оставленное без присмотра
Nov. 10th, 2020 07:02 amоставленное без присмотра оружие
((Подумалось, что добросовестных воспоминаний о встрече с немцами и фашистами крайне мало. До перестройки печатать это было нельзя. А после - некому.))
"Немцы рассматривали нас, русских, а мы - их, немцев, которых наши
газеты называли фашистскими захватчиками. И на наших, и на их лицах -
любопытство. На улицах было очень много ленинградцев. Немцы, оказывается,
уже успели узнать, что на Кавказе и (в Ессентуках) много "петербуржцев".
Удивительно было видеть у тротуаров немецкие открытые военные автомобили,
пустые: немцы или стояли в стороне, разговаривая с жителями, или заходили
в дома и магазины, если их приглашали.
А в автомобилях, на сиденьях лежали
их пояса с пистолетами в кобуре и кожаными портупеями (патронташами) с
патронами. Какая непривычная доверчивость - или наивность! И около каждого
автомобиля собиралась толпа, и все с удивлением, почти с испугом, смотрели
на оставленное без присмотра оружие. "Господи, - сказала женщина
из толпы, - да у нас бы за такое расстреляли!" Но никто не трогал оружие,
немцы возвращались, приветливо кивали головами и на ломаном русском языке
что-то восклицали."
((Подумалось, что добросовестных воспоминаний о встрече с немцами и фашистами крайне мало. До перестройки печатать это было нельзя. А после - некому.))
"Немцы рассматривали нас, русских, а мы - их, немцев, которых наши
газеты называли фашистскими захватчиками. И на наших, и на их лицах -
любопытство. На улицах было очень много ленинградцев. Немцы, оказывается,
уже успели узнать, что на Кавказе и (в Ессентуках) много "петербуржцев".
Удивительно было видеть у тротуаров немецкие открытые военные автомобили,
пустые: немцы или стояли в стороне, разговаривая с жителями, или заходили
в дома и магазины, если их приглашали.
А в автомобилях, на сиденьях лежали
их пояса с пистолетами в кобуре и кожаными портупеями (патронташами) с
патронами. Какая непривычная доверчивость - или наивность! И около каждого
автомобиля собиралась толпа, и все с удивлением, почти с испугом, смотрели
на оставленное без присмотра оружие. "Господи, - сказала женщина
из толпы, - да у нас бы за такое расстреляли!" Но никто не трогал оружие,
немцы возвращались, приветливо кивали головами и на ломаном русском языке
что-то восклицали."