был изуродован улыбкой

[arbeka]

был изуродован улыбкой Глазго

"Теперь, собственно, о фильме и впечатлениях. Первые минут пятнадцать-двадцать меня не покидало ощущение, что смотрю 'Голый пистолет'.

Герой Хартнетта ведёт повествование от первого лица, знакомя зрителя с главными героями и пытается создать атмосферу нуара. Но делает это всё максимально пафосно и серьёзно, один в один как незабвенный Фрэнк Дребин в исполнении Лесли Нильсена, плюс визуальный ряд, где одна сцена моментально сменяет другую и такая же грустная мелодия. Понадобилось немало времени, чтобы подстроиться и принять тот факт, что это всё таки мрачный нуарный детектив, а не очередная часть похождений бравого детектива Дребина. Но лучше бы это была комедия. Не могу сказать что случилось, только Де Пальма с годами потерял хватку. У него есть в активе отличный нуар 'Неприкасаемые', где он удачно попал и в атмосферу, и в сюжет. С 'Черной орхидеей' не вышло. Цветокоррекция с коричневым оттенком вызывает недоумение, а сюжет получился отрывочным, скомканным и переполнен мелодраматическими вставками. Особенно хочу выделить обрывистость. Авторы предложили сразу несколько линий, но к более-менее внятному окончанию довели всего одну. Зачем было городить остальные- не понятно. Тем более, многие из них не связаны друг с другом. В итоге, вся эта каша перемешивается в голове, за перепитиями истории следить сложнее и сложнее, а когда в финале всё сваливают в кучу и выдают за неожиданный твист, становится совсем грустно. Так и хочется прокричать вслед за героем Эда Хелмса из 'Мальчишника в Вегасе': Что за ужас здесь творится?

Ещё одно небольшое отступление. Лет в 18-20 я запоем читал нуарные романы различных авторов. Много читал. Один за другим. Тогда я и не знал, что это был отдельный поджанр. Для меня все они были детективами. Разочарований практически не было. Правда, с тех пор прошло двадцать лет и названия и сюжеты выветрились из памяти. Не все, но большинство. Но главное не в этом. Суть в том, что все они были разными, кроме нескольких деталей. В каком-то романе рассказ вёлся от лица главного героя, в каком-то от третьего лица, где-то этим героем был частный детектив, где-то бандит, а где-то и целая шайка бандитов. И цели у них оказывались разными. Так вот, одной из связующих деталей являлся юмор. Мрачный, порой чёрный, но всегда смешной и неожиданный. В кино эту деталь безжалостно выкинули.

'Черная орхидея' исключением не стала. И на мой взгляд, это огромная ошибка. Когда фильм и так разваливается и спотыкается на каждом ходу и не выдерживает канонов, юмор мог оказаться именно тем, с помощью чего можно удержаться на плаву. Увы, Де Пальма решил играть по крупному. И проиграл.

Итог. Фильм плох. Введя несколько сюжетных линий, режиссёр не успевает все их закрыть и пытаясь исправить, в заключительном отрезке сваливает всё в одну кучу, что усугубляет положение. Атмосфера абсолютно не цепляет, особенно когда визуал сводится к коричневому фильтру.
..................
Убийство

15 января 1947 года изуродованное тело Элизабет Шорт было найдено на бесхозном земельном участке по Саут-Нортон Авеню в Леймерт-Парке, недалеко от границы города Лос-Анджелес. Тело было разрублено на две части в районе талии и расчленено (были удалены наружные и внутренние половые органы, а также соски). Рот женщины был изуродован улыбкой Глазго.

Убийца Элизабет Шорт так и не был найден полицией, и «дело Чёрной Георгины» до сих пор остаётся нераскрытым.
"Средства массовой информации, широко освещавшие преступление, сообщили, что Шорт незадолго до смерти получила прозвище Чёрная Георгина (своего рода обыгрывание популярного тогда кинофильма «Синий георгин» с Аланом Лэддом и Вероникой Лейк в главных ролях). Лос-анджелесская полиция не раз заявляла, что пресса придумала эту историю только для того, чтобы «поярче» назвать дело об убийстве в своих статьях. В пользу этого говорил и тот факт, что люди, знавшие Шорт при жизни, никогда не слышали о таком её прозвище.

Кроме того, по официальному заявлению окружного прокурора города Лос-Анджелес и вопреки многочисленным псевдодокументальным расследованиям, называвшим жертву «девушкой по вызову», Элизабет Шорт не являлась проституткой[4][5].

Другим популярным мифом были якобы неразвитые с рождения гениталии Шорт, вследствие чего она не была способна вступать в половые связи. В материалах дела окружной прокуратуры города Лос-Анджелес присутствуют стенограммы допросов трёх мужчин, с которыми Шорт имела сексуальную связь (в том числе одного полицейского сотрудника из Чикаго). Итоговые материалы дела свидетельствуют о том, что Шорт имела «нормально развитые репродуктивные органы». В результатах аутопсии также констатирован тот факт, что на момент убийства Шорт не была беременна (а также вообще не беременела и не рожала).

Расследование убийства Элизабет Шорт лос-анджелесской полицией с привлечением ФБР стало самым продолжительным и масштабным в истории правоохранительных органов США.
....................
«Улыбка Глазго», или «улыбка Челси» (англ. Glasgow smile, Chelsea grin, Chelsea smile), — раны на лице, наносимые ножом или другим острым предметом от уголков рта и почти до ушей.

После заживления оставляют на щеках шрамы, которые напоминают широкую улыбку. Способ нанесения таких ранений появился в Глазго в преступной среде, затем «улыбку» переняли футбольные фанаты Челси «Chelsea Headhunters». Часто наносятся неглубокие раны, не разрезающие полностью щёки, но оставляющие серьёзные шрамы[1][2][3].

У зверски убитой Элизабет Шорт (Чёрный Георгин) были разрезаны щёки от уголков рта до ушей. Известному актёру Томми Флэнагану, который сам родом из Глазго, в молодости уличными грабителями были нанесены подобные раны.

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

"Надо бросить джаз и пьянки, быть хорошей дам обет

Элизабет Шорт очень хотела быть знаменитой актрисой. И стала знаменитой, правда не актрисой, но ее пять минут славы затянулись на целые десятилетия, чем может похвастаться далеко не каждая кинодива. В 1947 году ее изуродованное и расчлененное тело нашли около Лос-Анджелеса, а имя убийцы неизвестно и поныне. Это преступление породило много талантливых «я у мамы Пуаро» с многочисленными теориями и стало основой для некоторых произведений искусства, куда и относится нуаровый детектив Джеймса Эллроя «Черный георгин» и, соответственно, его экранизация. Сюжет «Георгина», в русском переводе переделанного в «Орхидею» - классическая классика жанра. Два полицейских, один из которых главный герой, а другой не главный, расследуют дело об убийстве вышеупомянутой знаменитости, в то время как на фоне мелькают женщины со сногсшибательными фигурами и ярко-красными губами, призывно хлопают ресницами и сбивают с панталыку бедных служителей закону. С учетом погибшей их аж целых три, поэтому вполне закономерно, что у центрального персонажа случается перегруз, и он окончательно запутывается в них, в себе, в зловещей паутине грехов города ангелов.

[belkafoto.livejournal.com]

«Черная орхидея» была принята зрителями холодно. В вину картине вменяли затянутое повествование, неудачно подобранных исполнителей, слабую актерскую игру, невнятный сюжет. Претензий не счесть, и, хотя вышеперечисленный список нет-нет, да выставляется кем-нибудь заслуженным почти каждому фильму, тем более экранизации (ведь все мы с вами знаем, что в первоисточнике все было совсем не так и вообще, почему здесь у актера серые глаза, а там были синие), здесь многие пункты вполне оправданы.

Очевидная проблема «Орхидеи» заключается не столь в большом хронометраже (два часа для фильма, удостоившегося чести открыть Венецианский кинофестиваль, не так уж много), а в очевидном дисгармоничном сюжетном перекосе. Вступление и основная часть практически равны по длительности, тогда как на кульминацию и завершение остается несколько жалких минут. «Черная орхидея» запрягает очень медленно, неспешно знакомя нас с персонажами, событиями, не имеющими почти никакого отношения к главному вопросу «кто убил Лору Палмер». Собственно, чтобы до самого появления трупа дотерпеть, придется постараться, а требовательный зритель привык к канонам жанра и желает, чтобы ему сразу подавали горячее, а не настойчиво предлагали аперитив и легкие закуски. Джош Фридман корпел над сценарием «Черной орхидеи» долгих восемь лет, переписывая его сначала под требования Дэвида Финчера, потом под Брайана Де Пальму. Что ж, если когда-то жестокое убийство Элизабет Шорт и распространяло свою темную магию таинственности на Фридмана, то закончилась она раньше, чем сценарий был окончательно готов. Долгий подход к основной сюжетной линии в книге Эллроя брал на себя функцию создания атмосферы. Подобно тому, как многие художники писали картины на цветных имприматурах, Эллрой сначала осуществил проработку фона, а потом приступил к прорисовке самого портрета. Экранизация этого не требовала, визуал не оставляет просторов для воображения, и город ангелов предстал во всей красе с первых же секунд. В итоге, Фридман к конвертации первой половины романа в сценарий подошел слишком скрупулезно, копируя-вставляя целые диалоги, а повествовательные куски расходуя на закадровую речь. А вот на второй выдохся, тогда как именно она играла большее значение для картины, которая в первую очередь все же детектив, аж уж потом остро социальная драма, препарирующая общества и ах, обнажая его пороки самым непристойным образом.

[belkafoto.livejournal.com]

"Но время все идет и идет, и «Черная орхидея» не вечна, хоть некоторым так и показалось. Скарлетт Йоханссон и, непривычная в подобном амплуа Хилари Суонк, борются за звание главной роковой красотки фильма, поочередно направляя на бедного полицейского femme fatality-удары. Последнюю, кстати, и вовсе большинство сочло мискастом. У публики были слишком свежи впечатления от актерских работ, принесших Суонк Оскары. И, правда, трансгендер и боксерша с трагическими судьбами слишком далеки от максимально женственного и эротичного образа обольстительницы, хранящей в шкафу скелеты вперемешку с дорогими платьями с непременно открытой спиной. В спарринге все так же тягуче и медленно, но верно побеждает Йоханссон, а любовный треугольник ядовитым уколом парализует детективную линию. Но с большими усилиями детектив выходит из забвения и возвращается на экран и те, на которых девичьи чары подействовали в полной мере, узнают, кто убил Элизабет в отличие от тех, кто уже сдался и нажал кнопку стоп.

«Черная орхидея» - не первый опыт Де Пальмы на территории неонуара, более того, не первый провальный. В 1981 году на экраны вышел фильм «Прокол», так же не вызвавший восторгов у масс. И сейчас в рецензиях мелькают те же самые словосочетания – затянутое вступление, отсутствие динамизма, скомканная концовка. И точно так же, в плюсы записывают визуальную составляющую и, в частности, операторскую работу. Но если «Прокол» в дальнейшем сумел закрепиться в истории и получить свою славу и признание, пускай и не в момент выхода, «Орхидея» с течением времени потихоньку уходит в забвение. Обе эти картины вместе с режиссером создавал оператор Вилмош Жигмонд, и в «Орхидее» его мастерство было отмечено номинацией на ту самую заветную статуэтку, а Де Пальме не удалось снискать лавры, ибо не войти дважды в ту же реку, бесконечно выезжать на безупречности стилизации не получится. Сегодня «Черная орхидея» - это тот редкий фильм, который если нравится зрителю, то нравится не за «бесподобные актерские работы», «интереснейший сюжет» и «шедевральное режиссерство», а за работу всех остальных: оператора, композитора, художников-постановщиков. Провалившись по первым трем пунктам, картина поражает великолепием визуальной составляющей и все тем, что принято называть «атмосфера», неуловимым и эфемерным, но вместе с тем отлично чувствующимся понятием «магия кино». После просмотра «Орхидеи» хочется встать с дивана, пойти в прихожую, надеть шляпу и плащ, выйти из дома и медленно направиться в сторону любимого бара, а там молча и сурово помянуть Элизабет Шорт порцией двойного виски. А лучше двумя. Двумя порциями двойного виски. Ведь вы будто бы знали ее когда-то…

[belkafoto.livejournal.com]

Этот ретротриллер, снятый по роману знаменитого американского писателя Джеймса Эллроя, рассказывает нам историю убийства голливудской старлетки Элизабет Шорт, произошедшего в конце 40-х годов. Тело Элизабет было обнаружено на пустыре, расчлененное надвое и без единой капли крови. Дело осталось нераскрытым до сих пор, хотя в ее убийстве подозревались немало влиятельных людей из мира кино.

Книга и фильм формально придерживаются одной из существовавших версий, но в основном оба произведения представляют собой неонуар - жанр, появившийся в конце 80-х годов, но набравший популярность лишь в следующем десятилетии.

Сам фильм вынашивался на протяжении долгих лет и первоначальным режиссером должен был стать Дэвид Финчер('Семь' можно отнести к неонуару, и также 'Зодиак').

Лента должна была стать трехчасовым черно-белым эротическим триллером, так как в одноименном романе немало весьма откровенных сцен. Но начавшиеся проблемы с поиском подходящего актерского состава приостановили проект вплоть до 2005 года, когда к фильму на место Финчера привлекли Брайана Де Пальму. Впрочем, Де Пальму продюсеры зажали в определенные рамки и поэтому сексуальные сцены в фильме не дотягивают до уровня категории R.

Но по всем остальным пунктам фильм, как неонуар, хорош.

[belkafoto.livejournal.com]

Можно долго спорить, почему фильм не снискал славы, но очевидно, что расследованию убийства Элизабет Шорт не подходит тот фальшивый нуар, что получился у де Пальма. Пафосное закадровое повествование, копированные из классических фильмов характеры и приторно-картинные сцены отношений героев только отдаляют историю от реальности. Местами псевдоклассический нуар де Пальма отчётливо напоминает «Город грехов», хотя должен быть куда ближе к эталонной постановке по произведениям Эллроя – «Секретам Лос-Анджелеса», относящимся к так называемому неонуару. Акцентированность на любовных треугольниках пошла в ущерб детективной линии и как следствие - чересчур скомканная концовка, не дающая в полной степени понять и оценить замысел писателя. Да, режиссер преуспел в стилизации под нуар 40-х - 50-х, только это было совсем не нужно.

Трудно сказать, насколько лучше с постановкой справился бы Дэвид Финчер, который изначально значился режиссером картины, но сравнивая финчеровского «Зодиака», вышедшего всего через год и рассказывающего о другом белом пятне в криминально-кровавой истории Америки, и работу де Пальма, отмечаешь, что «Зодиак» значительно убедительнее и реалистичнее. В заочном споре визави де Пальма оказался точнее в выборе манеры повествования, общего стиля и расставленных акцентах, что и не преминуло отразиться на успехе. «Черной орхидее» явно не хватает постановочной тщательности равно как и экранного времени, и это при том, что все вводные можно было сократить. Также как и количество фигурировавших в фильме имён, ибо очень легко запутаться, когда закадровый нарратив произносит новое имя чуть ли не в каждом предложении.

Свою негативную роль сыграл и несколько неудачный подбор актёров на главные роли, вызванный отказом ряда звёзд играть в смелой независимой постановке. Хартнетт откровенно слабоват в роли героя-любовника, которому для воплощения роли Мистера Льда не хватает ни харизмы, ни брутальности. Талантливая Хилари Суэнк, играющая femme-fatale, находится явно не на своём месте. В отличие от Скарлетт Иохансон, которая как будто создана для своей роли, но проблема в том, что её персонаж не несёт никакой функции в основных событиях фильма и мог с лёгкостью быть вычеркнут из него. Не вызывают нареканий лишь второстепенные персонажи, где особенно выделяются Миа Киршнер в роли мисс Шорт, а также Фиона Шоу и Джон Кэвэна, играющие богатую чету.

Несмотря на все недостатки и шероховатости постановки, работу де Пальма всё равно стоит оценивать со знаком плюс. Мрачная детективная история не может не увлечь любителей «черного» жанра. Замысел книги в общих чертах реализован, дух и антураж 40-х годов в целом передан. В рамках картины развиваются сразу несколько историй, объединенных одной темой: все они грязные, и эти истории причудливо переплетаются, чередуются, устремляясь к резкому как пропасть финалу. В канву ленты мастерски вшита тема кинематографа и будьте уверены - все отсылки к классическим фильмам не случайны. В конце концов, пусть это не лучшая работа режиссера, но Де Пальма не был бы собой, если бы не умел выстроить хороший детектив из качественного материала.

А история реального расследования убийства Элизабет Шорт настолько зловеще-увлекательна, полна совпадений и странных фактов, смелых версий и тупиковых веток, что если бы оно завершилось успехом, то стало бы эталоном работы полиции вне временных рамок и государственных границ. Кропотливая одержимая работа Лос-анджелесских сыщиков должна была завершиться поимкой душегуба-призрака, но всем нитям суждено было оборваться. Да, то было время, когда современные методы раскрытия преступлений только зарождались, фотографы и журналисты оказывались на месте преступления намного раньше полиции, а о серийных маньяках-убийцах ещё мало что знали. Будь это преступление совершено лет на 50 позже, мы бы скорей всего узнали имя убийцы. Но время безвозвратно ушло, оставив за собой лишь громкое преступление, множество версий и красивый заголовок - «Black Dahlia».

грудь оказывается на спине

[belkafoto.livejournal.com]

"Семнадцатилетнего отпрыска богатого семейства Билла Уитни, живущего в богатом районе Лос-Анджелеса — Беверли Хиллз — во сне и наяву мучают кошмары. Ему кажется, что его хотят убить какие-то люди, даже дома он не чувствует себя в безопасности. Походы к психоаналитику не снимают проблемы — даже обостряют, Биллу кажется, что яблоки на столе психоаналитика полны червей, что все слова специалиста — ложь.

В дальнейшем Билл присматривается к своей семье повнимательнее и понимает, что в ней что-то не так. Его никогда не берут на вечеринки, проходящие в кругу друзей родителей. Он видит, как у сестры Дженни, за которой нечаянно подсмотрел в душе, грудь оказывается на спине. Бывший ухажёр сестры Билла, Бланчард, демонстрирует ему аудиозапись с одной из вечеринок, куда Билл стремился попасть — и Билл слышит саундтрек порнофильма, в котором его сестра играет одну из главных ролей. После того, как Билл даёт кассету своему психоаналитику, Бланчарда находят убитым, а запись превращается в благопристойную застольную болтовню.

Даже девушка, Кларисса, с которой Билл знакомится на пляже, пугает его странным поведением в постели — она принимает позы, немыслимые для нормального человека.