способностей не имел
Aug. 6th, 2025 05:30 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaК блату способностей не имел
"Здесь как раз к месту сказать о личности Владимира Яковлевича, о его нравственном облике (как он отпечатался у многих из нас), о его поведенческом кодексе.
Полное отсутствие суетности, каких бы то ни было карьерных соображений, заботы о приоритетах, намеков на самоутверждение. Ученую степень доктора и звание профессора он получил как бы походя, не прилагая к этому никаких стараний. В повседневной жизни был предельно скромен, совершенно не умел и не желал пользоваться своей известностью и своим положением, начисто был неспособен прибегать к так называемым связям и «блату». Все годы нашего общения помню его в стареньком пальто и поношенной шапке, но — в хороших костюмах (профессорская привычка!). Ни тени высокомерия, ни намека на желание покрасоваться на кафедре и в жизни перед студентами или коллегами, начинающими учеными... Ничего показного. Простота, доступность, высшая интеллигентность. Образованность высокого филологического класса, никогда без нужды не проявлявшаяся. Строгая сдержанность: редко-редко открывал он перед другими свое внутреннее состояние, настроение. Помню, был я потрясен строчкой из его письма, незадолго до кончины; он объяснил, почему не поедет со мной в Петрозаводск на конференцию: он болен, и сердце его «больше трепещет, чем бьется».
Б. Н. Путилов. Перечитывая и передумывая Проппа[346]
Статья была написана к 100-летию со дня рождения В. Я. Проппа. Опубликована в журнале «Живая старина», № 3 (7), 1995. С. 2–6. Переиздается с небольшими сокращениями.
"Здесь как раз к месту сказать о личности Владимира Яковлевича, о его нравственном облике (как он отпечатался у многих из нас), о его поведенческом кодексе.
Полное отсутствие суетности, каких бы то ни было карьерных соображений, заботы о приоритетах, намеков на самоутверждение. Ученую степень доктора и звание профессора он получил как бы походя, не прилагая к этому никаких стараний. В повседневной жизни был предельно скромен, совершенно не умел и не желал пользоваться своей известностью и своим положением, начисто был неспособен прибегать к так называемым связям и «блату». Все годы нашего общения помню его в стареньком пальто и поношенной шапке, но — в хороших костюмах (профессорская привычка!). Ни тени высокомерия, ни намека на желание покрасоваться на кафедре и в жизни перед студентами или коллегами, начинающими учеными... Ничего показного. Простота, доступность, высшая интеллигентность. Образованность высокого филологического класса, никогда без нужды не проявлявшаяся. Строгая сдержанность: редко-редко открывал он перед другими свое внутреннее состояние, настроение. Помню, был я потрясен строчкой из его письма, незадолго до кончины; он объяснил, почему не поедет со мной в Петрозаводск на конференцию: он болен, и сердце его «больше трепещет, чем бьется».
Б. Н. Путилов. Перечитывая и передумывая Проппа[346]
Статья была написана к 100-летию со дня рождения В. Я. Проппа. Опубликована в журнале «Живая старина», № 3 (7), 1995. С. 2–6. Переиздается с небольшими сокращениями.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
в глубине души он — писатель
Date: 2025-08-06 03:31 am (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 03:35 am (UTC)Может быть, в наиболее обнаженной форме тенденция к социологическому истолкованию сказки проявилась в одной из статей 30-х годов[354]. Здесь происхождение и эволюция мотивов захоронения костей и вырастания дерева на могиле увязывается не просто с данными исторической этнографии, но и — с необычной для В. Я. Проппа прямолинейностью — со ступенями (стадиями) развития общества (понимаемыми в марксистском духе) — от доклассового состояния (с переходом от охоты к земледелию) к рабовладельческому строю и затем к феодальной и капиталистической формациям. В этой статье немало пассажей, режущих сегодня наш слух, и неслучайно, готовя сборник работ ученого, я воздержался от ее включения. Следы марксистского социологизирования нет-нет да и мелькнут на отдельных страницах статей и книг В. Я. Проппа. Они свидетельствуют о той опасности, какая могла не миновать В. Я. Проппа, как не миновала она многих и многих его современников, ставших пленниками и послушными последователями марксистских догм. В. Я. Пропп сумел избежать ее, остановившись на грани добросовестного и вовсе недогматического приложения некоторых идей, преимущественно в изложении Энгельса, к своим исследованиям. Более того, по существу он в своих исследованиях пошел путями, уводившими его от вполне марксистского понимания и истолкования фольклора как феномена духовной культуры. В этом своем движении В. Я. Пропп опирался на опыт мировой и отечественной науки, свободно обращаясь к трудам представителей различных, так называемых буржуазных, школ. Он обладал завидной способностью искать и находить в них нечто рациональное для себя — и не только в интерпретации конкретных фактов, но и в области теории, хотя во многих случаях решительно, подчас резко критиковал их именно по линии методологии и теории — отнюдь не в угоду конъюнктуре, но исходя из собственных позиций, как это было, например, в отношении «исторической школы», в оценках которой он был непримирим.
охотно и заразительно смеялся
Date: 2025-08-06 03:36 am (UTC)кроме господствующего
Date: 2025-08-06 03:38 am (UTC)над вымыслом слезами обольюсь
Date: 2025-08-06 03:40 am (UTC)советский слон
Date: 2025-08-06 03:42 am (UTC)Бори́с Никола́евич Пути́лов
Date: 2025-08-06 03:48 am (UTC)Место рождения
Солдатская, Моздокский отдел, Терская область, РСФСР
Евге́ния О́скаровна Пути́лова
Date: 2025-08-06 03:50 am (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 03:52 am (UTC)Где-то в году 1933–1934 мой старший брат Борис Костелянец, ныне театровед и литературовед, тогда студент филологического факультета Ленинградского университета, спросил у другого брата, Семена Костелянца (он погиб в первый год Великой Отечественной войны), поступившего на философский факультет, какие занятия на их факультете самые интересные. В ответ он услышал: «По немецкому языку». Борис был озадачен этим ответом и через некоторое время, когда они вместе возвращались домой, повторил свой вопрос. И опять услышал: «Занятия по немецкому языку, их ведет Владимир Яковлевич Пропп». Имя и фамилия преподавателя ничего не сказали студенту филфака.
Эту байку брат рассказал мне в шестидесятые годы, когда он уже хорошо знал, кто такой В. Я. Пропп, и слышал, что он бывает у нас.
Незадолго до смерти Владимира Яковлевича у него в гостях я рассказала эту давнюю историю. Он заинтересовался, немного подумал, а потом спросил, не могу ли я назвать кого-нибудь еще из той группы. Я вспомнила имя Виктора Штофа, и Владимир Яковлевич сразу оживился и даже засмеялся: «Как же, я вспомнил. Это была удивительная, необычайно сильная группа. И мы на наших занятиях немецкого языка стали читать в подлинниках немецких философов. Естественно, не просто читали, но и разбирали, думали, спорили». Еще раз с удовольствием засмеялся и добавил: «Пожалуй, в словах вашего брата — а я и его вспомнил, большой спорщик был — заключалась некоторая истина: вряд ли на других специальных занятиях студенты этой группы получали для себя такую философию».
право на письменный стол
Date: 2025-08-06 03:53 am (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 03:57 am (UTC)Так случилось, что Владимир Яковлевич несколько раз слушал нашу дочь Полину, занимавшуюся тогда в училище при консерватории. Однажды они долго обсуждали какие-то нюансы в тридцать первой сонате Бетховена, и разговор его с шестнадцатилетней девочкой шел как бы на равных: Полина пользовалась его особым расположением.
И вдруг он узнал, что она поступила не в консерваторию, а в театральный институт. Владимир Яковлевич не просто огорчился, но явно рассердился. Мои объяснения, что при подготовке программы для консерватории дефекты ее руки, уже и на уровне училища ограничивавшие ее репертуар, обнаружились еще сильнее и что эти дефекты... — были напрасны.
«Нет и нет, — сердито отмахивался он. — Я слышал у нее тридцать первую сонату Бетховена, она ее играла как музыкант, и никакая рука ей не помешала».
Сердился он, конечно, не на Полину (девушка в 17 лет не всегда понимает, что делает), а на нас: как мы могли позволить променять музыку на какую-то модную фитюльку, какой обвально увлекаются все девочки!
И очень невезучий
Date: 2025-08-06 03:59 am (UTC)29 апреля исполняется 100 лет со дня рождения прославленного ученого Владимира Яковлевича Проппа.
Впервые я увидела его в 1940 году, студенткой первого курса Ленинградского университета. Профессор М. К. Азадовский, читавший курс русского фольклора, устроил для нас встречу с одним из еще уцелевших к тому времени «носителей народного творчества» (кажется, это был сказитель Рябинин-Андреев, последний в знаменитом роду Рябининых). Наряду со студентами были приглашены некоторые ленинградские ученые-фольклористы.
Среди них мне сразу бросился в глаза седой человек с красивым и очень интеллигентным лицом. Он сидел в сторонке от «именитых гостей» и во взгляде его была какая-то отрешенность: казалось, что он совершенно выключен из атмосферы всеобщего оживления, царившей в аудитории. После окончания «мероприятия» я спросила Марка Константиновича, который стал к тому времени моим научным руководителем, кто этот незнакомец. Он ответил, что это профессор Владимир Яковлевич Пропп и что он работает на кафедре этнографии. Помолчав, он добавил: «Очень талантливый человек. И очень невезучий».
Что понимал под «невезучестью» мой мэтр, оставалось для меня неясным лишь до тех пор, пока я не проштудировала вузовский учебник. В нем Пропп был назван представителем «формалистического направления, несовместимого с принципами и методами марксизма-ленинизма». В качестве примера «формализма» приводилась изданная в 1928 году книга «Морфология сказки».
Марк Константи́нович Азадо́вский
Date: 2025-08-06 04:02 am (UTC)Родился 6 (18) декабря 1888 года в Иркутске в крещёной еврейской семье; отец, Абрам Иосифович (после крещения — Константин Иннокентьевич) Азадовский (1867—1913[9]), был мелким чиновником (коллежским регистратором, письмоводителем в Управлении окружного инженера Приморского горного округа, позже работал в Северном страховом обществе); мать — Вера Николаевна Тейман (в замужестве Азадовская; 1870—1950[10] или 1951[11]) — занималась надомным шитьём; дед по отцовской линии, Иосиф Абрамович Азадовский (первоначально Озадовский, 1841—1897)[12], уроженец Бердичева, был в 1852 году призван в школу кантонистов[13], а впоследствии, поселившись в Иркутске, стал переплётчиком, имел собственное переплётное заведение[14]; дед по материнской линии был ссыльным (умер задолго до рождения внука)[15]. Его сёстры — Лидия Константиновна Райцина (1894—1920)[К 1] и Магдалина Константиновна Крельштейн (1899—1978[16], её внук — архитектор Марк Меерович)[17][18]. Двоюродный брат — торгпред СССР в Италии Михаил Абрамович Левенсон (1888—1938)[К 2]. Сын двоюродной сестры (заслуженного врача РСФСР Евгении Израилевны Волыновой[20]) — космонавт Борис Валентинович Волынов[17], сын другой двоюродной сестры (Шимы Абрамовны Левенсон) — доктор экономических наук Энох Яковлевич Брегель[19].
Re: Марк Константи́нович Азадо́вский
Date: 2025-08-06 04:05 am (UTC)Азадовский не отличался хорошим здоровьем. Тяжёлая болезнь горла, которая мешала ему полноценно вести преподавательскую деятельность, вынудила его оставить Иркутск. В 1928—1929 годах он проходил лечение в Ялте, а весной 1930 года переехал на постоянное проживание из Иркутска в Ленинград[7]. Весной 1945 года он перенёс первый инфаркт, который, однако, не снизил его научно-исследовательской активности. После развёрнутой против него и его коллег травли на одном из «проработочных собраний» 1 апреля 1948 года почувствовал себя плохо и лишился чувств, что было описано О. М. Фрейденберг: «Фольклорист Азадовский, расслабленный и больной сердцем, потерял сознание на самом заседании, и был вынесен»[35][36]. Зимой 1950—1951 годов перенёс две урологические операции. 29 января 1953 года у него случился второй инфаркт[К 3], и после этого, по воспоминаниям его жены Лидии Владимировны, «начался постепенный уход из жизни, медленное умирание»[38]. Тем не менее, будучи прикованным к постели и находясь в тяжёлом физическом состоянии, он до конца не бросал работы, надиктовывая тексты сочинений своей жене
Re: Марк Константи́нович Азадо́вский
Date: 2025-08-06 04:06 am (UTC)Первая жена — Надежда Павловна (урождённая Фёдорова; 1897—1927)[39].
Вторая жена — Лидия Владимировна (урождённая Брун, в 1-м браке — Шамрай; 02.02.1904—24.04.1985[40] или 1984[41]), историк и библиограф, закончила Феодосийскую женскую гимназию и Высшие курсы библиотековедения в Ленинграде, работала в Государственной публичной библиотеке. После смерти мужа приложила немало усилий для публикации его трудов[41]. Их сын — литературовед Константин Маркович Азадовский.
Константи́н Ма́ркович Азадо́вский
Date: 2025-08-06 04:09 am (UTC)С 1967 по 1969 годы писал диссертационную работу по творчеству Франца Грильпарцера. Однако защитить диссертацию не успел, поскольку был привлечён в качестве свидетеля по делу Ефима Славинского, которого обвиняли в хранении наркотиков. Азадовский отказался свидетельствовать против Славинского и был вынужден уехать из Ленинграда в Петрозаводск. Диссертацию защитил в 1971 году.
До 1980 года работал заведующим кафедрой иностранных языков Высшего художественно-промышленного училища имени В. И. Мухиной.
Согласно документам КГБ, «в сентябре 1978 года в отношении Азадовского было заведено дело ДОР „Азеф“ с окраской „антисоветская агитация и пропаганда с высказываниями ревизионистского характера“»[3].
В 1980 году КГБ, используя «причастность» Азадовского к «делу Славинского», возбудил дело о хранении наркотиков уже против него самого. Он был арестован и осуждён по сфабрикованному обвинению (наркотики были подброшены во время обыска), отбыл два года в колонии в Магаданской области. Одновременно по тому же обвинению на полтора года заключения была осуждена его жена Светлана Азадовская (Лепилина, род 1946)[4].
Реабилитирован в 1989 году, а в 1993 году Комиссия по реабилитации Верховного Совета России признала Азадовского репрессированным по политическим мотивам. Светлана Азадовская реабилитирована постановлением Президиума Санкт-Петербургского городского суда от 1 июня 1993 года, а в 1998 году постановлением того же суда также признана жертвой политических репрессий.
Мы переписали ее от руки.
Date: 2025-08-06 04:23 am (UTC)Шел третий год Великой Отечественной. После уймы мытарств я добралась, наконец, до своего родного университета, эвакуированного в Саратов. К тому времени я окончательно определилась в отношении моей будущей специальности. Оба военных года я переписывалась с М. К. Азадовским, жившим в эвакуации в Иркутске. И теперь, в Саратове, стала, с его благословения, посещать фольклорный семинар, который вел В. Я. Пропп.
А семинар оказался посвящен изучению... «Морфологии сказки»! Да-да, той самой книги, что сыграла столь роковую роль в судьбе ее автора! Впечатление от знакомства с ней было оглушительное. К этому времени я уже была достаточно начитана в области сказковедческой литературы, но здесь передо мной была книга-открытие. Я не могла тогда знать, что «Морфология сказки» на три десятка лет опередила свое время. Что придет пора, и она будет переведена на все европейские языки, а мировая филологическая наука назовет Проппа «отцом русского структурализма». Ничего этого нельзя было предвидеть. Но то, что передо мной труд не просто талантливого, но (не побоюсь этого слова) гениального ученого, я поняла сразу. Она поражала глубиной мысли, неожиданностью заложенной в ней идеи, воплощенной в изящную форму, доказанной безупречными логическими построениями. И при этом она была удивительно «доходчива», понятна для читателя. (Впоследствии, когда советская наука взяла на вооружение методы структурного анализа, приходилось читать немало работ, где было не продраться через частокол терминологических изысков, а продравшись, взгляд упирался в пустоту, в банальность. «Морфология сказки» при всей сложности ее содержания была «доступна», как были «доступны» все последующие книги Проппа.)
Вспоминая теперь наши саратовские штудии, я спрашиваю себя: что двигало Проппом, когда он выносил на аспирантский семинар обсуждение своего «крамольного» труда? Ведь в те нелепые и страшноватые времена в этой акции был безусловный риск. Видимо, он сознательно шел на него. Потому что был уверен в своей научной правоте. Потому что, не имея возможности пробить стену неприятия советской филологической науки, он пытался донести дорогие ему мысли до молодых умов нового поколения...
Итак, мы изучали «Морфологию сказки». Она была в единственном экземпляре в Публичной библиотеке Саратова. Мы переписали ее от руки. Это был ее «второй тираж».
no subject
Date: 2025-08-06 04:54 am (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 04:55 am (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 04:58 am (UTC)Нет, В. Я. Пропп был не таков. Не случайно позднее, когда он стал заведующим кафедрой, преподаватели (не студенты!), имея в виду строгость нрава и немецкое происхождение В. Я. Проппа, назвали его в шутку «железным канцлером». Наверно, это сказано слишком сильно. Но что правда, то правда — наш Учитель любил порядок.
no subject
Date: 2025-08-06 05:01 am (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 05:03 am (UTC)И вот мы в его кабинете. «Рассказывайте», — мягко говорил он. Наш В. Я. Пропп умел слушать и умел понять. Он никогда не пользовался приемами умолчания или многозначительной улыбки, заменяющей невысказанное. Нет, и здесь он был верен себе: что-то уточнял, что-то дополнительно расспрашивал и давал оценку тому или иному факту.
Затем жена В. Я. Проппа, Елизавета Яковлевна Антипова, приглашала нас на ужин. За большим столом собиралась вся семья: Владимир Яковлевич, Елизавета Яковлевна, ее сестра Анастасия Яковлевна, невестка Луиза и внук Андрей. Сына же, Михаила Владимировича (или, как его звали домашние, Мишу), здесь видели редко. Молодой биолог постоянно бывал в экспедициях, погружаясь в глубины морей и океанов, отправлялся к берегам Антарктиды. Домашний уют создавала Елизавета Яковлевна, тихая, женственная, добрая. Вспоминая годы, прожитые совместно с Владимиром Яковлевичем, она говорила: «Бывало трудно, но всегда было интересно». Преподавательница английского языка на филфаке, она совмещала работу с домашними заботами. В этом ей помогала Анастасия Яковлевна, общительная, добрейшая женщина, в которой и сквозь прожитые годы угадывалась гимназистка. В этом доме все было просто, духовно, в хорошем смысле чуть старомодно. Воспоминания о нем до сих пор несут в себе свет и тепло.
no subject
Date: 2025-08-06 05:08 am (UTC)На одной фотографии вышло Ваше лицо. Это было мне интер
Date: 2025-08-06 05:11 am (UTC)Вот, дорогая Нила, теперь Вы знаете, как и в чем Вы мне помогли! Ваши материалы, между прочим, подтвердили и укрепили мою теорию эволюции типов.
На одной фотографии вышло Ваше лицо. Это было мне интересно!
В Русском музее в Ленинграде меня до фондов не допустили (директор — властолюбивая, но туповатая женщина). Но я после выздоровления все же надеюсь проникнуть туда.
Перечитываю Ваши письма. Передайте мой привет Вите. Желаю успеха его “Вепсским напевам”.
После болезни это мое первое письмо. Не посетуйте на некоторую бессвязность. Елизавета Яковлевна передает Вам сердечный привет. Всего Вам самого наилучшего! Ваш В. Пропп. Дата: 6.VIII.70 г.»
Неони́ла Артёмовна Крини́чная
Date: 2025-08-06 05:14 am (UTC)Неонила Артёмовна родилась 22 ноября 1938 года в городе Жлобин Гомельской области (Белорусская ССР)[3].
Окончила в 1956 году среднюю школу в городе Малорита.
В 1961 году окончила филологический факультет ЛГУ, где занималась фольклором в семинаре профессора В. Я. Проппа.
После окончания университета, в 1961—1964 годах, преподавала русский язык и литературу в средней школе Красногорска.
В 1964—1967 годах — в аспирантуре при Петрозаводском государственном университете. В 1970 году защитила кандидатскую («Народные исторические песни Московской Руси начала XVII столетия»), в 1991 году — докторскую диссертацию («Русская народная историческая проза: Вопросы генезиса и структуры»).
В Институте языка, литературы и истории Карельского научного центра РАН с 1969 года. В 1983—1994, в 1998—2009 годах — заведующая сектором фольклора.
Скончалась после продолжительной болезни[4].
Семья
Муж — писатель-фольклорист Виктор Иванович Пулькин (1941—2008), двое сыновей.
Виктор Иванович Пу́лькин
Date: 2025-08-06 05:17 am (UTC)Отец погиб в годы Великой Отечественной войны на Карельском фронте. Воспитывался матерью.
После окончания Кондопожской средней школы, учился в Ленинградском художественно-педагогическом училище, затем на историко-филологическом факультете Петрозаводского госуниверситета. Работал учителем рисования, художником-оформителем, журналистом.
С 1966 года, по рекомендации Дмитрия Балашова, принят на работу заведующим отделом в музей-заповедник «Кижи». Участие В. Пулькина в литературной периодике началось с публикаций краеведческих очерков («У истоков красоты», 1968 год).
В 1977 году принят в Союз писателей СССР.
no subject
Date: 2025-08-06 05:18 am (UTC)Нам выпало большое счастье иметь прекрасных учителей. Среди них Владимир Яковлевич Пропп занимал особое место.
Мы близко познакомились с ним в эвакуации в Саратове (1942–1944), где находился Ленинградский университет. Преподаватели и студенты жили в гостинице «Россия». В маленькой комнате на третьем этаже Владимир Яковлевич помещался вчетвером: с женой Елизаветой Яковлевной, сестрой жены Анастасией Яковлевной и маленьким сыном Мишей (ему было годика три). Мы жили на том же этаже: эвакуация уравняла преподавателей и студентов в быту.
Мы были студентами 4–5 курса и слушали лекции Владимира Яковлевича по фольклору, тогда уже оценили их содержательность и глубину.
На филфаке действовал теоретический семинар, организованный тогдашним деканом Александром Павловичем Рифтиным. На семинаре выступали с докладами на равных с профессорами аспиранты и даже студенты. Пропп был активным участником семинара, и это была для нас прекрасная школа научных дискуссий, корректных, доказательных...
no subject
Date: 2025-08-06 05:20 am (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 06:21 am (UTC)Став нашим научным руководителем, Владимир Яковлевич установил определенный режим работы. Каждую неделю мы должны были приходить к нему (если память нам не изменяет, по вторникам) и сообщать, что каждый из нас сделал за прошедшую неделю: что написано, что прочитано, какие новые мысли появились. Написанное, конечно, зачитывалось и обсуждалось, тут же давались советы, делались замечания. Один из нас отчитывался перед Владимиром Яковлевичем, другой вел беседу с Мишей. При этом на лице Владимира Яковлевича неизменно была добрая, немного лукавая улыбка. Он как бы подбодрял нас: дескать, все будет отлично. После наших отчетов Владимир Яковлевич сам рассказывал, что за прошедшую неделю прочитал, какие материалы собрал, а если что-то успел написать, то читал нам.
О такой школе можно было только мечтать. Обязательные еженедельные отчеты приучали нас к непрерывной систематической работе. Мы не могли и представить, что скажет Владимир Яковлевич, если за неделю сделано мало или не сделано ничего. Разумеется, он вменил нам в обязанность (сделав это, впрочем, предельно тактично) посещать теоретический семинар, выступать с докладами и участвовать в дискуссиях.
В конце мая 1944 г. университет вернулся в Ленинград. Теперь мы ходили к Владимиру Яковлевичу с отчетами на улицу Марата, где он жил. Войдя на лестничную площадку на первом этаже дома, надо было спуститься вниз на несколько ступеней. Комнаты в полуподвале были небольшие, весьма скромно обставленные. Кабинет был совсем крошечный, единственное окно в нем упиралось в стену. Владимир Яковлевич всегда работал при электрическом свете.
no subject
Date: 2025-08-06 06:22 am (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 06:23 am (UTC)почти смешно
Date: 2025-08-06 06:24 am (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 06:26 am (UTC)Никола́й Алекса́ндрович Бути́нов
Date: 2025-08-06 06:36 am (UTC)Родился в рабочей семье выходцев из Костромской губернии Александра Ивановича Бутинова и Параскевы Ивановны (урождённой Поляковой)[1].
В 1938 году поступил на кафедру этнографии Ленинградского университета, тогда относившуюся к филологическому факультету, окончил университет в 1942 году в эвакуации в Саратове. В 1946 году под руководством В. Я. Проппа защитил кандидатскую диссертацию "Учение Грэбнера".
Был женат на этнографе М. С. Бутиновой (1920—2007)
Re: Никола́й Алекса́ндрович Бути́нов
Date: 2025-08-06 06:37 am (UTC)В. Р. Кабо вспоминал, что когда Бутинов в ЛОИЭ руководил отделом Австралии и Океании: «… он был ещё бойцом. Он вел мужественную борьбу против догматизма, господствующего в нашей этнографической науке, и вел её в то время в одиночестве. Это означало, по существу, борьбу с дирекцией института, в котором он работал. Догматическому марксизму он пытался противопоставить то, что он считал подлинным, творческим марксизмом. Наряду с этим, он писал многочисленные рецензии и статьи, в которых разоблачал западных этнографов и буржуазную науку, и это частично искупало его собственный уклон в научную ересь. В то же время он много и глубоко занимался социальными отношениями у народов Океании — прежде всего у папуасов Новой Гвинеи. Ему была свойственна юношеская одержимость — и в науке, и в стремлении попасть когда-нибудь на Новую Гвинею. И мечта его жизни осуществилась — он ступил на землю Новой Гвинеи, и папуасы встретили его как нового Миклухо-Маклая. Худой, с ежиком седеющих волос на голове, он и в семьдесят лет все ещё казался молодым»[4].
no subject
Date: 2025-08-06 02:25 pm (UTC)Пришла я в то время, когда вся семья пила на кухне чай, и, снимая пальто, услышала, как Елизавета Яковлевна приветливо обратилась ко мне: «Тоня, садитесь с нами чай пить!» Обрадованная не столько возможностью выпить чаю, сколько оказаться за одним столом с учителем, я сказала: «С удовольствием, спасибо», — и сделала шаг к столу. И тут же услышала: «Нет-нет, рано ей со мной чай пить!» И Владимир Яковлевич решительно указал мне на дверь кабинета. Разочарованно плетясь туда, я услышала добродушный голос Владимира Яковлевича: «Вот поступит в аспирантуру, тогда и будет со мной чай пить».
Но накормили меня в доме учителя задолго до того, как я стала аспиранткой.
no subject
Date: 2025-08-06 04:21 pm (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 04:22 pm (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 04:23 pm (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 04:26 pm (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 04:28 pm (UTC)«Вечером — собрание кафедры в гостях у В. Я. Проппа (разумеется, без Базанова и Николашек; не было Бурсова — верно, не хочет из Комарово ехать; Дмитрия Евгеньевича и Мануйлова — их, верно, не позвали??). Приглашены также Еремины — и собрание как бы памяти Игоря Петровича и в назидание будущему: во что бы то ни стало сохранить дух кафедры. Даже Мак хорошо себя вел, хотя и болтал и размахивал руками. Владимир Яковлевич разорился не на одну сотню: наставил столько бутылок армянского коньяку и водки — что даже Маку хватило <...>.
no subject
Date: 2025-08-06 04:32 pm (UTC)«Сегодня интересный рассказ В. Я. Проппа. У него приятель, военврач Шабунин, который ежелетне — в Тарусе. Знаком там со всеми, в том числе с сестрою Цветаевой. Этим летом такой случай. Какой-то молодой человек, с Украины, без копейки денег, приехал и стал обивать пороги, требуя водружения памятника на кладбище в честь М. Цветаевой, ибо она хотела быть похоронена на кладбище в Тарусе. Добился, черт возьми!.. У директора мраморной каменоломни достал громадную глыбину мрамора, как-то умудрился сделать соответствующую надпись — и даже достал в исполкоме машину, чтобы перевезти и водрузить на кладбище... Только в России такое можно — бескорыстно добиваться и добиться — на большую ведь сумму — памятника человеку, которая только хотела быть здесь похороненной!! Только в России же возможно и уничтожение такого памятника. Узнали в райкоме, всполошились — кто, что? Молодого человека и след простыл. Убрать памятник! Послали возницу с лошадью. Глыбу ему удалось повалить — но она разбила вдребезги телегу. Приказали разбить на мелкие кусочки памятник — что и сделали. И больно, и грустно, и смешно...
no subject
Date: 2025-08-06 04:55 pm (UTC)В качестве младшего коллеги по кафедре русской литературы я знала Владимира Яковлевича более 15 лет; как многие (но далеко не все), любила его за то, что он — был, старалась учиться у него, ибо был он мудр, правдив, добр, справедлив — по-настоящему значительная личность.
Постараюсь вспомнить характерные приметы, воссоздать штрихи к портрету, передать некоторые реакции Владимира Яковлевича на факты повседневной жизни.
Всех, видевших В. Я. Проппа, удивляла «бедность» его снаряжения: вместо роскошного импортного портфеля — старенькая полевая сумка времен Гражданской войны через плечо (затем ее сменил скромный портфель), вместо велюровой шляпы — очень не новая кепка, вместо дорогих отутюженных брюк и покойных заграничных ботинок — заурядные полушерстяные брючки, полушкольные штиблеты... На недоуменные вопросы женщин-коллег многих поколений и на их готовность прийти на помощь в выборе и приобретении необходимого гардероба Владимир Яковлевич неизменно отвечал: «Я к ним привык, мне с ними (в них) удобно...»
Автор статей и монографий, Владимир Яковлевич упорно отказывался от любого рода «дополнительной» платы за труды, от гонораров за издания, выходившие в университете. Он упрямо повторял: «Жалованье мне исправно платят в кассе ЛГУ...»
no subject
Date: 2025-08-06 04:56 pm (UTC)no subject
Date: 2025-08-06 04:59 pm (UTC)Владимир Яковлевич упорно отказывался посещать многолюдные диспуты, собрания с обсуждением нашумевших новинок современной литературы. В частности, не пошел на обсуждение романа В. Д. Дудинцева «Не хлебом единым», проходившее в актовом зале филфака. Даже не прочел книгу. Вообще избегал читать модную беллетристику или смотреть кинофильмы, говоря: «У меня уже нет времени это делать — я должен спешить, я должен успеть написать то, что должен...»
ЮДИН, Юрий Иванович
Date: 2025-08-06 05:05 pm (UTC)Родился в г. Умань Киевской области ( Украина) в семье военного.
Военная служба отца проходила по разным городам.
В Нижнем Новгороде прошло детство и школьные годы.
Окончив в 1956 г. школу с золотой медалью, поступил на русское отделение филологического факультета Ленинградского государственного университета.
В 1961 г. защитил диплом «Принципы изображения былинного героя».
Преподавательскую работу начал в том же году в с. Тарасовка Приморского края, куда направлен учителем русского языка и литературы.
В 1963 г. отлично сдал экзамен в аспирантуру при кафедре русской литературы в ЛГУ.
В. Я. Пропп — научный руководитель Ю. Юдина, мечтал видеть своего ученика со временем на кафедре, на своем месте, но Ю. Юдин не имел ленинградской прописки и не был членом КПСС.
В мае 1967 г. Ю. Юдин начал работать в Курском педагогическом институте. Ex /media/ema/raid/cyclopedia/doc/Сначала он вел курс русской литературы первой половины XIX в., потом курс фольклора и древнерусской литературы.
При этом были поездки на с.-х. работы и, особенно дорогие ему, фольклорные экспедиции.
Из поездок в сельские местности он приезжал всегда вдохновенный и говорил, что невозможно поверить в вырождение народа, сохранившего такие богатства.
Докторская диссертация «Русская бытовая сказка» стала готова у него сразу после защиты кандидатской.
В 1978–1979 гг. Ю.И. Юдин стал одним из тех, кто создавал новый факультет педагогики и методики начального обучения.
К тому времени он успешно защитил докторскую диссертацию, и ему предложили возглавить кафедру на новом факультете.
Кроме того, он читал факультатив по фольклору
no subject
Date: 2025-08-06 05:09 pm (UTC)После университета мне пришлось учительствовать в Карелии. Письма Владимира Яковлевича, его постоянная поддержка и внимание помогли выжить в очень трудных условиях. Один вопрос он повторял постоянно: «Чем я мог бы вам помочь? Вы ни о чем не просите — а жаль, я бы постарался вашу просьбу выполнить».
Однажды я написала, что читаю старшеклассникам факультативный курс по русской живописи и архитектуре, но с трудом нахожу необходимые для этой работы альбомы и репродукции. Через полмесяца пришла бандероль из Ленинграда: Владимир Яковлевич прислал диафильмы из Русского музея...
Каждому из нас он писал об открывающихся в разных вузах вакансиях в аспирантуру, вселяя надежду на то, что работа, начатая в университетском семинаре, когда-нибудь будет продолжена. Между тем в одном из писем Владимир Яковлевич признавался: «У меня дел столько, что мне не упомнить всего того, что надо сделать, а на столе лежит записка всего, что нельзя забыть».
Но чаще всего он писал о том, что доставляло ему особое удовольствие: «Мои студенты упросили меня читать спецкурс по русской сказке. Сейчас я усиленно вырабатываю этот курс, и это меня занимает и утешает. Я нимало не думаю об академичности, только частично повторяю свои книги, думаю, чтобы было просто, доходчиво и интересно, чтобы материал как-то захватывал».