![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
19 век: неженское лицо.
19 век: неженское лицо.
Подумалось: в позапрошлом веке дамы, как правило, бизнесом не занимались, в чиновниках не служили, в студентках не пребывали. То есть, столичный Питер, по преимуществу, имел вполне мужской вид. Конечно, были балы, но основная масса дев и женщин устраивали "пикник на обочине". С учетом бедности громадного количества чиновников, пребывания активной части мачо на военной службе, варианты у нижней прослойки среднего класса были вполне ограничены.
Семья до замужества, вдовство, предпринимательство в виде той же сдачи жилья, прислуга, монастырь, жизнь за Христа ради.
Ситуация начала меняться после перестройки (1861). Феминизм мог идти - только сверху.
(Перечисляемые чиновники, сплошь холостые, как и соседи М. Девушкина).
"Из жильцов особенно замечательны были: Марк Иванович, умный и начитанный человек; потом еще Оплеваниев-жилец; потом еще Преполовенко-жилец, тоже скромный и хороший человек; потом еще был один Зиновий Прокофьевич, имевший непременною целью попасть в высшее общество; наконец, писарь Океанов, в свое время едва не отбивший пальму первенства и фаворитства у Семена Ивановича; потом еще другой писарь Судьбин; Кантарев-разночинец; были еще и другие."
Подумалось: в позапрошлом веке дамы, как правило, бизнесом не занимались, в чиновниках не служили, в студентках не пребывали. То есть, столичный Питер, по преимуществу, имел вполне мужской вид. Конечно, были балы, но основная масса дев и женщин устраивали "пикник на обочине". С учетом бедности громадного количества чиновников, пребывания активной части мачо на военной службе, варианты у нижней прослойки среднего класса были вполне ограничены.
Семья до замужества, вдовство, предпринимательство в виде той же сдачи жилья, прислуга, монастырь, жизнь за Христа ради.
Ситуация начала меняться после перестройки (1861). Феминизм мог идти - только сверху.
(Перечисляемые чиновники, сплошь холостые, как и соседи М. Девушкина).
"Из жильцов особенно замечательны были: Марк Иванович, умный и начитанный человек; потом еще Оплеваниев-жилец; потом еще Преполовенко-жилец, тоже скромный и хороший человек; потом еще был один Зиновий Прокофьевич, имевший непременною целью попасть в высшее общество; наконец, писарь Океанов, в свое время едва не отбивший пальму первенства и фаворитства у Семена Ивановича; потом еще другой писарь Судьбин; Кантарев-разночинец; были еще и другие."