Слово честное
May. 15th, 2025 06:26 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaСлово честное, купеческое
"Мне хотелось как-то поддержать Руди, чтобы он не упал духом. Каждый вечер мы обсуждали с ним разные возможности, включая фантастические, например Аргентину. Кто бы мог тогда подумать, что всего четыре года спустя такие варианты уже не будут казаться нам фантастическими…
Я завела разговор о стипендии Рокфеллера. К сожалению, она годовая, продлить ее было нельзя, и это, естественно, Руди не нравилось, да и я не была в восторге от переездов. Цыганская доля… Фонд Рокфеллера, в который Паули посоветовал обратиться Руди, – тот самый фонд, который дал стипендии и Ландау, и Гамову, и Бете, и десяткам других молодых ярких физиков того поколения. Тогда квантовая физика считалась самой главной наукой. Фонд существует и сейчас, но, увы, физика уступила свое место на пьедестале.
Фонд Рокфеллера финансировал только тех молодых ученых, которым было куда вернуться после окончания стипендии. Не тратить же деньги на тех, кто в конце года будет вынужден оставить академическую карьеру! Выхода не было, Руди решился пойти к Паули:
– Господин профессор, мне нужна ваша помощь.
Паули пристально посмотрел на Руди.
– Хорошо, доктор Пайерлс, я напишу в Фонд, что через год снова возьму вас к себе в Цюрих. Но вы дадите мне обещание, что не вернетесь.
В душе Паули был добрым человеком и старался помочь тем, кого считал достойным.
Руди получил стипендию. В 1932 году отборочный комитет счел его одним из трех квантовых физиков, заслуживающих поддержки.
Я уже писала, что жизнь складывается из миллиона случайностей. Почти все проходят мимо нас и затухают в памяти, не вызывая последствий. Лишь изредка случайность круто меняет жизнь, как говорится, к счастью или к несчастью. Рокфеллеровская стипендия была явно к счастью.
"Мне хотелось как-то поддержать Руди, чтобы он не упал духом. Каждый вечер мы обсуждали с ним разные возможности, включая фантастические, например Аргентину. Кто бы мог тогда подумать, что всего четыре года спустя такие варианты уже не будут казаться нам фантастическими…
Я завела разговор о стипендии Рокфеллера. К сожалению, она годовая, продлить ее было нельзя, и это, естественно, Руди не нравилось, да и я не была в восторге от переездов. Цыганская доля… Фонд Рокфеллера, в который Паули посоветовал обратиться Руди, – тот самый фонд, который дал стипендии и Ландау, и Гамову, и Бете, и десяткам других молодых ярких физиков того поколения. Тогда квантовая физика считалась самой главной наукой. Фонд существует и сейчас, но, увы, физика уступила свое место на пьедестале.
Фонд Рокфеллера финансировал только тех молодых ученых, которым было куда вернуться после окончания стипендии. Не тратить же деньги на тех, кто в конце года будет вынужден оставить академическую карьеру! Выхода не было, Руди решился пойти к Паули:
– Господин профессор, мне нужна ваша помощь.
Паули пристально посмотрел на Руди.
– Хорошо, доктор Пайерлс, я напишу в Фонд, что через год снова возьму вас к себе в Цюрих. Но вы дадите мне обещание, что не вернетесь.
В душе Паули был добрым человеком и старался помочь тем, кого считал достойным.
Руди получил стипендию. В 1932 году отборочный комитет счел его одним из трех квантовых физиков, заслуживающих поддержки.
Я уже писала, что жизнь складывается из миллиона случайностей. Почти все проходят мимо нас и затухают в памяти, не вызывая последствий. Лишь изредка случайность круто меняет жизнь, как говорится, к счастью или к несчастью. Рокфеллеровская стипендия была явно к счастью.
