фигура истерички

[arbeka]

ДНЕВНИК. 1914 год октября

Сегодня возвращался из Петрограда с А.Ахматовой.

В черном котиковом пальто с
меховым воротником и манжетами, в черной бархатной шляпе — она странна и стройна,
худая, бледная, бессмертная и мистическая. У нее длинное лицо с хорошо выраженным
подбородком, губы тонкие и больные, и немного провалившиеся, как у старухи или
покойницы; у нее сильно развитые скулы и особенный нос с горбом, словно сломанный,
как у Микеланджело; серые глаза, быстрые, но недоумевающие, останавливающиеся с
глупым ожиданием или вопросом, ее руки тонки и изящны, но ее фигура — фигура
истерички; говорят, в молодости она могла сгибаться так, что голова приходилась между
ног. Из-под шляпы пробивалась прядь черных волос; я ее слушал с восхищением, так как,
взволнованная, она выкрикивает свои слова с интонациями, вызывающими страх и любо-
пытство. Она умна, она прошла глубокую поэтическую культуру, она устойчива в своем
миросозерцании, она великолепна.
Но она невыносима в своем позерстве, и если сегодня она не кривлялась, то это,
вероятно, оттого, что я не даю ей для этого достаточного повода*.