Лишь спустя много лет я узнал
Mar. 10th, 2021 10:32 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaЛишь спустя много лет я узнал, что новорождённых тогда в роддомах Аргентины воровали.
"Когда достигли экватора, то пароход стал гудеть. Матросы стреляли из ракетниц и кричали:
- Экватор! Экватор! Экватор!
Я начал крутить головой и смотреть по сторонам. Где же этот экватор? Но, кроме воды, ничего так и не увидел.
Мы все стояли на палубе, когда матросы вынесли шампанское и стали всех угощать. Некоторые из них показывали на солнце и на тень. Удивительно, но тени не было! Солнце стояло над головой. Всех нас поздравляли. Каждому вручали бокал шампанского и кусок торта. Тогда я первый раз в жизни попробовал шампанское и торт.
16 июля 1948 года, наконец, добрались до Буэнос-Айреса. Нас привели в эмиграционный дом. Опять последовала проверка документов. Опять нас раздевали догола и смотрели в глаза. У некоторых девчат нашли трахому. Сказали, что эта болезнь заразная, и отправили их обратно в Европу. Дошла очередь и до меня. Доктор сразу же заметил мою руку. Он внимательно её осмотрел и сказал:
- Аргентина калек не принимает.
Подошли другие доктора. Все смотрели мои бумаги, заставляли шевелить пальцами. Один из них взял мою руку и сказал, чтобы я ему придавил его руку. Я собрал все свои силы и так придавил её ему, что он даже вздрогнул. Он не ожидал, что я обладаю такой силой. Этот доктор сказал мне:
- Одевайся, забирай свои документы и проходи в следующую комнату.
В следующей комнате стояла очередь фотографироваться.
- Слава Богу! Прошёл!!! – обрадовался я.
Через неделю я получил седулу (местное удостоверение личности) и мне нужно было покинуть отель для иммигрантов, где я жил и питался это время бесплатно.
- А куда идти? Языка я не знаю. Никогда я не был свободным человеком. Всегда кто-то мною руководил. В школе ФЗО – военная дисциплина. Потом армия – там я был простым солдатом. Потом – лагеря для перемещённых лиц... Специальности у меня не было никакой. Получаюсь я как та птичка. Ей открыли клетку, а она не хочет её покидать, потому что не умеет летать. Денег у меня тоже нет. Из личных вещей – только старый портфельчик с парой белья и бритвой.
Я вышел на улицу и увидел большую группу людей. Они записывались на работу в «Обрас санитариас». Что означали эти слова, я не знал, как и все, кто стоял рядом со мной. Но мне и неважно было, лишь бы взяли. Ведь надо было с чего-то начинать.
Всех нас, записавшихся, повезли в провинцию Буэнос-Айрес, в городишко Касанова. Поместили в бараке, где были кровати с матрасами. Столовая находилась отдельно. В этом месте строился современный посёлок «Эвита», который получил своё название в честь Эвы Перон.
Меня послали на прокладку водопровода. Мы копали глубокие канавы, а потом закладывали туда железные трубы.
Через несколько дней меня поставили копать туннель на глубине пятнадцать метров. Я должен был пройти за восемь часов шесть метров. Я копал воздушным компрессором и киркой, а потом лопатой насыпал на тачку и вёз к вертикальной шахте. Здесь мне спускали вёдра, и я их наполнял землёй. Потом их поднимали наверх. Глотну немножко свежего воздуха, который поступал сверху, и снова в туннель.
Так я проработал почти месяц. В одно из воскресений я поехал на станцию Ретиро, которая находится в центре Буэнос-Айреса. Там на площади по выходным собирались все наши, обменивались информацией и просто разговаривали по-русски. Все мои знакомые, с кем я приехал сюда, были крепкими и загорелыми, а я – бледный и худой.
- Виктор, что с тобой происходит? Ты случаем не заболел? – спросили они у меня.
- Нет, – ответил я и рассказал им о своей работе в тоннеле.
- Ты что, заключённый, чтобы работать под землёй в тоннеле?! Приходи к нам на строительство! Принеси только молоток и пилу.
Они дали мне адрес. Рассказали, как туда доехать.
- А где же я буду жить? Денег у меня ещё нет! – спросил я.
- Не волнуйся ты! – успокоил меня один из моих приятелей. - Мы на стройке и спим. Оборудовали себе простое жильё, без удобств, конечно, но зато бесплатно.
Следующим утром я нашёл эту стройку. Один из моих приятелей сунул мне свой молоток и пилу, и меня представили прорабу. Он задал мне несколько вопросов, а потом отправил в офис. Там я заполнил анкету и стал работать. Мой приятель показал мне, куда бить гвозди. Я сразу всё понял... Пришел прораб, увидел мою работу и сказал:
- Да, ты всё умеешь! Я перевожу тебя на ставку «медиофисиаля», что значило, что я считался очень профессиональным плотником. Ведь офисиаль считался высшей рабочей категорией.
Через месяц работа для плотника на стройке закончилась. Нужны были каменщики. Я поехал на базар и купил там специальный молоток для каменщика, шнур, уровень, мастерок. Все эти инструменты сложил в портфель, который привёз из Европы, и пришел на стройку. Сначала у меня кладка получалась плохо, но затем всё пошло хорошо.
По воскресеньям мы, по традиции, собирались на Ретиро. Однажды я там встретил знакомую ещё по лагерю для перемещённых лиц девушку. Это была очень скромная хорошая девушка. Мы с ней поговорили о том, о сём... Потом я её проводил на трамвае к самому дому, находившемуся в районе Палермо, где она работала и жила у хозяев.
Мне очень понравилась эта девушка. Я начал уже мечтать о совместной жизни с ней. Но для этого надо было иметь своё жильё. Снять квартиру в Буэнос-Айресе было для меня очень дорого. Тогда я поговорил со своим другом, который жил в пригороде в посёлке Диаманте. Он посоветовал мне построить домик недалеко от того места, где он жил. Я сделал так, как он мне сказал. Поехал в Диаманте, нашёл там свободный участок земли. Забил четыре колышка и натянул проволоку. Теперь эта земля являлась моей!
На следующий день я позвонил Розалии (так звали девушку) и прямо по телефону спросил, готова ли она разделить свою судьбу с моей? И добавил, что у меня есть лотте, где мы сможем вместе жить. От волнения я забыл, как объяснить участок, и употребил местное понятие слово «лотте». Розалия согласилась. Я взял такси и поехал за ней в Палермо. Она меня уже ждала со всеми своими вещами, сложенными в фанерный чемоданчик.
Таксист остановился у въезда в посёлок Диаманте. Я расплатился, и мы вышли. Смеркалось. Тротуаров не было. Мы пробирались по колено в грязи среди лачуг из фанеры и жести. Я никак не мог найти мой лотте. Слышу, моя невеста, стала плакать. Нос всё время вытирает, но ничего не говорит. Я прижал её к своей груди.
- Рузя, успокойся! Всё у нас будет хорошо! Всё наладится! Мы же с тобой молоды, и у нас вся жизнь впереди! Поженимся, детки у нас будут! – сказал я и первый раз её поцеловал.
Я нашел дом моего друга Петра. Увидев нас, они с женой обрадовались. Она быстро сделала яичницу, а он открыл бутылку вина. Посидели, поговорили. Вспомнили жизнь в лагерях для перемещённых лиц...
И вдруг Рузя спрашивает:
- А когда ты мне покажешь твой департамент?
- Рузя, - отвечаю я. - У меня нет департамента, у меня только лотте.
- А лотте - это что? Разве не департамент? – удивилась моя невеста.
- Нет, это только участок земли для строительства, – объяснил я ей.
Рузя заплакала. Он чувствовала себя обманутой. Тогда я и Пётр со своей женой стали её уговаривать:
- Не плачь! У нас нет родителей, но мы будем друг другу помогать. Самое тяжёлое уже позади.
Успокоилась. Для ночлега нам на полу набросали разных пиджаков, тряпок. Керосиновую лампу потушили, и все мы легли спать.
Рано утром я встал и поехал на работу. На стройке нашёл несколько полотняных мешков из-под цемента, взял с собой своё одеяло. Ехал в поезде и мечтал:
- Мешки постираем, набьём травой - и будет у нас матрас. А потом и хатёнку начнём строить, детишками обзаведёмся...
Шёл по улице радостный и вдруг подумал:
- А чего я планы строю? Вдруг невеста моя уже ушла?
Подхожу к дому Петра, а Рузя у дверей стоит, меня дожидается. В белой кофточке, в белом фартучке. Стройненькая, причёсанная... И улыбается. Мы поцеловались.
- А что это у тебя в пакете, Витя? – спросила она.
- А это мешки из-под цемента. Их нужно постирать, сшить, а потом набить сухой травой - и будет у нас с тобой матрас, – объяснил я ей.
- Хорошо! – сказала Рузя и протянула мне мыло и полотенце. - А теперь помойся.
Она стала поливать мне на руки воду. А вода на Диаманте была на вес золота. За ней надо было идти много кварталов к военной фабрике, где была одна колонка. Там всегда стояла очередь.
У меня было немного денег. Я их оставил Рузе, чтобы она на следующий день купила две тарелки, два ножа, две ложки и примус. Прихожу после работы домой, а она ещё где-то две старые кастрюли раздобыла! Я понял, что Розалия согласна строить семью.
И я сказал ей:
- Не будем терять время! Совьём, как птички, наше гнёздышко!
Нашёл я небольшой деревянный ящик из-под варенья, и начали мы строить наш дом.
Я видел, как на Украине делали саман. Показал Рузе, что нужно делать. Работа была грязная и тяжёлая. Мы начали месить землю с травой и накладывать её в ящик. Затем выворачивали сырой саман на землю. За неделю мы наделали много самана.
Я разметил прямоугольник размером три на четыре метра. Поставил по углам рейки. Натянул шнур. Потом помолился и начал работать. За день поднял стены на один метр. Соседи с завистью смотрели и удивлялись, как быстро «растёт» наш домик. К следующему воскресенью стены были уже готовы. Я как раз получил получку. Купил досок и рубероид для крыши.
Через неделю наш домик уже имел крышу. Но у него не было ни окон, ни дверей. На улице стояла сильная жара. Стены были очень сырые. В доме стояла сильная духота. Из стен стала расти трава. За ночь вырастали побеги до метра длиной. Нам каждый день приходилось ножом вырезать их с корнём.
Ещё через неделю я купил старую кровать с сеткой, вытянутой до земли. Положил на неё доски, сверху матрас. Но спать в домике было невозможно. Стояла невыносимая духота. Нечем было дышать. Мы спали голые, а нас терзали стаи комаров. Ещё позже я поставил окно и дверь, а на них сетки от комаров.
Постепенно наш домик высох. Мы его обмазали и побелили. Потом ещё пристроил кухоньку с верандой. Она служила нам столовой. Купил лист железа и сделал из него корыто. На примусе в банке мы грели солёную воду из колодца, который я выкопал во дворе, и по очереди купались.
Каждый день я ходил на работу, а Рузя оставалась дома. Потом она забеременела. Начала мне говорить о венчании.
В посёлке Диаманте жило много русских. Мы сообща построили церковь, где служил отец Чалый.
Мы повенчались 11 июня 1949 года. Было всё, как полагается. Посаженные мать и отец, и шафера. Был хороший обед. Пели и танцевали под гармошку.
Пришло время Рузе рожать. Я повёз её в госпиталь Сарда. Когда родился ребенок, нам сообщили, что он появился на свет мёртвым. Но моя жена доказывала докторам, что этого не может быть. Ведь она до последней минуты чувствовала его живым.
Меня вызвал главврач и дал подписать бумагу о том, что наш ребёнок родился мёртвым. На этом и закончилась эта печальная история. Лишь спустя много лет я узнал, что новорождённых тогда в роддомах Аргентины воровали.
Рузя плакала. Она не была согласна с врачами. Ну, а кому пойдём мы жаловаться? Жена моя спустя несколько месяцев успокоилась и снова забеременела.
https://proza.ru/2010/11/07/281
"Когда достигли экватора, то пароход стал гудеть. Матросы стреляли из ракетниц и кричали:
- Экватор! Экватор! Экватор!
Я начал крутить головой и смотреть по сторонам. Где же этот экватор? Но, кроме воды, ничего так и не увидел.
Мы все стояли на палубе, когда матросы вынесли шампанское и стали всех угощать. Некоторые из них показывали на солнце и на тень. Удивительно, но тени не было! Солнце стояло над головой. Всех нас поздравляли. Каждому вручали бокал шампанского и кусок торта. Тогда я первый раз в жизни попробовал шампанское и торт.
16 июля 1948 года, наконец, добрались до Буэнос-Айреса. Нас привели в эмиграционный дом. Опять последовала проверка документов. Опять нас раздевали догола и смотрели в глаза. У некоторых девчат нашли трахому. Сказали, что эта болезнь заразная, и отправили их обратно в Европу. Дошла очередь и до меня. Доктор сразу же заметил мою руку. Он внимательно её осмотрел и сказал:
- Аргентина калек не принимает.
Подошли другие доктора. Все смотрели мои бумаги, заставляли шевелить пальцами. Один из них взял мою руку и сказал, чтобы я ему придавил его руку. Я собрал все свои силы и так придавил её ему, что он даже вздрогнул. Он не ожидал, что я обладаю такой силой. Этот доктор сказал мне:
- Одевайся, забирай свои документы и проходи в следующую комнату.
В следующей комнате стояла очередь фотографироваться.
- Слава Богу! Прошёл!!! – обрадовался я.
Через неделю я получил седулу (местное удостоверение личности) и мне нужно было покинуть отель для иммигрантов, где я жил и питался это время бесплатно.
- А куда идти? Языка я не знаю. Никогда я не был свободным человеком. Всегда кто-то мною руководил. В школе ФЗО – военная дисциплина. Потом армия – там я был простым солдатом. Потом – лагеря для перемещённых лиц... Специальности у меня не было никакой. Получаюсь я как та птичка. Ей открыли клетку, а она не хочет её покидать, потому что не умеет летать. Денег у меня тоже нет. Из личных вещей – только старый портфельчик с парой белья и бритвой.
Я вышел на улицу и увидел большую группу людей. Они записывались на работу в «Обрас санитариас». Что означали эти слова, я не знал, как и все, кто стоял рядом со мной. Но мне и неважно было, лишь бы взяли. Ведь надо было с чего-то начинать.
Всех нас, записавшихся, повезли в провинцию Буэнос-Айрес, в городишко Касанова. Поместили в бараке, где были кровати с матрасами. Столовая находилась отдельно. В этом месте строился современный посёлок «Эвита», который получил своё название в честь Эвы Перон.
Меня послали на прокладку водопровода. Мы копали глубокие канавы, а потом закладывали туда железные трубы.
Через несколько дней меня поставили копать туннель на глубине пятнадцать метров. Я должен был пройти за восемь часов шесть метров. Я копал воздушным компрессором и киркой, а потом лопатой насыпал на тачку и вёз к вертикальной шахте. Здесь мне спускали вёдра, и я их наполнял землёй. Потом их поднимали наверх. Глотну немножко свежего воздуха, который поступал сверху, и снова в туннель.
Так я проработал почти месяц. В одно из воскресений я поехал на станцию Ретиро, которая находится в центре Буэнос-Айреса. Там на площади по выходным собирались все наши, обменивались информацией и просто разговаривали по-русски. Все мои знакомые, с кем я приехал сюда, были крепкими и загорелыми, а я – бледный и худой.
- Виктор, что с тобой происходит? Ты случаем не заболел? – спросили они у меня.
- Нет, – ответил я и рассказал им о своей работе в тоннеле.
- Ты что, заключённый, чтобы работать под землёй в тоннеле?! Приходи к нам на строительство! Принеси только молоток и пилу.
Они дали мне адрес. Рассказали, как туда доехать.
- А где же я буду жить? Денег у меня ещё нет! – спросил я.
- Не волнуйся ты! – успокоил меня один из моих приятелей. - Мы на стройке и спим. Оборудовали себе простое жильё, без удобств, конечно, но зато бесплатно.
Следующим утром я нашёл эту стройку. Один из моих приятелей сунул мне свой молоток и пилу, и меня представили прорабу. Он задал мне несколько вопросов, а потом отправил в офис. Там я заполнил анкету и стал работать. Мой приятель показал мне, куда бить гвозди. Я сразу всё понял... Пришел прораб, увидел мою работу и сказал:
- Да, ты всё умеешь! Я перевожу тебя на ставку «медиофисиаля», что значило, что я считался очень профессиональным плотником. Ведь офисиаль считался высшей рабочей категорией.
Через месяц работа для плотника на стройке закончилась. Нужны были каменщики. Я поехал на базар и купил там специальный молоток для каменщика, шнур, уровень, мастерок. Все эти инструменты сложил в портфель, который привёз из Европы, и пришел на стройку. Сначала у меня кладка получалась плохо, но затем всё пошло хорошо.
По воскресеньям мы, по традиции, собирались на Ретиро. Однажды я там встретил знакомую ещё по лагерю для перемещённых лиц девушку. Это была очень скромная хорошая девушка. Мы с ней поговорили о том, о сём... Потом я её проводил на трамвае к самому дому, находившемуся в районе Палермо, где она работала и жила у хозяев.
Мне очень понравилась эта девушка. Я начал уже мечтать о совместной жизни с ней. Но для этого надо было иметь своё жильё. Снять квартиру в Буэнос-Айресе было для меня очень дорого. Тогда я поговорил со своим другом, который жил в пригороде в посёлке Диаманте. Он посоветовал мне построить домик недалеко от того места, где он жил. Я сделал так, как он мне сказал. Поехал в Диаманте, нашёл там свободный участок земли. Забил четыре колышка и натянул проволоку. Теперь эта земля являлась моей!
На следующий день я позвонил Розалии (так звали девушку) и прямо по телефону спросил, готова ли она разделить свою судьбу с моей? И добавил, что у меня есть лотте, где мы сможем вместе жить. От волнения я забыл, как объяснить участок, и употребил местное понятие слово «лотте». Розалия согласилась. Я взял такси и поехал за ней в Палермо. Она меня уже ждала со всеми своими вещами, сложенными в фанерный чемоданчик.
Таксист остановился у въезда в посёлок Диаманте. Я расплатился, и мы вышли. Смеркалось. Тротуаров не было. Мы пробирались по колено в грязи среди лачуг из фанеры и жести. Я никак не мог найти мой лотте. Слышу, моя невеста, стала плакать. Нос всё время вытирает, но ничего не говорит. Я прижал её к своей груди.
- Рузя, успокойся! Всё у нас будет хорошо! Всё наладится! Мы же с тобой молоды, и у нас вся жизнь впереди! Поженимся, детки у нас будут! – сказал я и первый раз её поцеловал.
Я нашел дом моего друга Петра. Увидев нас, они с женой обрадовались. Она быстро сделала яичницу, а он открыл бутылку вина. Посидели, поговорили. Вспомнили жизнь в лагерях для перемещённых лиц...
И вдруг Рузя спрашивает:
- А когда ты мне покажешь твой департамент?
- Рузя, - отвечаю я. - У меня нет департамента, у меня только лотте.
- А лотте - это что? Разве не департамент? – удивилась моя невеста.
- Нет, это только участок земли для строительства, – объяснил я ей.
Рузя заплакала. Он чувствовала себя обманутой. Тогда я и Пётр со своей женой стали её уговаривать:
- Не плачь! У нас нет родителей, но мы будем друг другу помогать. Самое тяжёлое уже позади.
Успокоилась. Для ночлега нам на полу набросали разных пиджаков, тряпок. Керосиновую лампу потушили, и все мы легли спать.
Рано утром я встал и поехал на работу. На стройке нашёл несколько полотняных мешков из-под цемента, взял с собой своё одеяло. Ехал в поезде и мечтал:
- Мешки постираем, набьём травой - и будет у нас матрас. А потом и хатёнку начнём строить, детишками обзаведёмся...
Шёл по улице радостный и вдруг подумал:
- А чего я планы строю? Вдруг невеста моя уже ушла?
Подхожу к дому Петра, а Рузя у дверей стоит, меня дожидается. В белой кофточке, в белом фартучке. Стройненькая, причёсанная... И улыбается. Мы поцеловались.
- А что это у тебя в пакете, Витя? – спросила она.
- А это мешки из-под цемента. Их нужно постирать, сшить, а потом набить сухой травой - и будет у нас с тобой матрас, – объяснил я ей.
- Хорошо! – сказала Рузя и протянула мне мыло и полотенце. - А теперь помойся.
Она стала поливать мне на руки воду. А вода на Диаманте была на вес золота. За ней надо было идти много кварталов к военной фабрике, где была одна колонка. Там всегда стояла очередь.
У меня было немного денег. Я их оставил Рузе, чтобы она на следующий день купила две тарелки, два ножа, две ложки и примус. Прихожу после работы домой, а она ещё где-то две старые кастрюли раздобыла! Я понял, что Розалия согласна строить семью.
И я сказал ей:
- Не будем терять время! Совьём, как птички, наше гнёздышко!
Нашёл я небольшой деревянный ящик из-под варенья, и начали мы строить наш дом.
Я видел, как на Украине делали саман. Показал Рузе, что нужно делать. Работа была грязная и тяжёлая. Мы начали месить землю с травой и накладывать её в ящик. Затем выворачивали сырой саман на землю. За неделю мы наделали много самана.
Я разметил прямоугольник размером три на четыре метра. Поставил по углам рейки. Натянул шнур. Потом помолился и начал работать. За день поднял стены на один метр. Соседи с завистью смотрели и удивлялись, как быстро «растёт» наш домик. К следующему воскресенью стены были уже готовы. Я как раз получил получку. Купил досок и рубероид для крыши.
Через неделю наш домик уже имел крышу. Но у него не было ни окон, ни дверей. На улице стояла сильная жара. Стены были очень сырые. В доме стояла сильная духота. Из стен стала расти трава. За ночь вырастали побеги до метра длиной. Нам каждый день приходилось ножом вырезать их с корнём.
Ещё через неделю я купил старую кровать с сеткой, вытянутой до земли. Положил на неё доски, сверху матрас. Но спать в домике было невозможно. Стояла невыносимая духота. Нечем было дышать. Мы спали голые, а нас терзали стаи комаров. Ещё позже я поставил окно и дверь, а на них сетки от комаров.
Постепенно наш домик высох. Мы его обмазали и побелили. Потом ещё пристроил кухоньку с верандой. Она служила нам столовой. Купил лист железа и сделал из него корыто. На примусе в банке мы грели солёную воду из колодца, который я выкопал во дворе, и по очереди купались.
Каждый день я ходил на работу, а Рузя оставалась дома. Потом она забеременела. Начала мне говорить о венчании.
В посёлке Диаманте жило много русских. Мы сообща построили церковь, где служил отец Чалый.
Мы повенчались 11 июня 1949 года. Было всё, как полагается. Посаженные мать и отец, и шафера. Был хороший обед. Пели и танцевали под гармошку.
Пришло время Рузе рожать. Я повёз её в госпиталь Сарда. Когда родился ребенок, нам сообщили, что он появился на свет мёртвым. Но моя жена доказывала докторам, что этого не может быть. Ведь она до последней минуты чувствовала его живым.
Меня вызвал главврач и дал подписать бумагу о том, что наш ребёнок родился мёртвым. На этом и закончилась эта печальная история. Лишь спустя много лет я узнал, что новорождённых тогда в роддомах Аргентины воровали.
Рузя плакала. Она не была согласна с врачами. Ну, а кому пойдём мы жаловаться? Жена моя спустя несколько месяцев успокоилась и снова забеременела.
https://proza.ru/2010/11/07/281
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2021-03-11 06:05 am (UTC)Русские люди везде приспосабливаются.
Date: 2021-03-11 08:43 am (UTC)RE: Русские люди везде приспосабливаются.
Date: 2021-03-11 08:56 am (UTC)Жизнь его била
Date: 2021-03-11 09:04 am (UTC)Я был настолько увлечен повествованием, что ошибки и не искал, и не замечал. Надо бы посоветовать публикатору дополнить текст толковыми комментариями.
RE: Жизнь его била
Date: 2021-03-11 09:13 am (UTC)А какие нужные комментарии? По-моему, всё понятно.
Через неделю я получил седулу
Date: 2021-03-11 09:23 am (UTC)Хороший рассказ.
А какие нужные комментарии?
Date: 2021-03-11 12:14 pm (UTC)Хороший рассказ.
Date: 2021-03-11 12:17 pm (UTC)Да, воспоминания прекрасные. Не знаю, много ли утаил автор, но текст достаточно убедительный.
RE: А какие нужные комментарии?
Date: 2021-03-11 12:29 pm (UTC)Re: А какие нужные комментарии?
Date: 2021-03-11 01:18 pm (UTC)RE: Re: А какие нужные комментарии?
Date: 2021-03-11 01:28 pm (UTC)Но они не знают о нем ничего кроме им же рассказанного.
Date: 2021-03-11 04:09 pm (UTC)Скажем, в Европе, чтобы избежать отправки в Гулаг, герой назвался поляком.Это, очевидно, вошло в документы. Как он потом переделывал los papeles на русского?
О том, что существовала программа насильственного (?) переезда в Лат. Америку, я вообще впервые слышу. Я думал, что прошедших проверку и/или отсидевших, просто выпускали на волю в Европу. Но это, почему-то, касалось даже дев, угнанных в Германию.
Re: Но они не знают о нем ничего кроме им же рассказанног
Date: 2021-03-11 04:25 pm (UTC)