В знак протеста

[arbeka]

Карийская трагедия

Читаю, перечитываю, и берут меня легкие сомнения.
Вот так, в обывательском понимании, вся эта трагедия напоминает детские перепалки типа "сам дурак".
А после немецких концлагерей и нашего Гулага, воспринимается это как-то...

Наверное, сложился стереотип, что в тюрьме с человеком могут сделать ВСЕ.
А вот сознание каторжников-революционеров наотрез отказывалось признавать такое бытие.
...........
Бедная Лиза (Елизаве́та Никола́евна Кова́льская (урождённая Солнцева, по второму мужу Маньковская) (17 (29) июня 1851(?)—1943) не пожелала приподнять тело пред генерал-губернатором А. Н. Корфом.
И заполучила одиночку.
Резвая Надя (Наде́жда Константи́новна Малаксиа́но (в замужестве Сиги́да) попыталась ударить коменданта.
За что заполучила 100 ударов розгами.
Народ начал травиться, причем, дамы успешнее мужиков.
...........................
Причем, кончилось все хорошо. Была (правительством, естественно) закрыта тюрьма, а потом и каторга.
А Лиза, с которой все началось, успела скататься в Париж, порадоваться сов. власти и спокойно умереть в эвакуации.
.....................
Карийская трагедия — массовое самоубийство политических заключённых на Карийской каторге в ночь с 7 на 8 ноября 1889 года в знак протеста против грубого обращения с заключёнными.

Comments

полагалось подавать в отставку

[belkafoto.livejournal.com]

Наде́жда Константи́новна Малаксиа́но (в замужестве Сиги́да; 1862, Таганрог — 8 ноября 1889, Карийская каторга, Нерчинский горный округ, Восточная Сибирь)

На Карийской каторге 31 августа 1889 года, пытаясь облегчить участь женщин-политзаключенных и оградить их от жестокости и произвола со стороны коменданта каторги В. Масюкова, Надежда Константиновна дала ему пощёчину. Согласно традициям того времени, офицеру, публично получившему пощёчину от женщины, полагалось подавать в отставку. Однако ничего подобного не последовало. За свой поступок Надежда Малаксиано (Сигида) была подвергнута жестокому телесному наказанию — ста ударам розгами.

После экзекуции, протестуя против жестокого обращения с политзаключёнными, Надежда Константиновна покончила с собой, приняв яд (большую дозу опия).

политическая тюрьма Карийской каторги была ликвидиро

[belkafoto.livejournal.com]

После Карийской трагедии политическая тюрьма Карийской каторги была ликвидирована, политические заключённые были переведены в другие тюрьмы. С 1890 года на Карийских золотых приисках остались работать уголовники и вольнонаёмные. Спустя восемь лет Карийскую каторгу закрыли.

бывшей богадельни имени Степана и Анны

[belkafoto.livejournal.com]

Участвовала в нескольких голодовках, побегах, находилась в одиночном заключении, сидела в карцере. После 3-го неудачного побега в 1890 году была отправлена в Горный Зерентуй.

В 1891 году пожизненная каторга была заменена 20-летней. В сентябре 1892 года освобождена на жительство вне тюрьмы и переведена в Кадаю, затем в Зерентуй. Получила разрешение ездить в Нерчинский Завод, обучать учеников переплетному ремеслу. В Нерчинском заводе организовала бесплатную публичную библиотеку. Распространяла нелегальную литературу, вела пропаганду. Бесплатно работала сестрой милосердия в волостном приемном покое.

С каторги освобождена в 1901 году с поселением в Якутской области. По состоянию здоровья некоторое время проживала в Верхнеудинске.

Выйдя замуж за австрийского подданного Мечислава Маньковского, была вместе с ним (как иностранная подданная) выслана из России в Австрию в 1903 году, без права въезда в Россию. Из Австрии переехала жить в Швейцарию, где в 1904 году вступила в партию эсеров. В 1907 году эсерка Татьяна Леонтьева убила выстрелом из револьвера французского гражданина Мюллера, указанного ей кем-то, как русского министра Дурново П. Н. Швейцарские власти обвинили Е. Н. Ковальскую в организации данного террористического акта. Ковальская бежала во Францию, но через два месяца была арестована в Париже международной полицией. Однако к тому времени выяснилась непричастность Ковальской к делу Леонтьевой и она была освобождена.

В 1909 году издавала с группой максималистов в Париже журнал «Трудовая Республика». В конце 1917 года вернулась в Россию.

С 1923 года жила в Московском Доме ветеранов революции имени Ильича, находившемся в здании бывшей богадельни имени Степана и Анны Тарасовых (Шаболовка, 4, ныне Пенсионный фонд РФ).