или проворовался
Jul. 19th, 2025 06:32 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaили проворовался
((Кстати о птичках. Как дела с продвижением офицеров в нынешней невобле?
Судя по долетающей инфе, выходят из строя в основном солдатики.
Отцы-командиры практически бессмертны.))
...........
"Осенью 1898 у отца появились признаки переутомления,
он стал жаловаться на одуряющую работу, стал страдать бес-
сонницей и головными болями.
Тогда у матери возникла мысль, которую поддержал и
отец, о возвращении его на действительную военную службу.
Казалось, что при известной поддержке, это не так уже трудно.
В 180-м пехотном Виндавском полку, где отец когда-то служил,
служил родной брат матери Михаил Федорович Миотийский,
а также в чине подполковника большой друг Судзиловских и
моей матери, Григорий Ефимович Богоявленский, оставались
и еще друзья Судзиловского. На их помощь и рассчитывала
моя мать.
Техника дела была следующая. Офицер запаса, в данном
случае мой отец, должен был подать прошение в определен-
ный полк о приеме его на службу. Если там была вакансия, а в
пехотных полках, за исключением тех, которые стояли в круп-
ных городах, вакансии были всегда, общество офицеров реша-
ло вопрос о приеме. Если общество офицеров решало вопрос о
приеме положительно, то официальное начальство никогда не
ставило препятствий, и офицер запаса возвращался на дейст-
вительную службу.
Общество же офицеров решало вопрос отрицательно фак-
тически лишь в двух случаях: или офицер запаса настолько был
запятнан в моральном отношении, что его служба в полку ком-
прометировала бы полк, например, он был кем-либо бит или
проворовался, или выказал себя трусом, отказавшись от дуэли,
или же имел такое служебное старшинство, что, как говори-
лось, «садился многим на шею».
Дело в том, что продвижение по службе в младших чинах
шло отдельно по каждому полку исключительно по старшинст-
ву, другими словами – получение в командование роты и свя-
занный с этим чин штабс-капитана, происходило по очереди,
по старшинству офицерского стажа.
Вакансию ротного командира иногда надо было ждать дол-
го: право быть ротным командиром в то время (1898 год) воз-
никало на 9-м году офицерской службы, а фактически коман-
дования ротою и чина штабс-капитана приходилось ждать по
16 лет из-за отсутствия вакансий. Получались «вечные пору-
чики», поэтому на каждого нового офицера, который имел за
собой уже несколько лет службы, смотрели с неудовольствием.
Надо иметь в виду, что получить роту было очень заман-
чиво, так как ротный командир получал жалованья в два раза
больше, чем младший офицер.
Так вот, общество офицеров 180-го пехотного Виндавско-
го полка, стоявшего в Митаве, где были свободные вакансии,
должно было решить, принимает ли оно в свою среду моего
отца, который был по чину поручик и имел пятилетний офицер-
ский стаж. И общество офицеров решило вопрос отрицательно.
В качестве причины нам передали, что не хотели отца «посадить
на шею» многим молодым офицерам, в том числе влиятельному
в полку полковому адъютанту поручику Шаврову.
((Кстати о птичках. Как дела с продвижением офицеров в нынешней невобле?
Судя по долетающей инфе, выходят из строя в основном солдатики.
Отцы-командиры практически бессмертны.))
...........
"Осенью 1898 у отца появились признаки переутомления,
он стал жаловаться на одуряющую работу, стал страдать бес-
сонницей и головными болями.
Тогда у матери возникла мысль, которую поддержал и
отец, о возвращении его на действительную военную службу.
Казалось, что при известной поддержке, это не так уже трудно.
В 180-м пехотном Виндавском полку, где отец когда-то служил,
служил родной брат матери Михаил Федорович Миотийский,
а также в чине подполковника большой друг Судзиловских и
моей матери, Григорий Ефимович Богоявленский, оставались
и еще друзья Судзиловского. На их помощь и рассчитывала
моя мать.
Техника дела была следующая. Офицер запаса, в данном
случае мой отец, должен был подать прошение в определен-
ный полк о приеме его на службу. Если там была вакансия, а в
пехотных полках, за исключением тех, которые стояли в круп-
ных городах, вакансии были всегда, общество офицеров реша-
ло вопрос о приеме. Если общество офицеров решало вопрос о
приеме положительно, то официальное начальство никогда не
ставило препятствий, и офицер запаса возвращался на дейст-
вительную службу.
Общество же офицеров решало вопрос отрицательно фак-
тически лишь в двух случаях: или офицер запаса настолько был
запятнан в моральном отношении, что его служба в полку ком-
прометировала бы полк, например, он был кем-либо бит или
проворовался, или выказал себя трусом, отказавшись от дуэли,
или же имел такое служебное старшинство, что, как говори-
лось, «садился многим на шею».
Дело в том, что продвижение по службе в младших чинах
шло отдельно по каждому полку исключительно по старшинст-
ву, другими словами – получение в командование роты и свя-
занный с этим чин штабс-капитана, происходило по очереди,
по старшинству офицерского стажа.
Вакансию ротного командира иногда надо было ждать дол-
го: право быть ротным командиром в то время (1898 год) воз-
никало на 9-м году офицерской службы, а фактически коман-
дования ротою и чина штабс-капитана приходилось ждать по
16 лет из-за отсутствия вакансий. Получались «вечные пору-
чики», поэтому на каждого нового офицера, который имел за
собой уже несколько лет службы, смотрели с неудовольствием.
Надо иметь в виду, что получить роту было очень заман-
чиво, так как ротный командир получал жалованья в два раза
больше, чем младший офицер.
Так вот, общество офицеров 180-го пехотного Виндавско-
го полка, стоявшего в Митаве, где были свободные вакансии,
должно было решить, принимает ли оно в свою среду моего
отца, который был по чину поручик и имел пятилетний офицер-
ский стаж. И общество офицеров решило вопрос отрицательно.
В качестве причины нам передали, что не хотели отца «посадить
на шею» многим молодым офицерам, в том числе влиятельному
в полку полковому адъютанту поручику Шаврову.
