arbeka

Из нашего талантливого одноклассника Вани Герасимова, подвижного и лукавого, А. А., бывало, все соки выжимал, и все с шуткой и по-доброму, но настойчиво. Ваня подавал большие надежды. Он кончал Политехнический институт в первые дни войны, но пошел добровольцем на фронт, попал в 276-й отдельный артиллерийско-пулеметный батальон, воевал под Лугой, был возвращен в Институт для завершения образования, а когда получил диплом, оказался в уже заблокированном Ленинграде, голодный и холодный, один в пустой вымершей коммуналке.

Каким-то образом он сумел дать о себе знать в Василеостровский райком комсомола, и его устроили в университетский стационар, где лежачих дистрофиков иногда умудрялись спасти. Я была у него там. От него оставались одни глаза. И эти глаза хотели жить! Для дистрофика это было самым важным, и я искренне сказала, что верю в него!

Но увы, его пожалела медсестра, помогавшая в его палате (палатой служила большая аудитория рядом с университетским коридором): дала ему кусочек соленого огурца и тем самым по неопытности погубила его. У него начался понос, что в его состоянии было смертельно, и он погиб.