре 1996 г. попросила врача-гинеколога Узловой железнодорожной больницы (потому и Транспортная прокуратура) сделать ей «косметическую» операцию — коррекцию малых половых губ, т. е. уменьшить их — убрать, по ее мнению, «лишнее».
Ничего особенно в этом нет, каждая женщина, по-моему, может распоряжаться своими половыми губами по своему усмотрению. Загвоздка была в том, что все это делалось в частном порядке, без всякой регистрации и оформления. Клиентка просто отдала деньги (по ее словам, большие) врачу из рук в руки. Это уже нехорошо. В своем заявлении в Транспортную прокуратуру Г. написала, что операцию ей делали амбулаторно, под каким-то «наркозом», от которого она чуть не умерла. И главное, гинеколог увлекся и вместе с малыми половыми губами удалил ей клитор. Гр-ка Г. требовала в своем заявлении привлечь врача-гинеколога к «суровой уголовной ответственности».
----------------------
"Все специалисты отмечали, что реконструктивная (восстановительная) операция не показана.
«Медицинская документация» была, во-первых, недостаточна и, во-вторых, противоречива. Для ответа на вопросы следователя: «Есть ли следы вмешательства в области наружных половых органов гр-ки Г., в чем они выражаются и повлекли ли они вред здоровью?» требовался повторный осмотр потерпевшей с участием специалиста-гинеколога.
Через следователя я пригласил «потерпевшую» на прием. В один прекрасный день в начале апреля 1997 г. ко мне в кабинет явилась целая компания — семья Г. в полном составе: папа, мама и две сестры. Клянусь, я до сих пор помню их. Все они были одного калибра — невысокие, плотненькие, белобрысенькие. Папа был типичный «чекист на пенсии», мама — «старый опытный педагог». Две сестренки (близнецы) около 30 лет были похожи друг на друга, как две копейки, даже одеты совершенно одинаково. До сих пор не знаю, которая из них которая (т. е. потерпевшая). В один, точнее, в четыре голоса с порога они заявили, что мне не доверяют и будут на меня жаловаться.
Я понедоумевал: за что бы это? И услышал, что «все врачи вообще сволочи, гады, заслуживают, как минимум, расстрела, и вообще — ворон ворону глаз не выклюет».
