Не продаются избиения

[arbeka]

Не продаются избиения, но запись можно и продать

"Вопросы повторялись. Я говорила одно и тоже, и каждый раз меня били. Потом он вылил на меня воду, и я делаю комментарий про сиськи: «Только не смотрите», потому что вода [попала мне на грудь], прилипает футболка. Они начали обзывать мои сиськи.

После того как меня облили, начали бить полупустой бутылкой по лицу, по голове и просто по телу. И это я уже стала комментировать для записи, чтобы было слышно. Он меня бьет, а я такая — «Ой, бутылкой по лицу ударили». Я это говорила, чтобы все было задокументировано. Потом он схватил меня за макушку, за волосы, и начал во все стороны двигать. На записи в этот момент слышно шумы, потому что телефон был в кармане. В этот момент я говорю: «Больно, больно», и там слышно: «шшш».
— Что было после этого?

— Полицейский дал мне несколько бумажек. Что-то я подписала, что было можно по инструкции для задержанных. После этого меня вернули в актовый зал. Там оставалось четыре или пять человек, была моя подруга. В зале я лихорадочно начала всем рассылать эту аудиозапись. Я всех спрашивала, слышно ли что-то. Я столько терпела, и мне хотелось, чтобы это было не просто так. Мне было бы так обидно, если бы там ничего не было слышно.
Но на следующий день у меня появились синяки, появился фингал под глазом небольшой. Я это сфотографировала и зафиксировала в травмпункте. За меня первые дни все делали подруги. Водили в поликлинику, кормили, говорили, куда едем, вызывали такси, вели мои соцсети, просили поддержки. Еще я собираю материальную помощь

https://holod.media/2022/03/11/brateevo/

Comments

[lj-frank-bot.livejournal.com]

Здравствуйте!
Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категории: 18+ (https://www.livejournal.com/category/18+?utm_source=frank_comment).
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.

Фрагмент записи пыток

[belkafoto.livejournal.com]

Фрагмент записи пыток в Москве ОВД Братеево. Александру Калужских избивали.

https://www.youtube.com/watch?v=qzG2e50SKX4

10.319 visualizaciones 7 mar 2022
Фрагмент записи пыток в Москве ОВД Братеево. Александра Калужских, которую избивали во время допроса, разрешила поделиться этим документом эпохи публичн

[belkafoto.livejournal.com]

Sergey S
hace 1 año
Без видео подтверждение, что действие происходит в отделении МВД - это запись просто пустой звон. Хорошая постановочная актерская игра неумелых актеров. Все кто был при задержании прекрасно знают, что "менты" обыскивают задержанного перед допросом и изымают все личные предметы: телефоны, ключи, кошельки итд. Все предметы отдаются в "Дежурную часть". А из этого следует, что это допрос постановка. При допросе задержанного ведется "Протокол допроса", в котором сами представители полиции ведут запись. Это запись подтверждает или опровергает факт превышение полномочий полиции, а также поведение задержанного при его показаниях. .... Типа менты такие глупые не отобрали у нее телефон или диктофон заранее при обыске, чтобы самим потом залететь под статью. )))) Алло вас нае**ыают

[belkafoto.livejournal.com]

ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZ
hace 1 año
Ну вот знаешь, бывает и такое. Видео вам еще снять - сами идите, будете задержанным и снимете видео. Или встаньте - запросите видео с камер с этого отдела полиции, наведайтесь туда, уточните и сотрудников, кто избивал эту девушку, найдите тех сотрудников и создайте нам видео с правдой. Опросите избитую. Встаньте сейчас - приедьте в Москву и сами все зафиксируйте.

[belkafoto.livejournal.com]

Более 5 тысяч человек задержали 6 марта в России на антивоенных демонстрациях. В ОВД Братеево в Москве избивали задержанных и угрожали им физической расправой. «Холод» поговорил с ними.

[belkafoto.livejournal.com]

Ольга, 24 года

В воскресенье, 6 марта, я приехала к площади трех вокзалов. Там было очень много полиции, стояли автобусы, которые явно готовились к задержаниям. Я сделала пару кругов по площади — там было примерное соотношение один к одному полиции и граждан. Дальше я пошла к метро «Красные ворота» и прибилась к толпе людей.

Мы шли спокойно, в какой-то момент даже получилось скандировать. У нас была колонна человек в сто, но довольно плотная. Где-то рядом с метро сотрудники ОМОН остановили человек 30. Мы спросили, по какому поводу, а они сказали: «Просто стойте, не двигайтесь, готовьте документы и вещи».

и очень ругались, если

[belkafoto.livejournal.com]

Сотрудники досмотрели наши вещи и позапихивали нас в автозак. Мы говорили, что там нет места — в автозаке было 29 человек. Всю дорогу [до ОВД] часть девушек стояла на скамейках, потому что они не помещались внизу.

Нам сообщили, что мы едем в ОВД Братеево в начале поездки, и мы успели передать информацию в «ОВД-Инфо». В ОВД нас выгружали по пять человек довольно быстро, забирали документы и очень ругались, если у человека была копия паспорта.

[belkafoto.livejournal.com]

В отделении нас провели на второй этаж в актовый зал. Через пару минут после того, как нас там посадили, включилась сирена — объявили, что в ОВД введен план «Крепость» (особое положение, которое вводят для защиты отделов полиции от вооруженного нападения; часто используется для того, чтобы не пропускать адвокатов в ОВД. – Прим. «Холода»). Мы об этом тут же написали в телеграм-бот «ОВД-Инфо» и знакомым, которые начали звонить и говорить, чтобы к нам пустили адвокатов.

[belkafoto.livejournal.com]

Потихоньку они зверели, говорили: «Знаем мы, что вам платят. Сейчас вам административку дадим, чтобы вы больше не ходили [протестовать]»‎. Спрашивали, кто у нас координатор. Сотрудники, которые находились в актовом зале, за нами все время следили. Когда задержанные просились выйти в туалет, они их провожали по двое, но очень неохотно. Когда меня уже оформляли, я слышала разговор, что, мол, зря они нас в туалет водили.

[belkafoto.livejournal.com]

Через некоторое время нас стали уводить на составление протоколов. У меня была с собой копия паспорта, и мне сказали, что она не валидна, поэтому меня нужно сфотографировать, чтобы идентифицировать личность. После этого старший лейтенант Максим Ляхов — я потом узнала его по фотографии — вышел с фотоаппаратом и сказал фотографироваться, я отказалась, поэтому мне все же пришлось отдать ему свой паспорт.

[belkafoto.livejournal.com]

После этого меня проводили, насколько я понимаю, к компании людей, которые отказались фотографироваться. Мы стояли на другом этаже, и нас начали по одному заводить в кабинет. Оттуда были слышны мужские крики угроз и женские — от боли. На следующий день после задержания опубликовали запись, где слышно, как избивают девушку. Она была в очереди за пять человек до меня, я слышала ее плач.

[belkafoto.livejournal.com]

Когда меня вели, я уже была морально готова к тому, что может произойти — некоторые девочки, которые возвращались из кабинета дознавателя, были облиты водой и в таком беспорядке, будто на них физически воздействовали. Они писали в чате, что их бьют руками, но не оставляют следов на теле, и я даже успела сообщить об этом в «ОВД-Инфо». Когда меня привели в кабинет, там находилось пять человек: две женщины, которые на компьютерах печатали, и трое мужчин, которые оказывали давление. Из них работал один, остальные смотрели, с налитыми кровью глазами.

[belkafoto.livejournal.com]

Меня посадили, сказали снять маску, чтобы у меня описали черты лица. Женщина, которая сидела напротив, задавала вопросы про цвет глаз, рост, размер обуви. Я на них спокойно отвечала, и было все нормально. Потом она стала спрашивать про фотографирование — я отказалась. И тогда один из мужчин сказал, что да [будем фотографировать]. Некоторое время он со мной препирался, я спокойно отказывалась. Он нависал надо мной, говорил очень агрессивно, говорил «Да, потому что я здесь прав».

[belkafoto.livejournal.com]

Меня спрашивали про место работы и образование, я отвечала, что безработная, а образование — высшее. То, что я учусь сейчас, я им не сообщила, а они как-то не догадались, что человек с высшим образованием все еще может учиться. Это их устроило.

Потом мне сказали вывернуть карманы: у меня с собой был паспорт, полис, СНИЛС, деньги. Я выложила это на стол, а они, сотрудники мужского пола, прощупали мои карманы. Это тоже, как я понимаю, нарушение. Я думаю, они искали телефон, который я оставила в том зале — задержанные девушки писали, что если брать с собой телефон, они будут пытаться заставить тебя ввести код и будут искать контакты, проверять соцсети. Потом я спросила, могу ли я убрать вещи со стола, мужчина ответил: «Зачем мне ваши деньги?». Как я понимаю, он пытался показать, что я даю им взятку.

[belkafoto.livejournal.com]

Я убрала вещи обратно. Меня опять несколько раз спросили про фотографирование, и я снова отказалась. Тогда мужчина взял меня за грудки, поднял со стула, на котором я сидела, поставил к стене, содрал силой маску — она порвалась, и он ее отбросил на стол. После этого ко мне подошла женщина и сфотографировала меня. Я решила, что не буду препираться, потому что это может закончиться побоями.

Женщина сфотографировала меня и отошла, а мужчина замахнулся и ударил меня по лбу — мне прилетело по челке, почти не задело лица. Наверное, он бил так, чтобы напугать больше. После этого он достал бутылку, она была с теплой мутной жидкостью, примерно температуры тела, и вылил мне на челку эту жидкость, она скатилась мне на кофту, и сказал, что я обоссанная. Я спросила, могу ли я забрать паспорт и идти, а он ответил: «Нет у вас больше паспорта, вам Зеленский выдаст паспорта».

[belkafoto.livejournal.com]

Потом мужчина — тот, что меня бил и обливал, передал сотруднику в форме — Максиму Ляхову — документы и вытолкнул меня из кабинета. Ляхов спросил, сфотографировали ли меня, я ответила, что да, и он сказал, что «лучше же было у меня сфотографироваться и не идти туда»‎. Я ответила, что нет, потому что это незаконно.

Я стояла и ждала, пока меня оформят, старалась запомнить всех девушек, которых я видела, прошедших через кабинет. Это было мое второе задержание за эти протесты. Меня оформили без адвоката, я прочитала все документы, в объяснительной перечислила все, что помнила из нарушений. Потом меня вернули в актовый зал, все было спокойно, и когда они подготовили протокол, я с ним ознакомилась, подписала, и через некоторое время меня выпустили из ОВД.

[belkafoto.livejournal.com]

Мне во многом повезло, потому что у меня пытка была незначительная, я спокойно и покладисто себя вела, и я не сильно переживала. До того, как зайти в этот кабинет, я морально готовилась и как-то пыталась успокоить всех остальных. Я не первый раз сталкиваюсь с физическим насилием, — у меня были ссоры с матерью, которые заканчивались такими вещами, — и я не так легко под ним ломаюсь. Насилие у меня было в семье, поэтому я знаю, как реагировать, когда меня пытаются бить, я не особо даюсь в обиду.

[belkafoto.livejournal.com]

Мне было важно выйти протестовать, потому что я с детства знаю, что война — это не что-то нормальное. Для меня это более эмоциональный аспект, нежели события в ОВД. Я училась в школе, в которой была табличка про героя СССР, а День Победы был днем скорби, и я не могла себе представить, что окажусь в стране, которая так себя ведет. Сейчас мне не страшно, я уже смирилась, что будущее у меня навсегда изменено, и таким, как я, лучше уже не будет. Я учусь в магистратуре на зоолога, у меня защита диплома должна быть в мае, и я понятия не имею, какая будет ситуация к этому моменту в российской науке, и что я смогу сделать. Я все еще не знаю, что я буду делать с учебой, потому что я, откровенно говоря, не могу взяться за диплом с 24 февраля.

[belkafoto.livejournal.com]

«Меня обзывали жирной жабой, ******** [сумасшедшей], угрожали»
Евгения, 20 лет

6 марта мы встретились с девочками, которые собирались выйти [в центр Москвы]. Когда мы начали движение, подбежал мужчина, сказал, что на той стороне, где мы идем, много ОМОНовцев и посоветовал постараться перейти дорогу. Мы перешли дорогу, начали идти вверх и сотрудники ОМОН это увидели. Они перебежали дорогу и сказали нам прижаться к стенке. Люди, которые просто шли мимо, спрашивали,

могут ли они уйти, говорили, что шли по своим делам, но по рации ОМОНу сказали: «Нет, засовывайте всех». Мы зашли в автозак одни из первых, поэтому у нас получилось сесть. Когда запихнули в автозак 29 человек, мы поехали в ОВД Братеево.

Когда мы приехали, они стали выпускать из автозака по пять человек и просить оригиналы паспортов. Мы спрашивали, зачем, если мы можем дать им копии. Они начали кричать, что это займет очень много времени, говорили — зачем вы выкобениваетесь, но другими словами, матом.

[belkafoto.livejournal.com]

Нас всех отвели в актовый зал, и сообщили, что введен план «Крепость», поэтому никого впускать и выпускать не будут. Среди нас было 4 парня, а все остальные, 25 человек – девушки. Потом нас начали по два человека выводить в туалет, а чуть позже пытались сфотографировать. Мы пытались объяснить, что у нас есть право не фотографироваться, но нас поставили к стенке, сказали снять маску и сфотографировали. После этого мы должны были пойти в кабинет к дознавателю. Когда мы стояли и ждали около кабинета, было слышно, как они кричат на девушку, как бьют по столу.

[belkafoto.livejournal.com]

Я была в последней тройке в этот кабинет. Когда я туда зашла, увидела мужчину восточной внешности, без формы и без опознавательных знаков, в черной одежде, на нем была кобура. Он говорил по телефону и отошел. Со мной начали грубо разговаривать: «Что, тоже будешь *********** [выпендриваться] или нормально поговорим?». Я ответила: «Давайте поговорим, что вам нужно?». В кабинете сидели две женщины — одна записывала, а другая сидела за компьютером. Они стали спрашивать про место жительство, я сказала, что у меня все написано в паспорте. Мне сказали, что я снята с учета, поэтому спросили, где я живу — недавно мы продали квартиру с семьей, и я еще не прописалась в новой. Я не хотела сообщать свой адрес, поэтому я его выдумала, продиктовала свой старый нерабочий телефон, и они это все вбили. Все это сопровождалось оскорблениями. Они меня обзывали жирной жабой, ******** [сумасшедшей], угрожали. Сказали, что со мной все что угодно могут сделать, но каждый [из них] скажет, что этого не было.

[belkafoto.livejournal.com]

После этого зашел мужчина восточной внешности в темной одежде, он был а-ля злой полицейский, начал кричать на меня, нависать. Второй мужчина, который выяснял [подробности], сказал, чтобы я доставала телефон, потому что якобы ему нужно проверить, мой ли он, начал спрашивать какой-то ID, который проверяется, и последние пять контактов, на которые я звонила. Я телефон выключила еще перед входом и сказала, что он у меня разряжен и не работает. Они сказали, что у них есть зарядка, поэтому «давай телефон сюда». Я отказалась. Мужчина в черном начал беситься и бить рукой по моему правому плечу. Раза три он ударил рукой, а потом положил руку на плечо, а второй, опираясь на стул, ударил меня коленом. Я сидела на стуле. Я полненькая, поэтому синяк мне тяжело получить, и в этот момент я думала о другом. Может быть, из-за этого я не почувствовала боли. Это было неприятно, потому что я их не трогала и никого не оскорбляла, отвечала на вопросы, которые мне задавали.

[belkafoto.livejournal.com]

После этого женщина, которая забивала информацию в компьютер, сказала: «Вставай, будем фотографироваться»‎. Я сказала, что меня уже сфотографировали, но она ответила, что это для другого, и я уже решила не спорить – просто встала к стене. Меня сфотографировали в профиль, в анфас и по диагонали. После этого они опять начали говорить про телефон, чтобы я все показала, что это все по закону. Я сказала, чтобы они показали мне этот закон, а они ответили, что не обязаны ничего показывать: «Иди учись, что ты вообще на митинги ходишь? Сиди дома и учи Конституцию».

Потом мужчина в черном схватил мои руки и сказал, чтобы другой мужчина залез ко мне в карман штанов и забрал телефон. Сначала я не сопротивлялась сильно, потом он стал сжимать сильнее, я спросила: «Зачем вы меня трогаете, зачем вообще прикасаетесь?». Не знаю, повезло мне или нет, но он мне не выкручивал руки, просто прижимал к стене и держал. Они мне говорили: «Ты что ******** [сумасшедшая], ты не понимаешь? Просто покажи телефон из своих рук, мы его брать не будем». Я сказала, чтобы они отошли — один из мужчин стоял на расстоянии 30 сантиметров от меня. Он отошел, сел, и я показала телефон на расстоянии, хотя знаю, что не обязана это делать. Надо мной нависал мужчина в черном, сам смотрел и диктовал второму последние номера, по которым я звонила. После этого они мне сказали идти.

[belkafoto.livejournal.com]

Меня отвели обратно в актовый зал — там мы по очереди подписывали протоколы. У меня в протоколе все было написано неправильно: что нас задержали в четыре часа вечера, а не в половину четвертого, что я шла и скандировала: «Нет войне!», «Война – это преступление». Нам никто не представился.

Нам устроили лекцию про то, где же мы были восемь лет, что это — спецоперация. Включили запись, где какой-то человек, который поддерживает Путина, рассказывал [свою версию событий].

Все это время мы пытались поддерживать позитивный настрой, видимо, их это раздражало, поэтому они пытались нас запугивать, угрожали уголовным делом, говорили: «Вы такие молодые, такие умные, зачем вы ходите на митинги?». После этого нам отдали паспорта. Выпустили не всех — одного мальчика, Ивана, оставили на ночь, в итоге его посадили на 30 суток за повторное нарушение. Я вышла из ОВД примерно в девять часов вечера, испытала облегчение, немного поплакала. За мной приехала подруга.

[belkafoto.livejournal.com]

Я никому не пожелаю это пройти. Это ужасный стресс. Я медработник, и в силу профессии, наверное, я пережила это лучше, чем другие. В ОВД все происходило по нарастающей: с первыми девочками более-менее нормально общались, а последних — обливали водой, мою подругу ударили по щеке рукой. Они бесились, что не могут все это быстро закончить и поехать по домам. В травмпункт я не ходила, потому что у меня ничего на теле не осталось — а у кого-то осталось. Мальчика Кирилла серьезно побили.

Сейчас мы общаемся с ребятами, которые были в этом ОВД, разговариваем по поводу коллективной жалобы на сотрудников.